"Победа", багаж и ручная кладь
Думаю, будет полезно, тем, кто часто летает, в том числе и данным лоукостером.
9 Арбитражный апелляционный суд оставил без изменения решение Арбитражного суда г.Москвы по заявлению ООО «Авиакомпания «Победа» о признании неправомерным предписания Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (Ространснадзор) об устранении нарушений в части взымания платы за ручную кладь.
В ходе документарной проверки Ространснадзором установлено, что Заявитель взыскал с Аршиновой А.И. дополнительную плату на провоз рюкзака. Общество не отрицает данное обстоятельство, при этом ссылается на Правила провоза личных вещей и багажа в пассажирском салоне самолета на рейсах ООО «Авиакомпания «Победа», где указано, что бесплатному провозу в салоне подлежит только дамская сумочка или портфель, рюкзак же в данных Правилах указан в качестве ручной клади, подлежащей платному провозу, к которым, кроме относится, пакет, пляжная сумка, торт.
При рассмотрении дела судом установлено, что у Аршиновой А.И. для провоза в пассажирском салоне самолета, имелся только рюкзак, дамской сумочки при ней не было. Общеизвестно, что существует множество видов дамских сумочек, которые могут различаться по виду и по форме, по способу их ношения, бывают вечерние и повседневные сумочки, сумочки-клатчи, объемные сумки, сумки-ранцы, сумки-рюкзаки, сумки-портфели и др. При этом, представляется, что, установив к бесплатному провозу такой вид багажа как «дамская сумочка», Заявитель оставил за собой право решать, какой вид сумочки подходит или не подходит под данное определение, что является недопустимым и, противоречит пункту 135 ФАП-82, согласно которому «Сверх установленной нормы бесплатного провоза багажа и без взимания платы пассажир имеет право провозить следующие вещи, если они находятся при пассажире и не вложены в багаж:
дамская сумочка или портфель;
папка для бумаг;
печатные издания для чтения в полете;
детское питание для ребенка во время полета;
телефон сотовой связи;
костюм в портпледе;
детская люлька при перевозке ребенка;
костыли, складная кресло-коляска, имеющие габариты, позволяющие безопасно разместить их в салоне воздушного судна на полке над пассажирским сидением либо под сидением впереди стоящего пассажирского сидения.
Вещи, указанные в настоящем пункте, не предъявляются для взвешивания, не подлежат оформлению и не маркируются бирками».
Кроме того, суд установил, что лоукостер "Победа" нарушает и Федеральные авиационные правила "Общие правила воздушных перевозок пассажиров,багажа, грузов и требования к обслуживанию пассажиров,грузоотправителей, грузополучателей" в частности пункт 122, согласно которому "Пассажир воздушного судна имеет право провоза своего багажа в пределах установленной нормы без дополнительной платы (далее - норма бесплатного провоза багажа).
Нормы бесплатного провоза багажа, в том числе вещей, находящихся при пассажире, устанавливаются перевозчиком в зависимости от типа воздушного судна и не могут быть менее чем десять килограммов на одного пассажира".
И, кроме того, суд совершенно правильно установил, что были нарушения и статьи 102 Воздушного Кодекса РФ.
1. Юридические лица, индивидуальные предприниматели, осуществляющие коммерческие воздушные перевозки, обслуживание пассажиров, при выполнении воздушных перевозок обязаны соблюдать общие правила воздушных перевозок пассажиров, багажа и грузов и требования к обслуживанию пассажиров, грузоотправителей, грузополучателей, устанавливаемые ФАП (смотри выше).
2. Перевозчики вправе устанавливать свои правила воздушных перевозок. Эти правила не должны противоречить общим правилам воздушной перевозки и ухудшать уровень обслуживания пассажиров, грузоотправителей, грузополучателей.
При этом как следует из сообщений СМИ, "Победе" все-равно и она будет также не разрешать брать с собой в салон ручную кладь без дополнительной оплаты.
Я сам очень долго ругался во "Внучке" на стойке регистрации, когда мне предложили один ноутбук сдать в багаж. В результате я их послал очень далеко и спокойно без дополнительной оплаты взял его в рюкзаке в салон. Правила одни для всех.
Кто хочет ознакомиться с делом, оно есть в картотеке арбитражных дел: http://kad.arbitr.ru/Card/67bad726-38f3-461f-b876-8261428768.
И на будущее, если нужны юридические адреса "Победы" и Ространснадзора - вот они:
Федеральная службе по надзору в сфере транспорта (125993, Москва, Ленинградский проспект, дом 37, ОГРН 1047796301057).
ООО «Авиакомпания «Победа» (142784, Москва, поселок Маяковский, Киевское шоссе, 22-й километр, домовладение 4, строение 1, ОГРН 5147746103380).
Свои права надо знать !
В итоге не будет у нас скоро лоукостера.
Та ситуация которая есть сейчас это когда всех пассажиров фактически обязывают оплачивать эти 10 килограммов даже если они их не везут ибо ничего бесплатного не бывает в принципе, просто всё уже включено в цену билета.
Лоукостер это когда в цену билета включен только перелёт, а любой чих за дополнительную плату, это дает пассажиру выбор, поэтому по Европе иногда можно летать за 20 евро, а у нас на аналогичное расстояние за 200, зато с "бесплатной" ручной кладью.
права, конечно, знать надо. только теперь Победа не будет такой дешевой.
Летали с девушкой летом в Сочи победой. С собой был чемодан (10 кг), рюкзак туристический (почти 10 кг) - это сдали в багаж. В ручной клади ноутбук в отдельной сумке, камера в отдельной сумке, объектив 70-200 (здоровая такая дура) в отдельной сумке, портплед (ну типа) с концертными костюмами и небольшой рюкзак со всякой утварью, которая могла понадобиться в полёте. Проблем ни при полёте туда, ни при полёте обратно не возникло от слова совсем.
Сейчас вообще какая то беда с перелетами. Недавно искал билеты в Адлер на Розу Хутор, честно говоря я вашпе охерел, кое как нашел билет, с которым можно провозить багаж туда и обратно. Искал на aviasales и все билеты, разной цены, туда без багажа, обратно можно с багажом Оо Чо ваще за херня происходит!
Сейчас они опять ужесточили политику насчёт багажа. Теперь только 5кг и не слова о "личных вещях (нотебоок, дамская сумочка)"
Предстоит ими лететь, и честно немного учкую после эмирейтс. Да и с их ценами я бы не сказал что они лоукостеры. Посчитайте, я летел с пересадкой из Москвы в Манилу с пересадкой в Дубаях, за расстояние 10600 км (в одну сторону)стоимость полёта составила 20 000 руб (позже на неделю можно было бы улететь за 17к), куда входило 30 кг багаж+10 кг ручной клади (мы же везли огромный рюкзак с кайтами под 16 кг и даже не взвесили+3х разовое питание, можно выбрать вино, виски, пиво, интернет за 1$ (прям на борту разговаривал по вацапу + их мультимедия, новинки кино, радио, новости все в прямом эфире у каждого экран под 14 дюймов сенсорный), пледик, бесконечная бухашка, наушники и лучший сервис и все это за 17к. Один км полета - 1,6 руб.
Считаем победу: Москва - Новосибирск (самое дешевое) без пересадки - 5500 + 1000 руб за ручную кладь (я даже не сравниваю что эмирейтс дает 30 кг, а победа только 10 кг)+999 выбор места (только вот все в эмирейтс все это входит! Считаем 7500 руб за 2800 км = 2,67. КАКОЙ НАХРЕН ОН ЛОУКОСТЕР. в эмирейтс я летел туда вискаря только баксов на 50 выпил и пива на 30, так же и обратно, про питание молчу, почти ресторанное. Так что Российский сервис беспощадный. У них даже звонок млять платный 60 руб за минуту на горячую линию.
Свои права надо знать !
1. Нехер ставить пробелы перед знаками препинания.
2. Нехер валить единственного лоукостера у нас в стране. Хочешь багаж - плати. Дай нормальным людям летать по низким ценам.
Скольких мы уже лишились? А всё благодаря тому, что в МАК правила строже, чем в ИКАО. Давайте продолжать бузить - и "Победы" лишимся. Легко. То, что в посте - ещё не самые большие их нарушения (про овербукинг и их политику знаете?).
Недовольны - покупайте билеты Аэрофлота. До аэропорта Твери.
PS - извиняюсь за эмоциональность, но тема для меня болезненная.
да хрн там ночевал! Рюкзак с ноутом и вещами, который легко помещается в самолетную полку над местом я не оплачиваю и шлю всех нахер!
Сдавайте свою кладь в багаж, зачем она вам в полете? Телефон, плеер, ноут в руки и на посадку. И в салоне не будет баб с баулами жратвы и кучей голодных спиногрызов, не будет этого сраного амбре весь полет, и дружной беготни до сортира.
Разница никакой у Победы нет онлайн регистрации, хоть с багажом ты или без, все равно стоять. Подождать по прилету багаж 20 минут тоже особого труда не составляет.
Задержка авиарейсов - права пассажиров
Добрый день дамы и господа.
Обратил внимание, что в последнее время, задержки и переносы авиарейсов стали обычным явлением. Но при этом авиакомпании не выходят с инициативой в предоставлении обязательных услуг при задержках рейсов, пока сами пассажиры не обратятся с требованиями.
В данном посте я расскажу о том какие права возникают у пассажира, при задержке рейса.
Первое что необходимо помнить - все права пассажиров и обязанности перевозчика содержатся в Приказе Минтранса РФ от 28 июня 2007 г. N 82 "Об утверждении Федеральных авиационных правил "Общие правила воздушных перевозок пассажиров, багажа, грузов и требования к обслуживанию пассажиров, грузоотправителей, грузополучателей".
В соответствии с п. 99 Правил, при задержки рейса, по любой причине, перевозчик обязан:
1. задержка два часа и более - предоставить пассажиру возможность совершить два телефонных звонка или два сообщения по электронной почте и предоставить прохладительные напитки;
2. четыре часа - обеспечить горячим питанием (далее каждые 6 часов днем и 8 в ночное время);
3. шесть часов в ночное время и восемь в дневное - обеспечить размещение пассажиру в гостинице, а также доставить до гостиницы и обратно;
4. вне зависимости от времени задержки рейса пассажиры имеют право на предоставление комнат матери и ребенка пассажиру с ребенком в возрасте до семи лет, а также на бесплатное хранение багажа.
Также в соответствии с п. 227 Правил пассажир имеет право расторгнуть договор перевозки и вернуть денежные средства в полно объеме, при этом минимальный срок задержки Правилами не установлен.
Нужно также понимать, что за предоставление данных услуг перевозчик не имеет право взимать с вас дополнительную плату, а если перевозчик отказывается от предоставления услуги, и пассажиру пришлось понести расходы за свой счет, эти расходы могут быть взысканы с авиакомпании с неустойками и штрафами.
Время от которого нужно отсчитывать ожидание отправления рейса начинается со времени отправления рейса, указанного в билете.
Всем удачи и своевременных вылетов.
Как кипрские «гаишники» оформили «обоюдку» на столкновение самолетов крыльями
Не так часто скупые строчки решений арбитражных судов могут меня взбесить - о, видят небеса, они стараются, а я держусь. Но знаете - человеческое терпение не вечно!
И прекрасный документ с романтичным названием «Определение о прекращении производства по делу», скрытый под загадочным номером А41-57006/21 от 25 января 2022 года (свежачок), сполна справился с задачей взорвать мой несчастный мозг, решивший покопаться в судебной практике.
(Это тот самый случай, по которому и велось судебное заседание)
Да, каюсь и испытываю стыд, как школьник, застигнутый за воровством варенья из банки - я опять делал это, я снова искал веселые истории из жизни распутных «дочек» кипрского оффшора TPS Avia, благо в судебных документах попадаются прелестные и очень сокровенные подробности о неожиданных «схемах», да и просто о тотальном разгильдяйстве подчиненных Александра Анатольевича Пономаренко - миллиардера из списка Forbes, героя криминального романа «Крым Бандитский», гражданина Кипра примерно с 2017 года, уроженца Украины и экс-чемпиона Киева по боксу, доктора наук, магистра грузовых и багажных коллапсов, человека и - до приватизации с последующей продажей Новороссийского торгового порта - парохода (и это не как Эрих Мария Ремарк - три разных человека, это все один, представляете?)…
(Собственной персоной. Александр Анатольевич, по слухам, был прототипом героя Дюжева в фильме Алексея Балабанова "Жмурки")
В указанном мной определении речь шла о довольно известном событии - когда подчиненные Александра Анатольевича и его кипрского оффшора бабахнули один самолет другим. Произошло это событие славным днем 15 ноября 2011 года - пишет нам суд - и заключалось в том, что после посадки экипаж произвел заруливание по сигналам маршала на стоянку №45А, хотя этот самый маршал должен был рулить на №45. Без «А», «Б», и других букв, использованных летчиками, услышавшими удар крылом об другое воздушное судно.
Только вот беда - так уж стоянки спроектированы, что если на соседней №44 есть борт, то на №45 уже никак нельзя, можно только на №45А. А маршал завел на просто №45. Пилот зарулил, и - бумс.
«Бумс» вышел дорогой - «Общий размер убытков ПАО «Аэрофлот» по мнению суда в результате ПВС составил 2 661 331,49 (Два миллиона шестьсот шестьдесят она тысяча триста тридцать один) рубль и 46 копеек». Подождите! Это не все - еще 370 156 долларов США. Плюс убытки, компенсированные страховой компанией «Альфа» - 1 141 206 рублей и 137 667 долларов.
Неплохая сумма - очень «удачно» борт зарулил на стоянку №45 в самом пунктуальном аэропорту восточной Европы. Но погодите, дальше интереснее.
Стороны отказываются от иска и заключают мировое соглашение. В мировом соглашении пишут, что виноваты… И маршал, и пилот!
А вот тут поподробнее можно? Жаль, что в решении суда все сухо и лаконично. Но давайте посмотрим, что там пилоту шьют:
«Ошибка экипажа ВС в определении номера МС, обусловленная отвлечением от выполнения процедуры руления, которая не позволила экипажу установить ошибку встречающего персонала».
Не, ребята, ну это нужно отлить в граните. То есть ты такой вот летчик, летаешь себе по всему миру, сегодня Франкфурт, завтра какой-нибудь Ухань (упс), послезавтра Флорида, я не знаю, придумайте еще рандомных городов. И везде ты - будь добр - на память отличай, где какая стоянка. И неважно, что середина ноября, вокруг темно и (опционально) снег кружит в свете фонарей, ты сидишь как Рапунцель где-то сверху, а маршал - которого ты обязан слушаться - машет тебе, мол, сюда рули! Давай, заруливай!
Ты типа отвлекся и «не установил ошибку встречающего персонала». Нет, ну такого я точно не встречал еще ни разу.
Пока я отходил от мысли о необходимости помнить наизусть все стоянки аэропортов (ну или хотя бы Шереметьево) и безошибочно ведьмачьим чутьем различать их из кабины самолета (высоко сижу - далеко гляжу, да?) на периодически заснеженном перроне (который конечно же, как всегда идеально вычищен, и по документам коэффициент сцепления прям как на трассе «Формулы-1» в жаркий летний день), мировое соглашение спокойно продолжало умещаться в рамках судебного документа.
Напомню, что изначально в суде «Альфа Страхование» требовало денег у кипрской «дочки» Шереметьево Хендлинг. Финальная схема получилась сложнее.
Ответственность разделили (Разделили! О небеса!) 70 на 30% - Хендлинг и «Аэрофлот».
Аэрофлот в рамках мирового соглашения все-таки требует у кипрской «Шереметьево Хендлинг» денег - аж целых 7 362 рубля и аж 50 000 долларов США.
СОГАЗ выплачивает «Аэрофлоту» 5 153 рубля и 35 000 долларов США.
«Альфе» СОГАЗ выплачивает 798 844 тысячи рублей и 82 копейки, и 96 366 долларов США и 96 центов, это 70% требований по иску.
Франшиза в 500 000 рублей, так уж и быть, платится «Хендлингом» в адрес «Аэрофлота».
Ну и условие - после драки кулаками не махать.
Я считал-считал, но так и не понял - там вроде в решении суда что-то говорилось про то, что государственная авиакомпания «Аэрофлот» понесла убытков только в рублях более чем на два «лимона». И где? Для этого и вписывают "обоюдку", да? Опять с пассажиров драть чтоли?
(График "прибыльности" Шереметьево Хэндлинг одновременно и показывает весь профессионализм управления от докторов наук, и просит суды не добивать несчастную оффшорную дочку)
Ох, я понимаю, страховка есть страховка, это свой рынок со своими законами. Но меня не цифры взбесили, я их и привел-то только для порядка. Бесит сам подход, когда «ответственные товарищи», в том числе из Росавиации, потупив глазки, стеснительно отворачиваются от происходящего бардака.
Оффшорная дочка экономит на персонале и бросает на обслуживание «Аэрофлота» необученных людей? «Ну вы понимаете…. Тут такое дело…»
Госкорпорация по ОРВД, вместо того чтобы финансировать работу над безопасностью полетов, доплатила Пономаренке три миллиарда рублей собственных средств, чтобы ему третью полосу построили? «Ну это просто вы не знаете…. Ну это вот такое…. Такие уважаемые люди….»
Да тьфу на вас! Это ведь просто микроскопический пример, когда эталонное разгильдяйство тупо оформили как «обоюдку», хотя по хорошему тут должна быть сразу же лицензионная проверка, отстранения и серьезные оргвыводы!
А ведь можно и дальше пойти - откуда взялся «Хэндлинг»? Ах, это несколько лет назад «Аэрофлот» зачем-то отдал свои мощности кипрскому оффшору, а теперь сам же ему платит, а когда происходит какой-нибудь инцидент - покорно пишет свое согласие. На все. Если не очень вопиющий случай, то берет вину на себя, если очень вопиющий - подписывает «обоюдку».
Интересно, вот сидит такой генеральный директор ажно целого национального авиаперевозчика Михаил Полубояринов в своем кожаном кресле, а к нему заходит помощник, и говорит - «ты это, подпиши, там маршал из хендлинга наш борт в другой наш борт зарулил, миллионные убытки, ну мы только часть вписали, не считали простой бортов там, амортизацию всякую, все такое, ну сам понимаешь. В общем оформили обоюдной виной, но у нас всего 30%, не боись. Ты это, когда там из ПФР нас дофинансируют? Чет кубышка уже кончается. Ну давай, подписывай, а то у меня еще дела - там наш груз, медицинское оборудование, у «Москвы Карго» под снегом потерялось, пойду возьму лопату, поищу».
Ему как, норм вообще?
Анализируем "телефонное право" в деле с задержанием самолета - и при чем здесь дочь бывшего первого заместителя Генерального Прокурора
Я поставил перед собой амбициозную задачу - показать на примере, как на самом деле работает система судебного правосудия. Не голословно, не общими фразами - а строго по факту и конкретизированно.
Вынужден признать, что упростить данный материал до легкого послеобеденного чтива невозможно, хоть я и приложил максимум усилий. Чтение получилось, мягко говоря, не для всех.
Законодательная система безумно запутана, законы во многих местах противоречат сами себе, устаревают, не учитывают жизненные реалии, переписываются с еще раннесоветских постановлений совета народных комиссаров, и тому подобное. Разбираться в этом было сложно и скучно, но как иначе стать частью гражданского общества?
Итак, рассматриваем дело на примере случая с афганской авиакомпанией Ariana, которую таможня аэропорта Шереметьево обвинила в контрабанде за якобы позднюю подачу отчетности, вследствие чего самолет был арестован на 5 месяцев, а авиакомпания получила штраф в 122 миллиона рублей.
Рассматривать, насколько этично «рейдерить» иностранную авиакомпанию, «отжимая» у нее на полгода один из трех самолетов, и выставляя при этом конский штраф, даже если с подачей отчетности действительно задержались на десять минут, мы не будем. Суды на такое смотреть должны, но на практике не смотрят.
Рассматривать, почему после непосредственно инцидента до ареста судна прошло целых два месяца, и почему этот случай стал примером плохой работы таможенных антикоррупционщиков, мы тоже не будем. Всем все прекрасно ясно, зачем бизнесу «лепят» левые статьи, а затем дают время «подумать». Мы сейчас строго про судебную систему.
Итак, рассмотрение дела происходило в двух разных судах. Саму ситуацию в общем оспаривали в Химкинском городском (потому что инцидент произошел в Шереметьево), а один из эпизодов - невыполнение Шереметьевской таможней своих обязанностей - рассматривали в Арбитражном суде Московской области.
В первой инстанции в обоих судах победила авиакомпания, а суды вынесли обстоятельные приговоры, из которых мы узнали много нового.
Городской суд резюмировал - совокупность следующих данных свидетельствует о том, что разрешение таможенных органов на убытие воздушного судна рейсом FG708 было получено: наличие разрешения таможенных и пограничных органов на посадку пассажиров, погрузку груза и багажа, наличие разрешения на открытие дверей и люков, поднятие телескопического трапа, отсутствие решения о непропуске через границу, начало буксировки воздушного судна с места стоянки к точке запуска силами служб аэропорта, разрешение диспетчерской службы на запуск двигателей, руление к предварительному старту, занятие исполнительного старта и взлет, отсутствие каких-либо ограничений со стороны диспетчерской службы
Арбитражный суд резюмировал - таможенные органы обязаны осуществлять мероприятия по таможенному оформлению и таможенному контролю убывающих воздушных судов непосредственно на борту и в местах стоянки воздушных судов, при этом должностные лица таможенных органов обязаны прибыть на место стоянки воздушного судна для проведения контрольных мероприятий совместно с иными государственными контролирующими органами, включая пограничные. При этом должностным лицам таможенных органов вменена обязанность по приему документов на убывающее воздушное судно (генеральной декларации) на борту воздушного судна.
Решения судов вступили в законную силу, штраф отменили, самолет вернули, а таможне стали задавать закономерные вопросы по многочисленным нарушениям. выявленным в ходе процессов. Одно из самых ярких впечатлений оставили некоторые факты, которые теперь уже скрыть невозможно:
- Таможня в Шереметьево на момент истории с «афганцем» нарушала закон и не выполняла свои обязанности по контролю за самолетом на стоянке воздушного судна, вместо этого требуя тащить документы в свой кабинет, расположенный в терминале F
- Таможня, если говорить прямо, ничего не контролирует - самолеты спокойно улетают без ее ведома и разрешения, при этом получив «добро» от диспетчерской аэропорта
- Все рассказы высокопоставленных таможенников о небывалой цифровизации ведомства если к кому и относятся, то уж точно не у Шереметьевской таможне
По всей видимости, именно эти неприятные подробности, проникшие в публичное поле, и стали причиной паники в ведомстве. Конечно, можно было бы провести внутреннее служебное расследование, подтвердить (или опровергнуть) все эти факты, начать работу по исправлению, но… Разве так у нас работают?
Нет, работа ведется по другому. Снимается телефонная трубка, набирается нужный номер, и как по мановению волшебства, вышестоящие суды спокойно восстанавливают пропущенные для обжалования сроки, и отменяют принятые решения.
Главная проблема кроется в том, что пока еще такие решения нужно хоть как-то обосновать. Возможно, в будущем подобные дела будут маркироваться какой-нибудь «ведомственной тайной» или «государственной безопасностью» (ведь то, что таможня крупнейшего аэропорта страны ничего толком не контролирует, занимаясь рейдерскими атаками на авиакомпании - это действительно ведомственная тайна, пусть и известная всем хоть мало-мальски причастным), и их по закону можно будет скрывать, а за подобную моей аналитику - ставить клеймо раскрытия гостайны. Но пока еще нельзя, поэтому у нас есть уникальная возможность посмотреть, как суд замотивировал отмену решений.
Начнем с городского суда. Решение суда первой инстанции (для краткости - Химки) занимает 27 страниц подробного описания. Отменяющее его решение Московского областного суда из города Красногорск - 8 страниц. Разумеется, физически невозможно при такой разнице в объемах дать оценку всем тезисам, выдвинутым в первой инстанции - да суд и не пытался. Оспаривали только самое удобное.
- При этом Красногорский суд, сам того не желая, подтвердил фиктивность проведения операций по таможенному контролю, указав на передачу документов после проведения пограничного контроля.
Тут нужно сделать оговорку. В 2008 году Путин, будучи тогда Председателем Правительства, подписал Постановление (сплошные заглавные «П») под номером 872, где черным по белому написано - пограничный контроль в воздушных пунктах пропуска идет строго после таможенного.
Логика понятна - если ты капитан самолета, тебе надо дождаться финального разрешения. Пограничник разрешил, диспетчер дал команду - ты и полетел. То, что в это время где-то в терминале F грустит дядька в зеленых погонах, мечтающий о твоих документах, ты вроде как знать не должен.
Повторюсь, написано черным по белому - последовательно пограничный после таможенного. Но…
- …судья из Красногорска решила подпись нынешнего президента в расчет не брать, и указала, что мол таможенный и пограничный - это разные виды контроля…
Разумеется, ежу понятно что разные! Путин же не об этом писал в Постановлении, а о том, что один должен идти после другого. Завершили таможенный - приступайте к пограничному. Завершили пограничный - все, давай до свидания, лети отсюда. Не понять этот простейший вывод невозможно, значит он был проигнорирован сознательно.
Суд ограничился простым описанием - то, что ты прошел пограничный контроль, еще не значит, что прошел таможенный.
Согласен ли я с этим? Конечно согласен, от всей души!
Вот только авиакомпания тут при чем? Тут вопрос только к самим госорганам и аэропорту, на территории которого все это действо происходит. Да-да, и не надо выгораживать порт - именно он получает деньги за взлет-посадку, именно он оказывает услугу, и именно он входит во всевозможные комиссии, в том числе по вопросам пропуска воздушных судов через границу.
Если в Шереметьево аэропорт и таможня ничего не наладили, в результате чего не выполняется ПП (Постановление Путина), дает ли это право таможне штрафовать афганцев на 122 миллиона рублей и забирать у них самолет почти на полгода?
Обо всем этом Красногорский суд, само собой, помалкивает.
- Красногорский суд никак не отразил тот факт, что в таможню были предоставлены документы еще до финального оформления
Суд первой инстанции сказал об этом очень подробно - таможне предоставили и грузовой манифест, и авианакладные, и генеральную декларацию.
То есть таможня знала, что самолет в Шереметьево, что он сегодня улетит, какие грузы будут у него на борту ну и прочее. И, несмотря на это, все равно вылепила из известной субстанции дело о контрабанде.
Поскольку этот абсурд оправдать нельзя ничем, Красногорский суд просто его проигнорировал.
- Красногорский суд проигнорировал множество разрешений, предоставленных командиру самолета - разрешение таможни и пограничников на посадку пассажиров, разрешение на закрытие дверей и люков, разрешение диспетчеров на запуск двигателей, руление, взлет…
…а также отсутствие препятствий и ограничений со стороны диспетчерской службы, и в конце концов - отсутствие решения о непропуске через границу. А то какой-то кот Шрёдингера получается - разрешения вроде как нет, но и отказа вроде как нет…
По каким-то причинам Красногорская апелляция очень не хочет лишний раз упоминать роль аэропорта в этом деле, поэтому тезисы о разрешении со стороны диспетчера также проигнорировали.
Проигнорировали и черным по белому написанный однозначный факт о том, что самолет вообще-то не может самостоятельно взять и улететь, а подъем трапа и буксировка самолета производится аэропортом, и должна производиться только после завершения всех форм государственного контроля.
Нельзя об этом говорить! Если такое выплывет, то будет юридическая возможность привлечь Шереметьево к ответу и за разрешение взлетать без учета таможни, и за буксировку вопреки государственным органам, ну и далее по тексту. А у Шереметьево очень уважаемые собственники, владеющие им через кипрский оффшор. Их беспокоить как-то неудобно
- Красногорский суд прямо проигнорировал очень интересный документ - до сих пор действующее Соглашение между СССР и Афганистаном от 24 марта 1956 года
…неудивительно, ведь в соглашении черным по белому написано - вся необходимая для полета информация будет передаваться через диспетчера. Повторюсь, соглашение действует до сих пор, это тоже установлено и не оспаривается.
Апелляция, разумеется, о его существовании не упоминает - это тоже очень опасная тема, которая может привести к признанию вины аэропорта и его уважаемых кипрских владельцев.
- Суд проигнорировал основной вывод - об отсутствии состава административного преступления
Тут все еще проще. Химкинский суд вполне логично указал, что раз не было решения о запрете пересекать границу, то вроде как наказывать за нарушение этого несуществующего запрета нельзя. Красногорск комментировать это не стал.
- А вот что Красногорский суд с удовольствием раскрыл - так это тему языка производства дела
Ситуация забавная - когда Шереметьевская таможня лепила свои бумажки по «контрабанде», она с огромным количеством процессуальных нарушений взаимодействовала с представителем авиакомпании - натуральным афганцем, родившимся в Афганистане и русский язык знавшим видимо на неплохом уровне, но явно недостаточном для того, чтобы врубаться в рейдерские подставы таможенников.
Химкинский суд был настолько поражен количеством орфографических ошибок в росписи о получении на руки постановления, а также тем, что само объяснение за афганца от руки написал таможенник, что включил этот позор в список грешков таможни.
И вот тут Красногорск наконец-то показал себя во всей красе!
Апелляция отчитала Химки - мол, живем мы в России, язык тут русский, афганец тут работает и вроде вполне прилично изъясняется, о переводчике он не просил, а значит Химкинский суд не прав.
Может в данной ситуации с юридической точки зрения и не прав, я не знаю (с человеческой-то подстава «подпиши за тебя написанные показания, поверь человеку в погонах» однозначна), но это реально лишь один из десятка тезисов и выявленных нарушений, и именно в него апелляция вцепилась, как утопающий в соломинку!
Даже то, что шереметьевские таможенники документы отправляли тупо в офис продаж в Кабул на русском языке, судью не смутило. Ну и что? Должны были запросить перевод!
Так что если вам на ящик падает спам на непонятном языке, помните - по мнению Красногорского суда вы должны запросить перевод. А то вдруг там вашего работодателя вызывают в таможню Пхеньяна, например…
Бред? Бред сивой кобылы, однозначно. Но в основном на нем и стоит решение об отмене 27 страниц подробного и обстоятельного первоначального Химкинского документа, так не понравившегося начальникам таможни.
- Экспертное заключение
Это на сладенькое. Химкинский суд просто уничтожил экспертное заключение таможенного эксперта о стоимости самолета (стоимость самолета нужна для расчета штрафа, и неадекватные 122 миллиона рублей взялись именно из этой «экспертизы»). Перечислять можно долго, там косяков на диссертацию наберется - например, перепутали тип самолета (!), перепутали время, и в качестве ягодки - указали, что осматривали самолет… в кабинете.
Да, это могло бы показаться придирками, если бы от этого заключения не зависел штраф более чем на сто миллионов рублей!
Красногорск и тут отметился. Не оспаривая бездарность таможенного эксперта, он просто указал, что Химки должны были, раз им так не нравится эта корявая поделка, назначить свою экспертизу.
То, что назначение экспертизы - это время (а самолет, напомню, все еще находился под арестом, генерируя авиакомпании убыток даже не каждый день - каждый час), и то, что на остальных 20-ти с лишним страницах достаточно доказательств для отмены штрафа, апелляцию никак не удовлетворило.
Оставим это на ее совести.
Ах да, вам наверное интересно, кто же это сварганил столь интересный документ? Чтож, это не секрет - Решение Московского областного суда от 19 октября 2021 года по делу №12-1563/2021 подписала судья Е.Ю. Бирюкова, дочь экс-заместителя Генерального Прокурора Юрия Бирюкова.
Того самого Юрия Бирюкова, конец прокурорской карьеры которого связывали с делом о контрабанде (. ) итальянской мебели.
Прелестная деталь, не правда ли?
А еще человек по фамилии Бирюков работает (или как минимум до 2019 года работал). Заместителем начальника Шереметьевской таможни. Вот это совпадение!
P.S. Поскольку разбор решений городских судов уже и так по объему вышел за все границы разумного, разбор решений арбитражных судов (а там интересного еще больше) будет в следующей части.
P.P.S. И да, последнее. Дальнейшее рассмотрение этого дела, если верить сайту Химкинского суда, назначено на 17 декабря 2021 года, в 11:00. Вообще, по закону, любой может туда приехать и оценить все своими собственными глазами.
«Слезы под дождем». Гибель авиалайнера компании United Air Lines под Лонгмонтом 1 ноября 1955 г. Часть III. «Не ясно, где обида, где месть…»
Глава 6. «Руки в карманы, вниз глаза- да за зубы язык» © [1][2][3][4][5][8][10][11][12][13].
Естественно, что сразу же, как только Рой Мур принялся зачитывать Грэму его права, тот сразу же понял, к чему весь этот разговор. Поэтому обвинение Джек встретил абсолютно спокойно, заявив, что ничего подобного не делал- и вообще не понимает, о чем идет речь; кроме того, он выразил желание сотрудничать со следствием. Этим сразу же воспользовались ФБРовцы- раз мистер Грэм невиновен и готов помочь следствию, то не откажется ли он подписать добровольное согласие на проведение обыска у него дома? «Сдавать назад» было поздно, и Джек подписал 8- страничный документ, давший агентам законное основание обыскать его дом, автомобиль и «прочую собственность».
В 20:00 заждавшаяся мужа Глория Грэм с облегчением услышала стук в дверь; однако это оказался не ее припозднившийся супруг, а 6 агентов ФБР, поставившие ее в известность, что в доме будет проведен обыск.
Пока агенты обшаривали каждый угол и каждый закуток в доме семьи Грэмов и Дэйзи Кинг, агент Вагонер продолжал бомбардировать Джека вопросами; они касались показаний его жены, видевшей, как он спускался в подвал с коробкой, завернутой в подарочную упаковку, а также слов тещи о подарке, который он сунул в багаж Дэйзи.
В конце концов Джек «уточнил» свои предыдущие показания, заявив, что действительно приобрел тот самый набор X-acto- а скрыть этот факт пытался потому, что купил его с рук с у человека, известного, как торговец краденым. Тот якобы зашел утром 30 октября в гараж фирмы Херц, где работал Грэм, и предложил купить набор всего за 10$. Кроме того, Джек подтвердил, что действительно проговорился супруге о том, что собирается спрятать подарок в одном из чемоданов.
Когда агенты ФБР задали Глории вопрос о том, знает ли она о том, что совершила преступление, утаив от агентов слова Джека о его намерении спрятать подарок в багаже матери, та заволновалась и ответила, что об этом ее попросил муж- ссылаясь на то, что набор краденый. По просьбе агентов Глория изложила все это в письменном виде- добавив, что впервые разговор о своем намерении спрятать подарок в багаже миссис Кинг ее супруг завел еще за неделю до 1 ноября (это противоречило заявлению Джека Грэма о том, что подарок он приобрел «по случаю» утром 30 октября).
Предметы, изъятые в ходе обыска.
В 23:06 Рой Мур зашёл в допросную и принялся поочередно предъявлять Джеку Грэму вещественные доказательства, с помощью которых собирался разнести защиту подозреваемого вдребезги.
Вначале он высыпал на стол несколько коробок с патронами для дробовика и винтовки- те самые, что по словам Джека, его мать забрала с собой на Аляску*. На это Грэм заявил, что, вероятно, просто заблуждался насчет количества патронов, которые Дэйзи забрала с собой.
*Примечание 7. Сразу возникает вопрос, зачем вообще Джек Грэм придумал эту историю с боеприпасами? Ответ на него, как мне кажется, содержится в показаниях его сестры Хелен, данных ею 19 ноября (о них речь пойдет чуть позже)- в случае обнаружения факта, что на борту имел место взрыв, который имел своим источником багаж его матери, Джек собирался свалить всё на воспламенение боеприпасов.
Вслед за этим Мур предъявил письменные показания Глории- особо акцентировав внимание ее супруга на дате, когда тот заявил, что собирается спрятать подарок в багаже.
Грэм принялся убеждать агента в том, что его жена что- то путает- но вслед за показаниями на стол лег страховой полис на 37 500$, датированный 1 ноября 1955 г. и подписанный Дэйзи Э. Кинг. Документ был обнаружен на дне запертого сундука в спальне Джека и Глории Грэм; в качестве бенефициара в нем был указан Джек. Это, конечно, был удар- но Грэм заявил, что ничего об этом не знает.
В 23:57 Рой Мур выложил еще один козырь, предъявив два обрезка провода в желтой изоляции, найденные в кармане рабочей одежды Джека; такой же провод применялся при производстве промышленных электродетонаторов.
Всего через 4 минуты после этого вошедший в допросную ФБРовец передал Муру несколько листов бумаги; пробежав их глазами, Рой продемонстрировал Грэму показания его коллег- никто из механиков в гараже Херца не видел утром 30 октября описанного Джеком «торговца краденым».
Решив, что с подозреваемого довольно, Рой Мур произнес:
- Весь вечер вы только и делали, что лгали нам, Джек. Для того, чтобы предъявить вам обвинение, доказательств теперь достаточно. Почему бы вам не облегчить нашу работу?
Повисла небольшая пауза. Пытаясь собраться с мыслями, Грэм сделал глоток воды. Поставив стакан обратно на стол, он, наконец, ответил:
- Ладно… С чего мне начать?
- Ну… все это началось 6 месяцев назад. Из- за этого ресторана Дэйзи устроила мне настоящий ад. Я работал, как проклятый, но ей все было мало…
Джон «Джек» Гилберт Грэм вскоре после задержания.
«Исповедь» Джека Грэма, подписанная им в 04:00 14 ноября 1955 г., заняла 20 страниц; он подробно поведал, как подложил в багаж своей матери взрывное устройство, состоящее из 25 динамитных шашек, двух электродетонаторов («Я хотел, чтобы это сработало наверняка»), электрической батареи* и таймера, выставленного на 60 минут. Таймер он выставил, судя по всему, в тот момент, когда переносил багаж из припаркованной машины в здание пассажирского терминала.
Примечание 8. Это остатки ее корпуса, окрашенные в красный и синий цвет, обнаружили на месте крушения- см. часть II.
Кроме того, в ходе допроса Джек признал, что устроил взрыв в ресторане Crown- A, а до этого- намеренно оставил пикап на железнодорожном полотне; все это он сделал ради получения страховки.
Повествуя о событиях 1 ноября и их предыстории, Джек Грэм оставался абсолютно спокоен- в отличие от Глории, с которой случилась истерика, когда в 05:00 14 ноября спецагент Мишке сообщил ей, что ее муж признался в убийстве 44-х человек. Вызванному семейному врачу даже пришлось пустить в ход успокоительное; как только оно начало действовать, родственники Глории забрали ее и детей к себе, в Лейквуд. Сделали они это весьма вовремя- всего через несколько минут после их отъезда дом начали осаждать репортеры.
Еще больше журналистов собралось к 10:00 того же дня возле комплекса правительственных зданий на 9-й Улице, где размещались федеральные службы. Когда двери здания, где размещался офис ФБР, распахнулись, и на пороге показался Джек Грэм в наручниках, прикрепленных цепью к поясу, возникло настоящее столпотворение. Защелкали вспышки фотоаппаратов, многие рванулись поближе- и конвоирующим Грэма агентам пришлось приложить немалые усилия, чтобы преодолеть короткий путь до здания суда, где должен был решаться вопрос о его аресте. Все это время Джек продолжал смотреть «в пол», не поднимая глаз и не реагируя на вопросы журналистов- и крики: «Грязный пёс. », раздававшиеся из толпы.
Джек Грэм в наручниках в здании суда.
Здесь придется сделать небольшое отступление. Надо сказать, что изначально федеральная прокуратура в лице ее представителя Дональда Келли не планировала выпускать дело из своих рук. Однако, в ходе подготовки к судебному заседанию выяснился один неприятный факт- в уголовном законодательстве федерального уровня на тот момент отсутствовал такой состав преступления, как «взрыв транспортного средства» (появился он только в июле 1957 г.). Единственное, в чем могла обвинить Грэма в данном случае федеральная прокуратура, так это в «подрыве обороноспособности Соединенных Штатов»- и то только потому, что один из погибших, Джесси Сайзмор, был военнослужащим; мало того, что обвинение в таком случае казалось «притянутым за уши»- так еще и размер санкций по данной статье не превышал 10 лет тюрьмы и штрафа в 15 000$. Но «менять на переправе коней» было уже поздно- и на встрече Келли с представителем прокуратуры Денвера Бертом М. Китингом и прокурором округа Уэльд (где произошло крушение) Марком Смитом было достигнуто соглашение, что после того, как будет решен вопрос о мере пресечения, дело будет передано прокуратуре Денвера, а обвинение будет переквалифицировано на «убийство первой степени».
Именно «умеренной» тяжестью выдвинутого федеральной прокуратурой обвинения объясняется то, что в качестве меры пресечения судьей Харольдом С. Оуксом был выбран залог в сумме 100 000 $ (в пересчете на современный уровень- почти 1 000 000). До его внесения Джек Грэм должен был оставаться под стражей- и ни у него самого, ни у его семьи таких денег не было. Когда Грэма уводили, его сестра Хелен Хаблутцель крикнула: «Пока, Джек, увидимся позже!»- но тот не удостоил ее ответом.
Здание тюрьмы, где содержался Грэм.
В тот же вечер в полицию поступило сразу несколько анонимных звонков, что толпа «возмущенных граждан» собирается ворваться в здание тюрьмы и устроить «суд Линча», вздернув Джека Грэма на ближайшем фонарном столбе. Правоохранительным органам Денвера угроза на тот момент показалась вполне реальной- и старое здание тюрьмы было окружено вооруженными до зубов полицейскими, помощниками шерифа и федеральными маршалами.
Камера Грэма находилась под постоянным наблюдением- не столько из- за опасения побега, сколько во избежание попытки самоубийства; по словам начальника тюрьмы Долливера, «мы хотели быть уверенными, что он не попытается воспользоваться этим «легким выходом».
Нельзя не упомянуть еще одно событие этого дня, сыгравшее впоследствии свою роль- хоть оно и оказалось несколько в тени остальных. Ранним утром 14 ноября фермер Джон Мартин, охотившийся на фазанов в 15 милях от места крушения авиалайнера, нашел запутавшийся в ветвях раскидистого дерева кусок бумаги. Это был билет на Рейс № 629 от Денвера до Сиэтла, оформленный на имя Дэйзи Кинг. К билету прилагалась багажная квитанция, на которой от руки было написано, что за «перевес» в 37 фунтов миссис Кинг пришлось заплатить 27 долларов 82 цента. Установив личность сотрудника авиакомпании, оформившего данную квитанцию, ФБР заполучило свидетеля, показаниям которого суждено было сыграть свою роль в Деле № 42604 «Народ штата Колорадо против Джона Гилберта Грэма».
Багажная квитанция Дэйзи Кинг.
Глава 7. «И не ясно, где мешок, а где- шило…» ©[2][3][4][10][11][12].
В 09:03 17 ноября 1955 года прокуратурой округа Денвер* Джону Гилберту Грэму было предъявлено обвинение в умышленном убийстве его матери Дэйзи Э. Кинг; прокуратура решила «не заморачиваться» и ограничиться обвинением по одному случаю убийства- этого было вполне достаточно (в случае доказанности) для высшей меры наказания. Первое заседание суда продлилось всего 4 минуты- по требованию юриста Стрикленда, представлявшего интересы обвиняемого, ему было предоставлено 11 дней для поиска квалифицированного адвоката по уголовным делам.
*Примечание 9. Денвер включает в себя город Денвер (City Denver) и округ Денвер (County of Denver).
На первой же пресс- конференции Берт Китинг заявил, что будет добиваться для обвиняемого смертной казни. Вскоре после этого с прокурором связался лично Дж. Эдгар Гувер; глава ФБР заверил Китинга, что Бюро окажет любую посильную помощь для того, чтобы Джек Грэм отправился в газовую камеру.
Однако тут существовала одна проблема. По законам штата Колорадо, обвиняемый не мог быть приговорен к высшей мере только на основании косвенных улик- необходимо было либо его признание, либо показания свидетелей; в противном случае, максимальным наказанием стало бы пожизненное заключение.
Что касается признания обвиняемого- то его у обвинения уже не было: сразу же после первого заседания суда Грэм дал журналисту газеты Rocky Mountains News Алу Наккьюла интервью, в котором отказался от своих показаний. Он заявил, что подписал признание под влиянием давления и угроз- якобы агенты ФБР пообещали ему в случае отказа привлечь Глорию к ответственности за дачу ложных показаний. В ходе следующего интервью, которое Грэм дал Зэку Шеру из конкурирующего издания Denver Post, Джек пошёл еще дальше- утверждая, что не помнит, что вообще подписывал какое- то признание (т.е., фактически, Джек обвинил ФБР в подделке документов). При этом сам Грэм заявил, что виновник взрыва достоин смертной казни- но лично он не имеет к этому ужасному преступлению никакого отношения.
Однако, несмотря на трогательное заявление Джека, что он «ценит жизнь любого человека так же, как свою собственную», 19 ноября в Rocky Mountains News появилась статья с броским заголовком: «Установлено, где убийца купил таймер для своей бомбы!». Оказалось, что еще 17-го (по другим данным- 14-го) ноября в ФБР позвонил продавец денверского магазина Ryall Electrical Supply Джозеф Гранде. Он сообщил, что в октябре 1955 г. человек, назвавшийся «Джеком» и представившийся сотрудником компании Colorado-Texas Pump Company, обратился к нему за приобретением таймера для электрической цепи, питающейся от батареи напряжением 6 вольт. Такого в наличии не было, и Гранде заказал его в Коннектикуте- с доставкой авиапочтой. Однако, когда заказ прибыл, выяснилось, что при комплектации на складе произошла ошибка, и вместо «таймера на замыкание» привезли «таймер на размыкание» цепи; тогда Гранде перезаказал устройство и набрал оставленный «Джеком» номер телефона, чтобы извиниться за задержку и пояснить ее причину. По его словам, клиент не выказал никакого возмущения, и заверил, что будет ждать столько, сколько нужно- дескать, он находится здесь в длительной командировке.
Однако, когда «правильный» таймер прибыл и Джозеф позвонил все по тому же номеру, трубку взяла женщина, сообщившая, что Джек ушел на охоту. Несмотря на удивление Джо, он оставил его при себе и попросил передать, что товар можно забрать. 26 октября «Джек» забрал покупку- однако, к удивлению Гранде, вскоре вернулся и попросил обменять устройство на то, что было доставлено ранее- дескать, его что- то не устроило.
По словам продавца, в следующий раз он увидел своего странного покупателя уже на страницах газет- и немедленно позвонил в ФБР. В доказательство своих слов Гранде предъявил корешок от товарного чека, на котором, помимо всего прочего, сохранилась сделанная от руки надпись- West 5-7332. Это был номер телефона, установленного в доме по адресу Вест Миссиссиппи Авеню, 2650, принадлежащем семье Грэм и Дэйзи Кинг.
Таймер, аналогичный тому, что был продан Джозефом Гранде.
Любопытно, что появление в деле следующего важного свидетеля обвинения было вызвано яростной конкуренцией двух печатных изданий, уже мною упомянутых- Rocky Mountains News и Denver Post. В первом из них ведущим репортером криминальной хроники был Ал «Нак» Наккьюла, во втором- Зэк (Исаак) Шер. После того, как RMN опубликовало упомянутую выше сенсационную новость, Шер просто не мог позволить своему сопернику себя «обскакать»; Зэк и его коллега Джордж МакУильямс сами поставили перед собой весьма непростую задачу- выяснить, где убийца приобрел динамит.
Обложившись справочниками, журналисты принялись обзванивать магазины Денвера и окрестностей; по словам Исаака и Джорджа, они сами весьма сомневались в успехе- в ФБР работали не дураки, и агенты наверняка уже проделали данную работу. Однако, совершенно неожиданно удача улыбнулась именно журналистам- когда они позвонили в магазин Brown Mercantile Store, располагавшийся в маленьком городке Креммлинг, его владелец Лайман Браун припомнил, что 29 октября продал молодому человеку, одетому в хаки, 20 или 25 шашек 45% динамита производства компании DuPont, а также 2 детонатора, укомплектованных 16-футовым (4,8 м) проводом в желтой изоляции, а также 6-вольтовую батарею.
Понимая, что сокрытие данной информации является преступлением, репортеры поставили в известность Бюро, а сами с энтузиазмом приступили к подготовке материала к публикации. После того, как 21 ноября Лайман Браун уверенно выделил Джека Грэма из 7 предъявленных для опознания кандидатур, Шер и МакДональд удостоились личной благодарности прокурора Китинга за вклад в расследование этого громкого дела.
Примечание 10. Пытаясь сохранить объективность, не могу не упомянуть следующий факт- первоначально Лайман Браун утверждал, что динамит был приобретен вечером 29 октября; однако на этот момент времени у Джека Грэма было твердое алиби- он ужинал в кругу друзей семьи и "семейного" юриста. Однако позже хозяин магазина изменил свои показания, заявив, что просто перепутал две субботы, и на самом деле динамит он продал 22 октября. При этом чек у него не сохранился.
После процедуры опознания Грэм был уже не столь словоохотлив с журналистами, и на все вопросы отвечал: «Я не знаю», «Я не помню»; по мнению начальника тюрьмы, он тоже узнал Брауна. Кроме того, он стал нервным и потерял аппетит- хотя, по словам того же Долливера, раньше его отсутствием не страдал.
Помимо Гранде и Брауна, агенты ФБР опросили массу других свидетелей; в их показаниях важной информации содержалось не так много, но она все же была- и большая ее часть касалась характера Джека Грэма и его прошлого.
19 ноября Хелен Хаблутцель рассказала агентам, что в последнее время ей было трудно общаться с братом- у того случались вспышки гнева, из- за которых Хелен стала его побаиваться. Однажды он ударом кулака сбил ее с ног и наступил коленом на грудь- да так, что повредил ребра; в другой раз Джек Грэм принялся гоняться за сестрой с молотком, угрожая проломить ей голову- и если бы той не удалось запереться в комнате на ключ, то, возможно, и собственная биография Хелен, и биография Джека были бы прилично короче.
Глории от него тоже доставалось- несмотря на то, что он ее, судя по всему, действительно любил; только вот любовь эта была хмм… странноватая- муж ее дико ревновал и не давал ей ступить без него ни шагу. Больше всего Джеку (по его собственным словам) хотелось «положить ее, как вещь, на полку- чтобы никто не мог к ней прикоснуться»; если он приходил с работы и не заставал жену дома, он немедленно начинал ее разыскивать. Однажды летом 1955 Джек заснул- а когда он проснулся, Глории дома не было: она ушла к матери, где собиралась провести вечер за игрой в карты. Ворвавшись в дом тещи, Джек избил Глорию прямо на глазах у родных- и после этого Дэйзи Кинг сказала дочери и невестке, что боится своего сына.
Но самым, на мой взгляд, интересным моментом в показаниях Хелен Хаблутцель был следующий- в один из дней сразу после катастрофы Джек отпустил непонятную «шутку», покоробившую всех вокруг: «Разве непонятно, что это из- за бабушкиных патронов самолет разлетелся на куски, а она сама и остальные пассажиры «десантировались» без парашютов?».
Вторили миссис Хаблутцель и бывшие сотрудники ресторана A- Crown; по словам 18- летней Элеонор Шрейдер, Дэйзи Кинг посещала ресторан нечасто- по, как правило, все ее визиты оканчивались ссорами с сыном. «У него могло моментально измениться настроение: он мог быть очень мил с тобой- а в следующий момент попытаться откусить тебе голову…».
Кроме того, все яснее вырисовывалось плачевное материальное положение Джека Грэма. По показаниям одного из друзей Дэйзи, допрошенного ФБРовцами, она признавалась, что «деньги идут, но сын тратит их с такой же скоростью, как они поступают». Взрыв стал последней каплей и Дэйзи стала подыскивать риэлтора, чтобы продать свой бизнес. Ресторан так и не открылся после происшествия (несмотря на то, что его последствия были устранены за пару дней), а Джеку пришлось искать себе работу в гараже Херца- по словам Пола Стейнберга, владельца конкурирующего ресторана, полученная страховка не покрыла долги перед поставщиками.
Все это, конечно, были мелкие детали- однако они тоже стали своеобразными «штришками» складывающейся картины преступления.
Единственным, кто непоколебимо оставался на стороне Джека, была его жена Глория. Выйдя на связь с журналистами из дома родителей в Лейквуде, она заявила, что многое из изложенного в газетах- неправда. В признание мужа она не верила; по ее словам, Джек не мог убить свою мать- «после всего того, что она для нас сделала»; кроме того, сами отношения между ним и Дэйзи Глория назвала «просто прекрасными». Вспоминая поездку на аэродром, жена Джека всхлипнула: «Я никогда не забуду их лиц…», имея в виду пассажиров Рейса № 629; кое- кого из них, помимо Дэйзи, она знала лично.
Глория Грэм: «Я никогда не забуду их лиц…»
Кроме того, Глория Грэм пожаловалась, что ей не дают видеться с мужем- но в тот же вечер ей позвонил начальник тюрьмы и заверил, что она может встретиться с Джеком сегодня же, в 20:00. Но разговора не получилось- на все вопросы Глории: «Джек, зачем ты подписал это признание?», тот лишь мычал что- то неразборчивое и отводил взгляд.
Глава 8. «И я не знаю, каков процент сумасшедших на данный час…» (начало) [2][3][10][13]
В связи с тем, что вступить в наследство Грэм не мог, а его собственное финансовое положение было весьма удручающим, стало ясно, что расходы на его адвокатов придется нести штату Колорадо.
Надо сказать, что судья Китинг*, которому предстояло председательствовать на процессе, приложил все усилия, чтобы сторона защиты была укомплектована самыми лучшими юристами; он понимал, что к делу будут приковано внимание населения не только Денвера, но и всех Соединенных Штатов- и не хотел упреков в том, что обвиняемому не предоставили возможности защитить себя.
*Примечание 11. С прокурором Бертом Китингом они были не родственниками, а однофамильцами.
Поначалу никто из юристов не горел желанием представлять интересы Джека Грэма- дело виделось заведомо проигрышным; однако, в конце концов, судье удалось привлечь в его защите сразу двух видных адвокатов по уголовным делам.
Первым из них был Джон Дж. Гиббонс- опытный юрист, о котором коллеги отзывались весьма неоднозначно- «позер», «помпезный сукин сын» и «тщеславный человек». Однако, несмотря на столь нелестные отзывы, незадолго до описываемых событий Гиббонс сумел избавить одного из своих клиентов от смертной казни практически лишь за счет хорошо подвешенного языка (на самом деле, он просто свалил всю вину с одного соучастника на другого- да и еще и приписал себе всю славу, хотя работал в паре с другим адвокатом).
Джон Дж. Гиббонс и его подзащитный, Джон Гилберт Грэм.
Второй адвокат, Чарльз С. Вёджил, производил впечатление человека гораздо более уравновешенного и опыта у него было даже поболее, чем у Гиббонса- ранее Вёджил занимал должность в прокуратуре (если верить источнику 10, он оставил ее из- за нежелания быть вовлеченным в подковерную политическую борьбу). Свою репутацию человека уравновешенного и не желающего лишний раз эпатировать публику Вёджил подтвердил после первой же 20- минутной встречи адвокатов с подзащитным. Гиббонс сразу же заявил журналистам, что теперь убежден в абсолютной невиновности Джека Грэма (интересно, какие это слова Джека сумели настолько глубоко его убедить в ходе всего лишь 20-минутной беседы?); Вёджил же лишь заметил, что хотя в настоящий момент знает об обстоятельствах не больше любого из присутствующих- но Джек Грэм, как и любой другой гражданин, имеет право на квалифицированную юридическую помощь и защиту своих интересов в суде.
Хотя судья счел, что двух адвокатов вполне достаточно, чтобы обеспечить Грэму соблюдение его прав, Чарльз Вёджил привлек к делу еще одного- Пола Уидика, молодого, но перспективного юриста, ранее помогавшего ему в ходе нескольких дел.
После этого судья Китинг был абсолютно удовлетворен- пояснив, что «эта троица юристов представляет собой «лучшую команду защиты» в штате Колорадо и единственная его просьба заключается в том, чтобы оизбегать излишней затяжки дела».
Сторона обвинения выглядела не слабее- окружной прокурор Берт М. Китинг, его помощники Грег Мюллер и Макс Д. Мелвилл. Последний в свои 63 года пользовался в прокуратуре непререкаемым авторитетом: автор двух учебников по уголовному праву, Мелвилл носил среди коллег прозвище «Мистер Закон»- за свою приверженность его духу и букве.
Слева направо- Макс Д. Мелвилл, Грег Мюллер и Берт М. Китинг.
На первом же предварительном заседании 2 декабря защита заявила о неподсудности рассматриваемого дела суду Денвера- по принципам территориальности и подведомственности; однако это ходатайство было немедленно оспорено обвинением и отклонено судьей. В ответ на вопрос, признает ли Джек Грэм себя виновным, он заявил, что невиновен сразу по двум основаниям- «в связи с тем, что не совершал указанных действий» и «в связи с невменяемостью до, во время преступления и после него- и по настоящее время».
После этого защита совершила вполне предсказуемый и ожидаемый обвинением ход- попросила о назначении обвиняемому психиатрической экспертизы. Это ходатайство было удовлетворено- и Джека Грэма направили на 30 дней в Психиатрический Госпиталь Медицинского центра Университета Колорадо.
В Госпитале его поместили в одиночную палату размером 9 на 11 футов (2,7х3,3 м), напоминавшую собой увеличенную ванную комнату- ее стены и пол были выложены кафельной плиткой. Из обстановки в палате были лишь кровать, стол, стул, унитаз и раковина- причем краны, подающие и перекрывающие воду, находились в коридоре, по ту сторону толстенной стальной двери, возле которой круглосуточно, в три смены, дежурили 2 помощника шерифа.
Экспертизу проводили сразу две независимые комиссии- государственная (главврач госпиталя доктор Джеймс Гэлвин и его заместитель Джон Макдональд) и представляющая сторону защиты (доктора медицины Джек П. Хилтон, Роберт Коэн и Лео Тэпли).
Надо сказать, что в ходе экспертизы психиатры использовали самые разные методы- личные беседы с Джеком Грэмом, рентгенографию (с целью установить, нет ли у пациента органических повреждений мозга), электроэнцефалографию, тесты на IQ (у Грэма он был равен 115- «выше среднего») и пр. Особое внимание было уделено предыдущей жизни Джека- были затребованы его медицинская карта, данные Департамента полиции, записи из приюта и личное дело служащего Береговой Охраны.
Сразу надо сказать, что сторона защиты возлагала самые большие надежды на информацию из последнего источника- и даже обратилась в судье с заблаговременным требованием предоставить ей беспрепятственный доступ к указанному документу. Дело в том, что Грэм утверждал, что после того, как он ушел в «самоволку» на 43 дня, его отправили на обследование в психиатрический госпиталь Корпуса Морской Пехоты- где держали 4,5 месяца и «лечили» электрошоком, после чего у него начались «провалы в памяти».
Однако, пока дело Грэма добиралось из архива Береговой Охраны до Денвера, психиатры изучали прочие документы: и там обнаружилось много интересного- правда, в основном, для стороны обвинения.
Наиболее интересными оказались записи из приюта- поначалу Грэм вел себя абсолютно нормально, и «его нельзя было назвать «трудным» ребенком». Однако поведение мальчика очень сильно изменилось после того, как его мать в третий раз вышла замуж; несмотря на поправившееся материальное положение, она продемонстрировала, что забирать сына из приюта не собирается. Мысль о том, что «мать его не любит», повергла Джека в депрессию, сменившуюся агрессивным поведением- он начал конфликтовать с детьми и воспитателями, воровать. Несколько раз Джек сбегал, каждый раз направляясь к матери- но та неизменно возвращала его обратно.
Однажды, летом 1947 г., во время очередного кратковременного пребывания Джека на ранчо Эрла Кинга, Дэйзи в панике позвонила в офис шерифа округа Роутт- ее сын завладел револьвером и угрожал отчиму. Прибывшему помощнику шерифа удалось уговорить подростка отдать оружие «по- хорошему», и уголовное дело возбуждено не было.
Очень заинтересовали врачей слова самого Грэма, сказанные им о матери: «Мы любили друг друга, но она была не тем человеком, которого можно было назвать «мамочка». Даже при общении один на один она предпочитала, чтобы ее называли по имени. Нельзя было подойти к ней и просто обнять- она не выносила таких проявлений чувств. Я всегда сильно зависел от нее…».
Судя по его рассказам, Дэйзи могла заваливать сына и дочь деньгами и подарками, но проводить с ними время не любила. Она быстро выходила из себя, требуя от детей покорности, а вот сочувствия от нее было добиться сложно. За свои подарки она требовала отдачи в виде полного послушания, и если дети начинали шалить, то миссис Кинг тут же принималась упрекать их, что она столько для них делает- а они этого не ценят. Иногда же она, наоборот, начинала «играть в мученика»- уверяя, что дети «вгоняют ее в гроб». По словам родственников, однажды Дэйзи предприняла попытку суицида, наглотавшись лекарств.
Окончание следует.
Источники информации:
[5] "Civil Aeronautics Board: Accident Investigation Report (File No. 1-0143)"
[9] https://web.archive.org/web/20131215010606/http://acrimetore. [10] Andrew J. Field, «Mainliner Denver: The Bombing of Flight 629» Boulder, Colorado: Johnson Books, 2005.
[12] R. Barri Flowers «Mass Murder in the Sky: The Bombing of Flight 629 (Historical True Crime Short)», 2012.
[13] Ron Franscell, «The Crime Buff's Guide to The Outlaw Rockies», 2011