Семейное дело Тюрюминых: В упряжке с 60 байкальскими хаски

Шестьдесят ездовых собак, 12 коней, две коровы, 30 кур, гуси, кролики, енот и коты-охотники – большое хозяйство у семьи Тюрюминых.

сохранить в закладки

Шестьдесят ездовых собак, 12 коней, две коровы, 30 кур, гуси, кролики, енот и коты-охотники – большое хозяйство у семьи Тюрюминых. На заболоченной земле окраины посёлка Листвянка за десяток с лишним лет муж с женой смогли построить просторную усадьбу, вывести уникальную породу собак и напоить собранным своими руками байкальским чаем сотни туристов со всего мира.

Наталья и Олег воспитывают четверых детей, ещё двое уже покинули родительский дом. Олег водит туристов в походы, управляет усадьбой, на Наталье держится домашний очаг и творческая жизнь дома. За время нашего пребывания в гостях у Тюрюминых Олег – деятельный, волевой – всё куда-то спешил и в поле зрения появлялся изредка, а Наталья – спокойная и душевная – во время морозной прогулки и за чайными хлопотами рассказала об истории создания их общего дела.

По пути на джигитовку

В воскресный день по дороге в усадьбу катили и катили машины – все спешили на показательные выступления по джигитовке – скачкам на лошади с акробатическими трюками.

С Олегом и Натальей мы встретились как раз по пути туда. А Наталья с Олегом встретилась в далёком 2002 году: девушка из Слюдянки только-только получила медобразование и решила съездить на лето инструктором на тогда ещё совсем дикий Ольхон, там она познакомилась с Олегом из Иркутска, ему на тот момент было уже 40 лет – отец с четырьмя детьми. Туроператор, набиравший инструкторов, приобрёл собак для упряжки, а Олега назначили главным по животным. Всё лето оба провели на острове, тренировали собак вечерами, а когда пришёл конец сезона, компания сочла содержание животных нерентабельным.

В тот момент Олег предложил Наталье выкупить ездовых собак и заняться общим делом. Так они стали первопроходцами в разведении ездовых собак и гонках на собачьих упряжках в регионе.

«Ни кола, ни двора, ни работы нормальной у нас не было: я после университета, Олег – профессиональный тренер, спортсмен – потерял работу в 90-е. В рассрочку выкупили две упряжки, взяли сначала в аренду огород в Листвянке, потом участок на горе. Скитались, как цыгане, и каждое лето выбирались на дикий Ольхон. Потом нам дали этот участок, тогда ещё он располагался на границе с нацпарком (впоследствии граница была отодвинута – ред.) – тут было болото, вода по бедро и местная помойка. За месяц мы всё вычистили, поставили временные строения, настилы, будки для собак – их уже стало 30. Дорога сюда была заросшая травой, воду из речки носили», - вспоминает Наталья.

Тюрюмины и сейчас живут будто не в Листвянке, вдоль и поперёк изъезженной туристами, а в лесу – мимо проходят дикие козочки, на водопой к реке выходит лиса, привычными тропами порою пробегает рысь, а с горы на дом время от времени поглядывает косолапый медведь – там у него метка на дереве. Даже домашние кошки ведут себя, как дикие хищники, каждое лето пропадают в лесах.

Фото: Михаил Лунин

Семья поселилась на болоте: чтобы избавиться от воды, участок уплотнили 44 КамАЗами с землёй – эта операция длилась несколько лет. Тюрюмины организовали школу погонщика собак – каюров – и начали долгий путь к созданию идеальной для байкальского климата ездовой собаки. Жили временами впроголодь – всё уходило на кормление и содержание собак, Наталья сама научилась шить животным шлейки. От намеченной цели Тюрюмины никогда не отступали.

Сначала купили камчатских лаек, плотный подшёрсток не позволял им разгоняться на полную мощность в наших климатических условиях. Этих животных, которые вечно друг с другом дрались, от ран лечила Наталья. Работавшая раньше в хирургии, она быстро переквалифицировалась в ветеринара. Потом Тюрюмины приобрели марафонскую норвежскую собаку – при селекции с камчатской она облегчила кость и убавила плотность подшёрстка. Но был минус – норвежцы панически боялись воды, тонули при тренировках в бассейне, а также обладали чересчур живым и жизнерадостным темпераментом. Тогда собаководы добавили к двум породам аляскинских хаски – скорость, выносливость, хорошую нервную систему. Получилась байкальская хаски – нигде официально не зарегистрированная, но известная среди иностранцев и специалистов по разведению ездовых собак порода.

На этом моменте рассказ Натальи прервался, начались выступления по джигитовке, которая только-только начала возрождаться в Приангарье. И тут Тюрюмины отчасти стали первопроходцами, у них в усадьбе тренеры растят новое поколение спортсменов-джигитов.

У тёплой печи за байкальским чаем

В усадьбе построено несколько домов: кузница, дом для инструкторов, самый большой – гостевой дом с гончарной мастерской и по совместительству хозяйский. В гостевом отделении греются и чаёвничают туристы и посетители. Посреди комнаты стоит большая тёплая печь. Когда мы туда зашли, громко болтали две американки, которых Олег вот-вот уведёт в зимний поход с ночёвкой. А мы продолжим беседу с Натальей.

Как только Тюрюмины поставили дом, сразу же организовали школу каюра. Набрали 30 местных ребят от 10 до 12 лет, за каждым закрепили собаку. Тренировались, ходили в походы, но большинство учеников отсеялось – сначала осталось 10 детей, потом пять, они на протяжении многих лет приходили в усадьбу и занимались с собаками. Из этих пяти один Дмитрий решил связать с собаками жизнь – стал сертифицированным тренером, наездником, и, конечно, членом семьи – работает со своими учителями. Потом в усадьбу пришёл ещё один деревенский мальчик – Коля, с ним сейчас связано развитие конного направления, он преподаёт джигитовку.

Откуда взялись кони? Собаки кормили семью Тюрюминых только зимой, а летом получался мёртвый туристический сезон, поэтому сибиряки завели коней. Сначала купили трёх обученных жеребцов, к 2017 году хозяйство разрослось до 12.