Шамиль Мустаев: «Меня обнимал сам Королев!»
Шамиль Асгатович Мустаев руководил Апастовским районом Татарии, возглавлял министерство финансов республики, избирался председателем президиума Верховного Совета ТАССР. Ближайшие родственники рассказывают корреспонденту «БИЗНЕС Online», а также сам Мустаев описывает в своих воспоминаниях некоторые малоизвестные и неожиданные факты из жизни и работы очередного руководителя республики советских времен.
Шамиль Мустаев в партшколе Татарского ОК КПСС
«ЕГО КАК ВНУКА МУЛЛЫ НЕЛЬЗЯ БРАТЬ В ОБКОМ КПСС»
«Моя партийная карьера могла закончиться, так и не начавшись, – написал в своих воспоминаниях Шамиль Мустаев после того, как вышел на пенсию. – В конце 1950-х годов я окончил высшую партшколу и должен был быть направлен для работы в обком партии в Казань. Сижу дома, а на собеседование все не вызывают и не вызывают. Оказывается, один завистник написал „донос“, дескать, Мустаев – внук муллы, его нельзя брать в обком КПСС. »
«Действительно, Дамулла бабай, наш предок из XVIII века, был очень известным муллой в своих краях, – подтверждает этот генеалогический «недочет» для биографии партийного и советского работника внучка Мустаева Диляра Байчурина в разговоре с корреспондентом «БИЗНЕС Online». – Он являлся таким, я бы сказала, местным Распутиным: к нему приезжали советоваться многие, в том числе известные в те времена люди. Про него можно найти много интересного в книгах-летописях Буинского района. Его надгробный камень так и стоит в деревне Нурлаты, люди поставили ему еще и памятник. (В скобках заметим, что это село и в недавнем прошлом было богато своими выходцами, среди которых кроме республиканского начфина, затем – председателя парламента ТАССР Мустаева числятся министр печати РТ Ислам Ахметзянов и руководитель «Татспиртпрома» Рашит Шайхутдинов – прим. ред.)».
«Он учился в Багдаде, – включается в разговор о предке рода Мустаевых из XVIII века Елена Мустаева, сноха Шамиля Асгатовича, – и у него потом было около 400 учеников. Словом, это была легендарная личность, о которой сочиняли сказания и всякие разные истории».
«Доходило до того, что он вроде бы целые регионы спасал от всяческих напастей, – продолжает Байчурина. – Помимо того, что он был очень хороший просветитель, поговаривали, что Дамулла бабай обладал определенным даром, некими экстрасенсорными и целительными способностями, так что люди деревнями ходили к нему и на благословение, и за разного рода помощью.
Все просвещение на селе раньше исходило от муллы, так что в нашем роду вырисовывается некая просветительская ветвь, потому что отец дедушки был учителем, позднее – директором школы; он погиб при обороне Ленинграда в Великую Отечественную войну. Дедушка потом нашел его могилу. В этом ему помогла, кстати, губернатор Санкт-Петербурга Валентина Матвиенко».
«Мой отец 25 лет работал учителем начальной школы, – пишет в воспоминаниях Мустаев. – Когда началась война, ему дали бронь, но тем не менее он пошел на фронт. А через несколько месяцев к нам в дом пришла похоронка – отец погиб под Ленинградом».
Письмо отца Шамиля Мустаева с фронта Чтобы увеличить, нажмите
«У меня даже было его письмо с фронта, очень трогательное, – сообщает «БИЗНЕС Online» Камиль Мустаев, сын Шамиля Асгатовича. – Оно было опубликовано в Буинске, в газете, потом вышла книга «Письма с фронта», и в ней оно тоже было опубликовано, но уже с переводом (письмо было написано на татарском языке – прим. ред.). Папа просил меня сделать с него копию, а само письмо, к сожалению, не сохранилось. Дед воевал на Волховском фронте, в 1942 году, самая мясорубка; через несколько месяцев его не стало. Моей бабушке в одиночку пришлось поднимать пятерых детей.
Буинский ветеринарный техникум. Шамиль Мустаев крайний слева во втором нижнем ряду Чтобы увеличить, нажмите
БУДЕННЫЙ ПРИКАЗАЛ СОХРАНЯТЬ КАЖДУЮ ЛОШАДЬ КАК ЛИЧНОЕ ОРУЖИЕ
«Окончил Буинский ветеринарный техникум и поехал работать в самый отдаленный район республики – Ютазы. В одиночку обслуживал 11 колхозов», – читаем дальше воспоминания Шамиля Мустаева.
«Как и почему он попал в ветеринары? – Камиль Мустаев готов объяснить этот отцовский поступок. – Казалось бы, выходец из семьи татарской интеллигенции, семьи учителя и муллы. Мне кажется, причина вот в чем: в Буинске веттехникум считался учебным заведением выше среднего, и отец выбрал его не из-за какой-то большой любви к животным, а просто у него была такая тяга к образованию. И потом он должен был помогать содержать семью, ведь она осталась без главного кормильца. И нужно было такое образование, которое позволило бы ему, быстро получив профессию, зарабатывать.
На практике в Чистополе, 1946 год
Он рассказывал, как в его бытность ветеринаром Буденный отдал приказ по поводу сохранения коней – те приравнивались к определенному стратегическому виду вооружения, что ли. И как они согласовывали практически каждый забой. Писали целую кучу справок, и на специальном учете состоял каждый конь, и как с этим было строго: ветеринар нес ответственность за любую мало-мальскую справку – настолько он был ответственен за то, чтобы поставить правильный диагноз, выдать правильное заключение».
Диплом об окончании Буинского веттехникума
«ОН БЫЛ КАК РАЗ В ТОМ САМОМ СЧАСТЛИВОМ ПУСКОВОМ РАСЧЕТЕ»
«Собрался было жениться, а тут пришла повестка в армию. Но мы с моей невестой Аминой все-таки решили свадьбу не откладывать. Утром сходили в загс и расписались, а вечером она уже провожала меня на поезд. Три года отслужил в ракетных войсках. Был командиром расчета батарей. На полигоне в Капустином Яру под личным руководством Сергея Королева (Сергей Павлович Королев (1907–1966) – основоположник практической космонавтики, генеральный конструктор ракетно-космической промышленности СССР с 1950 по 1966 год – прим. ред.) испытывали первые в стране баллистические ракеты», – продолжаются воспоминания будущего главы парламента Советской Татарии.
Мустаев три года отслужил в ракетных войсках и был командиром расчета батарей
«Меня с ним объединяли не только какие-то служебные встречи и контакты, когда я работал в обкоме партии, – рассказывает корреспонденту «БИЗНЕС Online» известный казанский исследователь профессор истории Булат Султанбеков. – Мы оба в разное время побывали на секретнейшем тогда полигоне Капустин Яр (ракетный полигон в северо-западной части Астраханской области – прим. ред.). Правда, я-то на срочной службе ездил туда просто обустраивать позиции, проще говоря – землю лопатой копать. А вот Шамиль.
Мустаев был командиром расчета батарей на полигоне в Капустином Яру под личным руководством Сергея Королева
Он мне говорил: «Я ведь тебе многое могу рассказать, как мы там, в Кап Яре. Да и вообще. Не случилось нам сесть и обстоятельно поговорить. Сейчас об этом приходится только жалеть. Но он успел рассказать накоротке, что был как раз в том пусковом расчете, который и произвел после серии неудач первый удачный запуск межконтинентальной ракеты Королева на том самом полигоне.
На службе в Советской армии
Он за это получил отпуск домой – у рядового и сержантского состава такое поощрение, если уж честно, считалось выше, например, чем фотография на фоне развернутого знамени части. Причем дали ему и, кажется, всему остальному расчету этот отпуск не на 10, а на 20 дней – мечта! Конечно, командир расчета был, скорее всего, офицер, а Шамиль был сержантом, заместителем командира. Он очень, кстати, этим гордился. „Меня, – говорит, – обнимал сам Королев!“».
На учебе в партшколе
«Я БЕРУ НА РАБОТУ НЕ ВНУКА МУЛЛЫ, А ВЫПУСКНИКА-ОТЛИЧНИКА ПАРТШКОЛЫ»
После армии снова проснулась его тяга к знаниям. Он окончил партшколу и как отличник учебы был направлен на работу в Татарский обком партии. А как уже было сказано, некие «доброжелатели» написали в обком про муллу в его роду. Тогда новый секретарь обкома Семен Игнатьев (1904–1983) – последний сталинский министр государственной безопасности СССР с 1951 по 1953 год, первый секретарь Татарского обкома КПСС с 1957 по 1960 год – прим. ред.) на это ответил: «Я беру на работу не внука муллы, а выпускника-отличника партшколы». А тогда каждый инструктор обкома партии, прежде чем приступить к должностным обязанностям, проходил собеседование с первым секретарем. Но Мустаев считал партшколу, конечно, образованием, но не высшим и не специальным, а неким общим направлением и поэтому поступил заочно в Казанский финансово-экономический институт. А потом, уже будучи министром финансов, окончил аспирантуру и защитил кандидатскую.
Как отличник учебы Мустаев был направлен на работу в Татарский обком партии
Все это делал самостоятельно и очень возмущался, когда узнавал впоследствии, что некоторые товарищи, и даже вполне высокопоставленные, попросту покупали научные звания: «Ну что это такое? Ну посиди ты с учебниками!»
«А с этой диссертацией до смешного доходило, – снова слово берет Камиль Мустаев. – Я помню, как отец, взрослый мужик и даже министр финансов, уже учась в аспирантуре, проклинал немецкий язык, когда зубрил тексты всю ночь перед экзаменом. »
«В начале 1960-х годов республику поделили на несколько зон, ликвидировав многие районы, – вспоминает Шамиль Мустаев. – Апастовский, Камско-Устьинский, Дрожжановский и Тетюшский районы вошли в так называемую Буинскую зону. Но наверху быстро поняли, что эффективно управлять такими огромными территориями невозможно. В эти дни меня вызвал к себе Фикрят Табеев (Фикрят Ахмеджанович Табеев (1928 - 2015) – первый секретарь Татарского обкома КПСС с 1960 по 1979 годы – прим. ред.), сменивший Игнатьева на посту первого секретаря обкома партии, и предложил возглавить Апастовский район».
Мустаев считал партшколу, конечно, образованием, но не высшим и не специальным, а неким общим направлением
ФИКРЯТ ТАБЕЕВ: «АЙДА, ПУСТЬ БУДЕТ ТОСТ ЗА МОСТ!»
«Когда он был первым секретарем Апастовского райкома партии, фактическим главой района, у них кроме русских и татарских там были еще и чувашские деревни, – рассказывает Байчурина. – И довольно много. Так что как руководитель района он считал и считал вполне справедливо, что очень важно было говорить с людьми на их языке. И он научился чувашскому, пусть на уровне несложных коммуникаций; и обязательно начинал говорить речь или обращаться, общаться с людьми в чувашском поселении только на их родном языке».
На конкурсе пахарей в Апастово, 1967 год
«Работать в аппарате – одно, а руководить районом – совсем другое. С 6 утра в кирзовых сапогах месишь грязь по полям, по фермам, по стройкам. За пять лет пришлось немало построить – дороги, школы, клубы, магазины. Но самой застарелой и насущной проблемой района была переправа через Свиягу. Во время весеннего половодья понтонный мост приходилось демонтировать, и жизнь района буквально парализовало. Дело сдвинулось с мертвой точки благодаря Табееву. Приехал он в район с проверкой. Все ему у нас понравилось. Вечером на банкете я как хозяин района первым взял слово и осторожно начал: „Фикрят Ахмеджанович, вы как-то обнадеживающе высказались о строительстве моста через Свиягу. Так давайте поднимем бокалы за новый мост“. Фикрят Табеев насупился и долго молчал. Вдруг улыбнулся и говорит: „Айда, пусть будет за мост! В этом же году мы начали строительство переправы. До сих пор в народе этот мост называют „мустаевским“.
Еще до приезда в Апастово я заочно окончил Казанский финансово-экономический институт. А в районе для экономиста работы – вагон. С уст первого секретаря не сходят слова „хозрасчет“, „себестоимость“, „прибыль“. И эти слова внедряются в умы специалистов и руководителей хозяйств. И совсем скоро новая система хозяйствования дала хорошие результаты. В колхозе „Ракета“ Апастовского района даже республиканский семинар по внедрению хозрасчета провели. Фикрят Табеев итогами семинара остался доволен: „Тебе эти новшества, Шамиль, пора внедрять в республиканском масштабе“. А через некоторое время в газетах публикуют постановление о моем назначении министром финансов ТАССР».
И в 39 лет Шамиль Мустаев переезжает в Казань.
Шамиль Асгатович Мустаев (1929 - 2012) – председатель президиума Верховного Совета Татарской АССР с 1986 по 1990 год.
Родился 17 мая 1929 года в селе Нурлаты Буинского района Татарской АССР.
В 1959 году окончил Казанскую высшую партийную школу, в 1964 году – Казанский финансово-экономический институт.
1942 - 1943 – колхозник колхоза «Марс» Буинского района Татарской АССР.
1943 - 1946 – студент Буинского ветеринарного техникума, город Буинск Татарской АССР.
1946 - 1948 – ветеринарный техник Байрякинского зооветврачебного участка Ютазинского района ТАССР.
1948 - 1949 – ветеринарный фельдшер колхоза «Марс» Буинского района ТАССР.
1949 - 1951 – заведующий отделом кадров и оргинструкторской работы Буинского райкома ВЛКСМ ТАССР.
1951 - 1953 – в Советской Армии, ракетные войска.
1953 – инструктор сельскохозяйственного отдела Буинского райкома КПСС ТАССР.
1953 - 1954 – второй секретарь Буинского райкома ВЛКСМ ТАССР.
1954 - 1955 – инструктор Буинского райкома КПСС по зоне Ахмаметьевской МТС.
1955 - 1959 – слушатель Казанской высшей партийной школы.
1959 - 1964 – инструктор отдела партийных органов Татарского обкома КПСС.
1964 - 1965 – секретарь парткома Апастовского производственного колхозно-совхозного управления Татарской АССР.
1965 - 1969 – первый секретарь Апастовского райкома КПСС ТАССР.
1969 - 1984 – министр финансов ТАССР.
1984 - 1986 – председатель Татарского областного совета профсоюзов.
1986 - 1990 – председатель президиума Верховного Совета Татарской АССР.
Избирался депутатом Верховных Советов РСФСР и Татарской АССР, членом бюро обкома КПСС.