«Обеими руками за Лос-Анджелес!»

—Настя, на дняхпрезидент Российской Федерации в беседес олимпийским историком заявил, что СШАявляются одной из мировых спортивныхсверхдержав и имеют прекрасные шансыдобиться чести провести Олимпийскиеигры. Удивлены ли Вы словами поддержкипрезидента Путина в адрес Лос-Анджелеса,и как, по Вашему мнению, его высказываниемогут расценить в США?—По-моему, этоздорово. Если такая страна, как Россия,которая богата олимпийскими традициямии имеет опыт проведения ОлимпийскихИгр, решает поддержать США, тем болееесли Россия сама собирается податьолимпийскую заявку в будущем, им сейчасбудет интересно, как Лос-Анджелес будетготовиться. Пойдет сотрудничество,по-моему, от этого обе стороны тольковыиграют. Чем больше стран будутподдерживать друг друга в процессеолимпийских заявок, тем лучше. Так что,это хорошая новость, особенно для меня.Я родилась в Москве, мои бабушка сдедушкой по-прежнему живут там. Да, явыступала за США и считаю себя американкой,поскольку выросла здесь, но Россиявсегда остается частью меня.

—Вы для себя,кажется, уже сделали выбор, какому издвух городов-претендентов, Лос-Анджелесуили Парижу, следует отдать Олимпиаду-2024?—Да, конечно, яобеими руками за Лос-Анджелес. Я переехалав США, когда мне было два года, так чтодля меня Америка -- дом и всегда останетсядомом. Эта страна открыла передо мнойи моей семьей так много возможностей.Мои родители, как вы знаете, успешновыступали за Советский Союз. Мой папа(гимнаст Валерий Люкин - Прим. ред.)выступал в Сеуле-88, выиграл две золотыеи две серебряные медали. Моя мама (АннаКочева - Прим. ред.) была чемпионкой мира1987-го года по художественной гимнастке.Я родилась в 1989-м, и когда мне было двас половиной года, мы решили - то есть,это они, конечно, решили - переехать вСША, прежде всего потому, что мечталиоткрыть школу гимнастики, чтобывоспитывать собственных чемпионов мираи Олимпийских игр. Они, конечно, незагадывали, что их собственная дочьстанет чемпионкой.

Когдаони переехали, то ни слова не говорилипо-английски, у них не было, как говорится,ни гроша в кармане, только маленькийребенок на руках и их мечта. И сейчас,глядя на две успешные школы, которыеони создали, трех олимпийских чемпионов,которых они воспитали, множествочемпионов мира и США, и как они все этопостроили голыми руками, с нуля, безчьей-либо помощи, без дотаций, дажесоветов… Чем старше я становлюсь, темлучше понимаю, как это было трудно:переехать в новую страну, не имея ничего,кроме надежд, и как мне повезло, что онипошли на это ради своей мечты и моегобудущего.

Олимпийскихдух, наверное, у меня в крови, и в тотмомент, когда я победила в Пекине, японяла, что как и мои родители, могудостичь всего, если буду верить в себя,работать изо всех сил и не падать духом,когда что-то идет не так. Когда вокругговорят: «Это не по тебе». Я помню, какчасто мне говорили, что мне никогда нестать абсолютной олимпийской чемпионкой.Что я слишком худая, слишком маленькая,слишком старая, слишком такая, слишкомсякая. А я отказывалась слушать и верилав свою мечту. Вот почему я поддерживаюзаявку Лос-Анджелеса. Я пережиланезабываемые моменты в Пекине, иединственное что могло бы сделать ихеще более волшебным – это было быпобедить дома перед своими болельщиками.Вообще, конечно, где бы Олимпийские игрыни проходили – это всегда магия, потомучто что бы ни творилось в мире, людиоставляют свои политические и религиозныеубеждения, все объединяются на двенедели ради такого момента и возможностипредставлять свою страну и принятьучастие в Олимпийском движении. Здесьсейчас много говорят о качестве арен,о технической, о финансовой сторонепроведения Олимпийских Игр, о том, одругом, но не надо забывать, что в конечномсчете Олимпиада — это прежде всегоспортсмены. Без них не будет ни рейтингов,ни проданных билетов, ни всего того, очем сейчас ведутся споры. Посмотрите,как много бывших и действующих спортсменовподдерживают Лос-Анджелес. Потому чтоверят, что именно здесь им и их коллегамобеспечат идеальные условия.

—Ваше убеждение,что Лос-Анджелес идеально подходитспортсменам, понятно. Но ведь это неединственный критерий, по которомуведется отбор. Город и страна, принимающиеОлимпийские Игры, как правило, обещаютсебе и миру некие позитивные переменыдля города, его населения, будущихпоколений. И эти прогнозы и обещания, ксожалению, не всегда сбываются.—Да, бывает, чтовместо позитивных сдвигов случаетсякак раз наоборот.

—Вы верите, чтовлияние Олимпиады, проведенной именнов Лос-Анджелесе, будет позитивным? Нагород, страну, Олимпийское движение?—Вы знаете, в 1984-мгоду меня еще не было на свете, но всеговорят, что это были очень успешные ипозитивные Игры, и они вдохновилиследующее поколение спортсменов. Дляменя это очень важно. Я помню, как ребенкомсмотрела Олимпиаду и думала: вот, то,что я хочу! Я хочу так же, как они!

—Какие первыеИгры вы помните?—Атланту-1996 и«Великолепную семерку» (команду США поспортивной гимнастике, впервые завоевавшуюкомандное золото Олимпиады - Прим. ред.).Мне тогда было лет семь, и я помню какпросто «приклеивалась» к телевизору,все думала: вау, как здорово, мне бы такв один прекрасный день!

—Вы уже занималисьгимнастикой к тому времени?—Да, я в гимнастикес трех лет. Но это была моя перваяосознанная Олимпиада, когда я ужепонимала, что к чему, какова настоящаязначимость всего этого. И я уже знала,что мой папа тоже был на Олимпиаде, тожезавоевал медали. Я думаю, именно тогдая почувствовала, как важно для человекаиметь ролевые модели, будь то известныйатлет, кто-то, кого знаешь только поэкрану телевизора, или просто сильнаяличность в твоей жизни. Мне кажется,Лос-Анджелес-2024 — это шанс для спортсменовстать такими вот моделями для новогопоколения, установить высокую планкуна будущее. Ведь дети - наше будущее.Через сто лет нас уже здесь не будет, нонаши дети и дети их детей будут продолжатьрасти, глядя на своих олимпийских героев.Именно поэтому, мне кажется, важно, чтобыгород, желающий принять Олимпиаду, смогпровести ее на высочайшем уровне. Чтобыи атлеты, и новое поколение осталисьдовольны и продолжали тянуться к спорту.Если я не ошибаюсь, Игры 1984 года оказалисьприбыльными…

— Не ошибаетесь…— . А это случается далеко не каждый раз.Возьмите Олимпиаду в Рио и многие другиев последнее время. Возьмите тот же Пекин.Ведь это были «мои» игры. Для меня видетьсейчас «Птичье гнездо» (Пекинскийнациональный стадион - Прим. ред.), котороепрактически пустует и приходит взапустение, это. Так и хочется спросить:«Как же так?!»

— Обидно?— Грустно и обидно, да. За себя, за своиэмоции, за Олимпиаду. В Лос-Анджелесетакое невозможно. Потому что всеолимпийские площадки уже существуют инаходятся в прекрасном состоянии, исоревнования там проходят каждый день.Возьмите Staples Center, который станетолимпийской ареной. Это же легендарноеспортивное сооружение, связанное сименем Коби Брайанта и его Lakers. Представьтесебе, сколько там родится олимпийскихмоментов, и как потом туда будут приходитьвсе новые и новые зрители и спортсменыи окунаться в олимпийскую атмосферу.Дико себе было бы представить, чтоStaples Center будет пустовать, правильно?

— Олимпийское движение – это такое сложноеи всеохватное явление, не правда ли?Олимпиада важна, как вы говорили, испортсменам, и миллиардам болельщиковсо всего мира, и городу, принимающемуее, и стране. Почему на данном этапеименно Лос-Анджелес, где Игры проходилиуже два раза, это лучший, по Вашемумнению, вариант? Почему не дать возможностьподняться кому-то еще, кому сейчас нужензаряд олимпийского оптимизма? Тому жераненому Парижу?— Я не против того, чтобы помочь какому-тогороду, доверив ему провести Олимпиаду.Но лично мне трудно было бы принятьтакое решение. Ведь гарантии, что городуи стране от Олимпиады будет лучше –нет. Какие надежды связывались с Играмив Рио, в других странах! Очевидно, чтоуспешно провести Олимпиаду очень, оченьтяжело. Трудно изменить огромный город,особенно к лучшему. По-моему, сейчасважнее всего выбрать город, который непонесет миллионные, миллиардные убытки.Где не надо строить красивые стадионы,которые потом будут пустовать. Выбратьгород, который стабилен, прочно стоитна ногах и может сконцентрироваться напланировании незабываемых Игр такогоуровня, который вдохновит новое поколениеи произведет самое лучшее впечатлениеи на атлетов, и на МОК.

— Вы согласны с утверждением, что олимпийскоедвижение переживает сейчас определенныйкризис и Лос-Анджелес-2024 может помочьпреодолеть его?— Да, я слышала, конечно, подобные суждения.Если честно, я не знаю, как ответить наэтот вопрос. Я не вращаюсь в МОК и незнаю всех деталей. В один прекрасныйдень, я бы с удовольствием плотнее вошлав Олимпийское движение, будь то работав национальном оргкомитете или в МОКе,или еще в каком-то качестве, ведь я люблювсе, связанное с Олимпиадой. Я не знаю,есть кризис или нет кризиса, но я уверена,что Игры в Лос-Анджелесе станутположительным моментом для МОКа, потомучто покажут пример того, как можно этосделать, не влезая в долги и не тратягосударственные деньги. Возьмите этузаявочную компанию. Если не ошибаюсь,на нее ушло 66 миллионов долларов, и эточастные вложения.

— Допустим, Олимпиада в Лос-Анджелесеимела бы именно такое позитивноевоздействие на мир спорта, как Вамвидится. Ну а самому-то Лос-Анджелесуона нужна? Вроде бы, детский и массовыйспорт здесь и так в приличном состоянии,куда уж дальше стимулировать?— Конечно! Обязательно нужна! Как и все вмире, спортивная жизнь страны должнаэволюционировать, развиваться. Если выпрекратите кормить свой организм, онотключится. Если перестанете поливатьцветы, они завянут. Следующее поколениеспортсменов надо растить, оно не возьметсясамо по себе. Каждые Олимпийские игры– это та пища, которой питается, накоторой растет национальный спорт.