автореферат диссертации по филологии, специальность ВАК РФ 10.01.01 диссертация на тему: Литературное наследие Максима Грека

Защита состоится 10 октября в 14 час. на заседании диссертационно-:: го совета Д.002.208.01 по присуждению ученой степени доктора филологических наук при Институте русской литературы (Пушкинский Дом) Российской академии наук по адресу: 199034, Санкт-Петербург, наб. Макарова, 4.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ИРЛИ (Пушкинс-

доктор филологических наук доктор филологических наук доктор исторических наук

М. В. Рождественская

Российский государственный педагогиче ский университет: им. А. И. Герцена

Автореферат разослан « 2005

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат филологических наук

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Литературное наследие Максима Грека, выдающегося писателя и общественного деятеля первой половины XVI в., огромно по объему и значимо по содержанию. Сегодня атрибутировано около 150 его трудов, сохранившихся в сотнях рукописных сборников. Они связаны с предшествующей культурной традицией и породили литературную волну в книжном процессе второй половины XVI-XVII в. Среди публицистов позднего русского средневековья Максим Грек выделяется новизной подхода к роли писателя, слову и организации творчества.

Художественная система древнерусской литературы, особенно XVI в., преимущественно этикетная. Господство в ней официально признанной стилизации ограничивало индивидуальное творчество писателя. Вторжение в этот мир Максима Грека, человека византийской культуры, европейской образованности, пережившего кризис гуманистических идей, сотрясало традиции русской книжной культуры. Вместе с тем писатель вписывался в существующую московскую школу и ценил ее достижения. Слово Максима Грека с самого начала было авторитетным и востребованным. Писатель поколебал само понятие авторства в православно-славянской традиции, продекларировал особую форму авторского права, создав систематизированные собрания своих избранных трудов (в качестве подобных опытов русских писателей следует признать «Просветитель» Иосифа Волоцкого, «Слова» митрополита Даниила). Ученый монах ускорил движение древнерусской литературы к литературе Нового времени.

Максим Грек стоит в одном ряду с латинскими и православными книжниками XV—XVI вв. (Калуччо Салютати, Ян Гус, Леон Баттиста Альберти, Пахомий Логофет, Лютер). Их деятельность связана сходными проблемами средневекового искусства слова, это в первую очередь установление правильных чтений и истолкований, критика текста, забота о его рецепции. Максим Грек был профессиональным переводчиком, талантливым публицистом. Он владел теорией стиха, правилами поэтической речи, нормами риторики, имел обширные знания в области книжного мастерства, но не составил теоретических работ по филологии. Сочинения писателя не равнозначны по своим литературным достоинствам. Чтобы представить художественный мир писателя, в котором отразилась многоликая картина древнерусского словесного искусства, необходимо изучить каждое сочинение публициста, его историю и поэтику. Творчество Максима Грека, несомненно, заслуживает монографических литературоведческих исследований. «Несмотря на обилие работ, этот автор, по компетентному мнению Н.В. Синицыной,

еще не оценен во всем своем значении, его сочинения не прочитаны на уровне современного мышления и понимания»1.

Актуальность темы диссертации. Исследование литературного наследия Максима Грека в русле современных филологических проблем необходимо для установления закономерностей и особенностей развития русской публицистики XVI в. Развитие научных идей затруднено тем, что отсутствует текстологическое исследование рукописного наследия писателя, а, следовательно, и академическое издание его трудов. Необходимость разработки этой сложной проблемы наиболее четко сформулирована в последних работах Н. В. Синицыной и Д. М. Бу-ланина.

Сегодня в литературоведении, в том числе и в медиевистике, продуктивно разрабатываются концепции, отражающие насущные проблемы науки. Авторское самосознание и авторский текст, структурные и композиционные модели произведения, категория жанра, теория текста, вопросы текстологии и принципы издания древнерусских сочинений и др.— вот круг вопросов, связанных с предметом диссертации. Филологический анализ оригинальных сочинений Максима Грека — актуальный аспект современного исследования, он позволит определить теоретические и практические принципы работы писателя и тем самым решить некоторые вопросы исторической поэтики древнерусской литературы.

Степень научной разработанности проблемы. За два столетия изучения жизни и творчества Максима Грека в мировой науке сложилась целая отрасль знаний о нем. Она оказала колоссальное влияние на культуру исследований древнерусской литературы. Уникальные археографические, источниковедческие, исторические открытия создали фундамент для успешного развития гуманитарной науки. Первое (и пока единственное) издание сочинений преподобного Максима Грека, осуществленное Казанской духовной академией (1859-1862 гг.), долгое время служило основой для исследований, но уже давно стоит вопрос нового научного издания текстов писателя. Анализ литературного наследия Максима Грека, проведенный В. С. Иконниковым (1865 г, 1915 г.), систематизация известных к тому времени фактов биографии ученого грека интенсифицировали дальнейшие научные поиски. Описание рукописей, содержащих сочинения Максима Грека, которое предпринял С. А. Белокуров (1898 г.), способствовало разработке классификации обширного книжного наследия писателя (Е. Е. Голубинский,

1 Синицына Н. В. Проект издания сочинений Максима Грека // Offprint from Cyrillomethodianum XVII-XVIII. Thessalonique 1993-1994. C. 94.

А. И. Иванов, Н. В. Синицына, Д. М. Буланин, А. Т. Шашков), которая крайне необходима для организации дальнейших исследований. Максим Грек как публицист представлен в статьях В. Ф. Ржиги (1934 г., 1936 г.), актуализировавших исследование русской публицистики XVI в. Хорошо известные работы И. Денисова (1943 г.) стали поворотными в развитии исследований творчества Максима Грека. Справочная по своему содержанию работа А. И. Иванова (1969 г.), справедливо получающая нарекания исследователей за содержащиеся в ней ошибки, сыграла свою положительную роль в науке (отсылки к ней позволяют сориентировать исследователя и читателя). Видимо, необходимо составление справочника-путеводителя по литературному наследию Максима Грека с учетом последних достижений науки (после выхода в свет академического издания сочинений писателя). Чрезвычайно важным научным событием стало обнаружение и исследование Н. Н. Покровским сибирского варианта «Судного списка» (1971 г.), заставившее пересмотреть некоторые научные позиции. Открытие и атрибуция русских автографов Максима Грека, проведенная Б. Л. Фон-кичем (1969 г., 1971 г.), заложили основу для создания базы уникальных данных рукописной судьбы авторского текста. Работы советских историков составляют особый этап в науке о Максиме Греке (А. И. Клибанов, С. М. Каштанов, Н. А. Казакова, А. А. Зимин, С. О. Шмидт, Б. М. Клосс, Н. Н. Покровский, Н. В. Синицына и др.). Изучение общественной деятельности Максима Грека и его взглядов, определение роли афонского монаха в идеологической борьбе и политической истории Московской Руси первой половины XVI в. дало результаты, необходимые для исследования литературного творчества писателя. Установление авторских глосс, источниковедческий и кодикологичес-кий анализ многочисленных рукописей, разработка новых принципов систематизации рукописных сборников, составленных из сочинений Максима Грека, определение сути концепции творчества писателя — таковы главные научные открытия, сделанные Н. В. Синицыной (1977 г.). Классификация рукописного наследия Святогорца дополнена и уточнена Д. М. Буланиным и А. Т. Шашковым (1984 г.). Она служит организующей основой для изучения истории текста писателя, а сама текстология сочинений Максима Грека становится специальной темой в науке о древнерусской литературе.

Жизнь, общественная деятельность и творчество афонского монаха в большей степени оценены историками. Ими поставлены и решены крупные задачи биографического, источниковедческого, мировоззренческого характера. Филологических работ о литературном творчестве Максима Грека, к сожалению, немного. Они представлены единичными статьями и главами книг. Установленные лингвистами некоторые

особенности стиля и языка Максима Грека (М. Баракки, 1971 г., Л. С. Ковтун, 1975 г., X. Олмстед, 2002 г.) только ставят на повестку дня необходимость фундаментального исследования языка писателя, часто представляющего собой построение церковнославянских конструкций по греко-латинской модели. Исследование переводов Максима Грека, проведенное Д. М. Буланиным, значительно расширило горизонты творчества писателя и определило особенности рецепции писателем античного наследия. Изучение архитектоники и жанровой природы посланий стало школой филологического анализа сочинений Максима Грека (Д. М. Буланин, 1984 г.). Максим Грек принадлежит международной науке, анализ ее достижений еще предстоит. Из работ современных зарубежных специалистов выделю статьи X. Олмстеда, имеющие первостепенное значение для настоящего исследования. Изучив комплекс библейских текстов, сопровождающих оригинальные сочинения Максима Грека, американский славист получил важные результаты по атрибуции переводов писателя и весомые основания для определения особенных черт языка писателя (1987-1997 г.). О вновь открытых греческих текстах и о поэте Максиме Греке увлекательно пишет П. Бушкович (1984 г., 1993 г.). Ответом ему служит публикация перевода «Слова о покаянии» и комментарий к нему Д. М. Буланина (1993 г.). С оценкой «греческой продукции» Максима выступает И. Шевченко (1998 г.).

Итак, в науке достигнуты большие и важные результаты. Сами подходы к изучению творчества средневекового автора, методика анализа сочинений, систематизация материала востребованы в исследованиях древнерусской книжности и активно используются медиевистами.

Современные тенденции развития науки ведут к решению новых задач. Одна из неразработанных тем — текстологическое исследование и филологический анализ сочинений Максима Грека. Эта проблема поставлена и решена в диссертации на материале большого числа памятников. Основной предпосылкой изучения истории и отчасти теории авторского текста Максима Грека стали существующие работы источниковедческого характера, классификация рукописного материала, концепции по поэтике древнерусской литературы (Д. С. Лихачев, | Р. Пиккио) и по «проблемам Текста» (М. М. Бахтин, Ю. М. Лотман и др.). Результаты проведенного исследования позволили представить разнообразное и сложное публицистическое наследие Максима Грека как формирующуюся художественную систему, понять развитие авторского замысла, проследить основные этапы работы писателя над своими текстами, наметить направления в освоении его литературного наследия, дать характеристику авторского средневекового Текста.

Объектом исследования стали два комплекса сочинений Максима Грека, представляющие разные этапы творчества писателя. В первый

вошли адресные послания, созданные афонским монахом в первые годы его пребывания в Москве, до первого суда над ним (1525 г.). Это официальное послание великому князю Василию III по поводу перевода Толковой псалтыри, ради которого (и других библейских книг) Максим Грек был приглашен и прибыл в Москву в марте 1518 г.; полемические послания Федору Карпову и Николаю Булеву, посвященные антилатинской полемике (послания Николаю поделены на подлинные и сомнительные). Во второй комплекс включены две большие группы сочинений, представляющих собой главы прижизненных собраний Максима Грека — Румянцевского, Иоасафовского и Хлу-довского. Они сформированы и отредактированы самим автором в конце 40-х гг. — первой половине 50-х гг. XVI в. Одна группа составлена \ из 13-ти глав, общих для всех трех собраний; другая — из 18-ти глав, общих для Румянцевского и Хлудовского собраний. Каждая из выделенных групп репрезентативна для проведения исследования. Таким образом, исходные материалы насчитывают около 40 сочинений, общим объемом 18 а. л. в современном измерении. Источниками служат рукописи XVI-XIX вв.

Предмет исследования — проблема системного изучения авторского текста Максима Грека, когда представления о процессе его создания и развития складываются на основе текстологического анализа сочинений, установления межтекстовых связей, когда наблюдения за историей текста соотносятся со структурно-функциональным и поэтологическим анализом произведений, в результате чего реализуется научный принцип целостности.

Цель исследования состоит в том, чтобы выявить основные тенденции развития авторского текста Максима Грека как литературного явления XVI в. на основе изучения рукописной истории его Слов, научной интерпретации текстологических данных каждого произведения писателя и обобщения результатов анализа.

Достижение поставленной цели основано на постановке и решении следующих конкретных задач. ) 1. Изучить историю текста ранних посланий Максима Грека (15181525 гг.) в составе сборников смешанного содержания 20-х гг. XVI — конца XVI в., а также рассмотреть сочинения Максима Грека против латинян на фоне антикатолических средневековых трактатов.

2. Сделать текстологический анализ 13 глав, общих для Румянцевского, Иоасафовского и Хлудовского собраний сочинений Максима Грека, и 18 глав, общих для Румянцевского и Хлудовского собраний, по спискам прижизненных сводов писателя.

3. Установить отношения между авторскими кодексами, а значит, и определить этапы формирования и направления в развитии авторского текста Максима Грека.

4. Изучить списки выделенных сочинений в составе рукописных сводов конца XVI — начала XVII в., сформированных русскими книжниками на основе прижизненных собраний сочинений Максима Грека. Обозначить векторы движения авторского текста в рукописной традиции. Сориентироваться в диахронических отношениях между поздними собраниями и их списками на основе установленных текстологических данных. Определить общую картину бытования наследия Максима Грека (особенно ранних посланий) в русской книжной культуре и основные черты рецепции авторского текста писателя переписчиками, редакторами различных книгописных центров. Сама история поздних собраний Максима Грека должна быть темой отдельного исследования.

5. Сопоставить результаты исследования двух выделенных комплексов сочинений Максима Грека, рассмотреть текстологическую картину ранних посланий в зеркале анализа глав прижизненных собраний писателя.

6. Определить основные закономерности в истории авторского текста Максима Грека, отметить отдельные принципы и приемы работы писателя.

7. Сделать анализ правки Максима Грека, установить ее роль в истории авторского текста;

8. Провести филологический анализ сочинений Максима Грека, а именно, описать архитектонику сочинений и отметить их особенности, выявить основные приемы организации повествования в разных жанрах, определить значение установленных межтекстовых связей в словесной ткани авторской речи, изучить функционирование библейских и святоотеческих цитат в Словах Максима Грека.

Новизна работы состоит в исследовании литературной истории сис- | темы сочинений Максима Грека, бытовавших на протяжении 20-х гг. XVI в. — 30-х гг. XVII в. До сих пор текстологическому анализу подвергались единичные произведения или их фрагменты, например, заголовки, причем на ограниченном материале. Впервые проведен текстологический анализ ранних посланий на основе исчерпывающего числа списков. Впервые исследована история текста каждой из выбранных глав прижизненных собраний (в том числе изучены списки поздних собраний), уточнена схема отношений авторских кодексов. Впервые предложен опыт филологического анализа сочинений писателя, в результа-

те которого изучены структурные и композиционные модели публицистического повествования Максима Грека, выделены типы авторского повествования, определено функционирование цитат и обращений как единиц структуры текста средневекового писателя.

Методологическую и теоретическую базу диссертации составили труды отечественных и зарубежных специалистов. В основу исследования рукописного материала положен системный подход, который позволяет изучать произведение как органическое целое через структурно-функциональные и генетические связи (отношения). Объект изучения рассмотрен как система, потому что ее внешнее проявление (текст в составе смешанных сборников, систематизированных авторских кодексов или в составе поздних собраний русских книжников) задано внутренней организацией (замыслом автора, реализованным через выбор формы повествования, и рецепцией редакторов, русских книжников). Выделены иерархические уровни складывания авторского текста и его бытования. Автор и текст, произведение и читатель, памятник и исследователь, процесс создания и процесс читательского усвоения рассматриваются соподчиненными и образующими определенные системные связи.

Системный подход как методологическая основа исследования состоит из совокупности методов, опирающихся на единые принципы, адекватные исследуемому материалу. В работе использованы сравнительно-исторический, сравнительно-сопоставительный (текстологический), логико-эвристический, текстовый и культурологический методы, приемы рецептивной эстетики и структурного анализа.

Теоретическая значимость работы заключается в выводах о закономерностях становления и развития авторского текста Максима Грека, его восприятии русской книжной культурой ХУ1-ХУП вв., о выявленных литературных особенностях повествования в эпоху позднего средневековья и динамике форм в публицистике XVI в.

Практическая ценность. Проведенное исследование может служить опытом для последующих научных изысканий. Выводы диссертации предлагаются для использования в дальнейшей разработке истории древнерусской литературы и ее поэтики, спецкурсов по средневековой русской публицистике. Результаты текстологического анализа положены в основу подготовки научного издания сочинений Максима Грека.

Использование результатов исследования. По материалам исследования разработан спецкурс «Современный опыт текстологического анализа средневекового публицистического сочинения» для студентов Новосибирского государственного университета, читается спецкурс «Максим Грек и публицистика XVI в.: поэтологический подход» для

студентов Новосибирского государственного технического университета. Сдано в печать 10 ранних сочинений Максима Грека согласно проекту академического издания, разработанному Н. В. Синицыной; подготовлены к публикации главы прижизненных собраний.

Апробация исследования. Основные результаты диссертационной работы опубликованы в научных журналах, в том числе рецензируемых ВАК, сборниках научных трудов, периодических изданиях. Всего вышло из печати 25 статей общим объемом около 23 п. л. Главные положения исследования изложены в докладах на 16 научных конференциях в 1993-2005 гг., в том числе международных: «Москва и греческая культура» (1997 г., Москва), «Вторые Лихачевские чтения» (2003 г., Санкт-Петербург), «Сургут, Сибирь, Россия» (1994 г., Сургут), «Книга и литература в культурном контексте» (2001 г., Новосибирск, НГУ и ГПНТБ); всероссийских'. «Интерпретация художественного произведения: сюжет и мотив» (1995, 1997, 2000, 2002,2003 гг., Новосибирск, Институт филологии СО РАН); Ремезовские чтения. «Центр и периферия в переломную эпоху» (2002 г., Тобольск), Филологические чтения. «Проблемы интерпретации в лингвистике и литературоведении». (Новосибирск, 2002, 2003 гг., НГПУ); Кирилло-Мефодиевские чтения. «Духовное наследие святых просветителей славян Кирилла и Мефодия на сибирской земле» (2003 г., Новосибирск); «Сибирь: опыт освоения и путь в XXI век», посвященной 75-летию академика РАН Н. Н. Покровского (2005 г., Новосибирск, Институт истории СО РАН); межрегиональных'. «Сибирь на перекрестье мировых религий», посвященной М. О. Рижскому (2001, 2004 гг., Новосибирск, НГУ и Институт истории СО РАН,) и др. Прочитаны научные доклады на заседании сектора археографии и источниковедения Института истории СО РАН (1993,1997,2001,2004 гг.), на расширенном заседании Отдела древнерусской литературы ИРЛИ (Пушкинский Дом) РАН (2004 г.).

Структура и объем диссертации. Работа состоит из введения, четырех разделов, заключения, списка литературы и приложения. Объем рукописи в двух томах составляет соответственно 32,5 а. л. и 18 а. л. В Приложении помещены подготовительные материалы для публикации исследованных сочинений Максима Грека.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении даны обоснование темы, предмета, цели исследования и анализ состояния проблемы. Существующая диспропорция исторических и филологических исследований рукописного наследия Максима Грека (при подавляющем числе работ историков) и современные тенденции в развитии медиевистики, истории и теории словесного искусства актуализируют изучение творчества публициста литературоведами.

Раздел I. Ранние сочинения Максима Грека

Ранние послания Максима Грека (до суда 1525 г.) представляют особую проблему в изучении литературного наследия писателя. Они не были включены автором в состав прижизненных собраний сочинений, но хорошо известны в рукописной традиции конца XVI — начала XVII в., когда русские книжники на основе авторских кодексов создавали новые смешанные (поздние) собрания. Выделены два типа посланий, отличающихся целью повествования, а значит авторской интенцией: полемические и официальные.

Полемические послания Максима Г^ека. Антилатинские

Антикатолические сочинения в России и антилатинские послания Максима Грека были предметом научных исследований А. Н. Попова, А. С. Павлова, Б. Шульце, Н. В. Синицыной, Д. М. Буланина. Они изучали содержание памятников, их источники, идеи и некоторые формы бытования. В настоящей диссертации впервые проведен текстологический анализ этих сочинений как тематического цикла, предпринята попытка рассмотреть их в контексте некоторых средневековых антилатинских трактатов, предложен опыт филологического исследования.

«Поедание Николаю Нелчину»

«Послание Николаю Немчину» (Иванов, № 136)2, написанное Максимом Греком в связи католической пропагандой Николая Булева, со-

2 Здесь и далее указаны номера по классификации: Иванов А. И. Литературное наследие Максима Грека. Л., 1969.

держит краткое изложение учения о Святой Троице, выразительный диспут с латинянами и эмоциональную проповедь православной идеи. По своему строению сочинение представляет кумуляцию богословского поучения с полемическим диалогом и риторической тирадой при паратаксических связях начала и конца текста. Подобная структура не совсем обычна для личного письма, но является хорошей основой для развития публицистических памфлетов Максима Грека. В следующих своих сочинениях писатель повторит многие из этих приемов, усложнит и разнообразит способы организации «открытого письма».

На основе текстологического анализа 15 списков «Послания» установлены две редакции памятника3 : Синодальная (далее С) и Волоколамская (далее В). Первая представлена списками из сборников смешанного содержания: ГИМ, Епархиальное собр., № 405,20-е гг. XVI в., , л. 80-86; РГБ, Волоколамское собр., № 638,40-е гг. XVI в., л. 84-92 об.; ГИМ, Синодальное собр., № 791, 40-е гг. XVI в., л. 150-154; РГИА, ф. 834, оп. 3, д. 4025, конец XVI в., л. 120 об.-123. Вторая известна в составе сборников волоколамского происхождения середины XVI в. (РГБ, Волоколамское собр., №488, л. 196 об-200 об. и №522, л. 188 об.—194) и в качестве главы поздних рукописных собраний. Основные различия между редакциями: 1) наличие элементов личного адресного послания в С, их утрата в В и появление традиционного названия: «Послание инока Максима Святогорскаш к Николаю мно-гоученному Немчину»; 2) фрагмент об Августине Гиппонском в С представляет собой краткий вариант с критической оценкой взглядов учителя Церкви, в В — это развернутая вставка, в которой Николай Немчин обвиняется в оболгании Августина. Определены закономерности развития текста, доказано, что первоначальна Синодальная редакция. Внутри редакций выделены варианты.

«Слова на лашинов»

Два послания известному общественному деятелю, талантливому публицисту Федору Ивановичу Карпову Максим Грек написал как ответ другу на его просьбу прокомментировать слова Николая Немчина \ о сути Святой Троицы. В книжной и научной культуре они известны как «Слова на латинов» Максим Грека. Полемическое содержание и эпистолографическая форма обусловили особую структуру текста. Он составлен из частей (позже, в книжной культуре начала XVII в. обозначенных как «главы», всего в двух «Словах» их выделено 23), каждая из которых отграничена знаковыми формулами и посвящена об-

3 Названия редакций даны по наименованиям книжных собраний отделов рукописей, списки которых приняты за основные.

суждению конкретного положения дискуссии. Композиционным стержнем повествования служит прецедентный текст (святоотеческие сочинения), представленный в виде цитат-выписок. Опора на слова учителей Церкви — характерная примета раннего опыта писателя, когда он интенсивно занимался переводами, составлял выписки как подготовительные материалы для работы. Максим Грек построил свой текст на анализе положений «Николаева изъявления». Провокационное слово (цитаты и реминисценции из сочинений оппонента), обращения (прямые и скрытые) к латинянам — структурные элементы авторской речи.

Ранний этап истории текста первого «Слова на латинов» (Иванов, № 133). В истории этого текста выделены две авторские редакции (исследовано 16 списков). Синодальная редакция представлена единственным списком из уникального сборника смешанного состава, где находится и «Послание Николаю Немчину»: ГИМ, Синодальное собр., № 791 (далее С). Многочисленные списки второй редакции, названной Волоколамской (далее В), распределяются по двум вариантам: Пе-ретцевский (сборники ГИМ, Епархиальное собр., № 405, л. 91-129 об., РГБ, Волоколамское собр., № 638, л. 97-142; ИРЛИ, собр. Перетца, №54, середина XVI в., л. 1-13 об., РНБ, Софийское собр., № 1195, вторая половина XVI в., л. 387—417 об.) и Волоколамский (сборник РГБ, Волоколамское собр., № 488, л. 78-101; списки из поздних собраний сочинений писателя). Внутри вариантов выделены подвари-анты. Списки из собраний составляют группы, выявляющие этапы складывания кодексов и их текстологические связи.

Главные различия между редакциями «Слова на латинов»: 1) сохранение в Спрескрипта: «Превъзлюбленному о Христе и пречеспгЬишому киръ Феодору Ивановичу Максимъ монах от Ватопедя метание творит» и появление в В на ее месте заголовка, широко распространенного в рукописной традиции этого послания («Слово на латиновъ, яко не лет есть ни единому приложите что или убавите въ божественном исповедании непорочныа християньскыа в-Ьры. Сложи же ся Максимом Греком иноком»); 2) наличие ряда вставок к отдельным фрагментам в В, тогда как их отсутствие в С не искажает смысл текста, не нарушает логику изложения; 3) стилистические изменения отдельных фрагментов; 4) сохранение предметных деталей в изложении С и их утрата в В; 5) многочисленные равновоз-можные варианты чтений лексического и грамматического характера. Первичной является С, вторичной — В. Продуктивной стала В, ее протограф лежит в основе списков поздних собраний.

Важными элементами текста «Слова на латинов» стали глоссы и маргиналии, по содержанию представляющие собой синонимические варианты, а по форме надстроечные единицы многоуровневого авторского текста (отдельные уровни составляет правка). Такой тип автор-

ской работы отмечен и в истории текста прижизненных собраний Максима Грека.

Богатая по материалу и содержанию история редакции В открывается при изучении ее вариантов. В диссертации подробно изложен анализ движения текста в рукописной традиции первой половины XVI в. В результате установлено, что первоначальным следует признать Перетцевский вариант, лучше всех сохранивший признаки авторского текста (тип заголовка, глоссы, ряд чтений). Волоколамский вариант испытал на себе влияние коллективного начала русских книжников, вероятно, волоколамских, приспособивших текст к новой историко-литературной ситуации после суда над автором сочинения.

«Слово второе на латинов»

«Слово второе» (Иванов, № 134) представляет собой продолжение предыдущего послания Максима Грека Ф. И. Карпову. Оно больше по объему, но более однообразно по содержанию: посвящено учению о Святой Троице. Цель «Слова второго» Максим Грек определил так: «на разарение востати съБогомъ Николаевых главизнъ». Такая установка указывает на усиление идеологической тенденциозности повествования.

В результате текстологического анализа 14 списков установлено, что редакций, как в первом «Слове на латинов», не существует. Выделены два варианта: Волоколамский (сборники РГБ, Волоколамское собр., № 488, л. 102-141 и № 522, л. 195-248 и списки, вошедшие в состав собраний сочинений писателя конца XVI-XVII в.) и Миней-ный /три списка августовского том ВМЧ, например Софийский список—РГАДА, ф. 201, собр. Оболенского, № 161, л. 564-572, и в сборнике смешанного состава РНБ, Q.I.487, л. 462—510).

Текстологическая картина «Слова второго» сопоставима с той частью рукописной традиции первого послания, которая представлена его Перетцевским вариантом. Связь последнего с Минейным вариантом «Слова второго» прослеживается по двум текстологическим данным: типологическому сходству заглавий с указанием имени автора («сложено же бысть Максимом, мнихом Святыа Горы Афонскиа») — и общему | контексту. «Слово второе» замещает первое в одном и том же литературном окружении, оно входит в антилатинский комплекс сочинений (Окружное послание и послание архиепископу Аквилейскому патриарха Фотия, отрывок из послания папы Иоанна VIII), который, по убедительной гипотезе Д. М. Буланина, мог быть составлен при участии Максима Грека. К этому циклу следует добавить анонимную историческую «Повесть о латинах». Постоянство контекста выявляет подвижность авторского текста, представленного двумя сочинениями. Автор не по-

местил два своих «Слова» в одном конвое, следовательно, он не намеревался представлять их в виде единого целого.

Первым бесспорным отличием вариантов «Слова второго» являются заглавия. Названием В послужила заключительная фраза первого «Слова на латинов» с добавлением придаточного предложения (подчеркнуто): «Егоже благодатию укр-Ьпляеми скоро и прочую часть того слова пошлем, в неиже обличение главъ Николаевыхь, поелику Богъ помощь подасть, сотворим, ихже изложи Николаи Немчин на правое богословие Все-святаго Духа, яко об'Ьщахом теб-Ь. Здравствуй!». Она представляет искусственную попытку волоколамских книжников скрепить два текста: последнее предложение первого «Слова на латинов» оформлено (выписано киноварью) как название «Слова второго». Заголовок Миней-ного варианта («Слово второе, разоряющее главы латыньскаго мудрованиа, ихже състави Н'Ькии Н'Ьмчинъ на правое богословие Всесвятаго Духа, сложено же бысть Максимом, мнихом Святыа Горы Афонскиа») может быть авторским, потому что Максиму Греку принадлежит составление всего антилатинского комплекса.

Своеобразие формул обращений к адресату («пречестнтЬишии мужу Феодоре») и апелляций к Николаю Немчину, которые осложнены добавлениями («о Николае латынине»),— главные текстологические приметы Минейного варианта. «Приращения» текста характерны для творчества Максима Грека (тому много примеров в прижизненных собраниях). Они свидетельствуют о редакторской практике автора.

Публицист мог составить оба варианта примерно в одно и то же время, придав им разные функции. Может быть, Минейный вариант он предложил в своих «тетрадках» специально для архиепископа новгородского (будущего митрополита) Макария. Текст развивался по двум параллельным направлениям. Более продуктивным оказался вариант волоколамских книжников.

Ранние послания ГПаксила Грека против латинян

в поздних собраниях

Авторский текст Максима Грека в рукописной традиции поздних собраний представляет собой самостоятельную проблему, связанную с выявлением особенностей рецепции литературного наследия писателя русскими книжниками. Наиболее важный этап в освоении сочинений ученого монаха приходится на конец XVI в., когда интерес к его трудам повышается в связи учреждением патриаршества в России и за короткое время появляется несколько сводов сочинений, составленных на базе Иоасафовского и Хлудовского собраний по принципам, отличающимся от авторских. Изучение движения текстов «Послания Николаю Немчину» и «Слов на латинов» в составе собраний

сочинений Максима Грека, сформированных русскими книжниками в конце XVI — начале XVII в., определяет парадигму развития рукописной традиции литературного наследия писателя.

История «Слова на латинов» Шаксита Грека в составе собраний

Рогожского, Архиепископа Ионы (Нулина). Синодального как опыт

формирования рукописных кодексов в конце XVI в.

Многочисленная группа, самая богатая по материалу и наиболее сложная по взаимоотношениям внутри Волоколамской редакции «Слова на латинов» Максима Грека сложилась из списков трех собраний, появившихся в конце XVI в. Взаимодействия собраний Рогожского (РГБ, собр. Большакова, № 16 —Б-16, РГБ, собр. Рогожской общины, № 302 — Р-302, РНБ, собр. Погодина, № 1141 — П-1141), архиепископа Ионы (Думина) (РГБ, собр. Егорова, № 207 —Ег-207, ГИМ, собр. Уварова, № 310 — У-310), из Парижской национальной библиотеки Slave 123 —Д Синодального ГИМ, Синодальное собр., № 491 — Сн-491 представляют систему, построенную как на определенных, причинно обусловленных (детерминированных) связях, так и на случайных, вероятностных (стохастических) совпадениях текстов. Протограф группы восходит к протографу Волоколамского варианта Волоколамской редакции. Внутри группы списки каждого из собраний имеют ряд имманентных признаков, и в то же время обнаруживают неожиданные схождения списки разных собраний. Из списков Рогожского собрания большой близостью отмечены Б-16 и П-1141, список Р-302 тяготеет к традиции собрания Ионы (Думина). Список Ег-207 представляет двухуровневый текст: первоначальный и правленный почерком неосновного писца. Первоначальный текст поразительно совпадает с П-1141, исправленный — с Р-302 и У-310. В диссертации рассмотрены многочисленные факты и приведены аргументы, доказывающие закономерности в развитии отношений списков внутри этих собраний. Установлено, что Ег-207 не мог быть исправлен ни по Р-302, ни по У-310. Он испытал влияние Перетцевского варианта Волоколамской редакции «Слова на латинов» и мог быть сверен по одному ( из списков Волоколамского варианта. Текст Ег-207 занял переходное положение от Рогожского собрания к собранию Ионы (Думина), и правка это смещение демонстрирует. В Р-302 и У-310 отразился завершающий этап «движения материала». Вероятнее всего, что Р-302 находился под влиянием Ег-207, а У-310 — под влиянием Р-302 или все три списка могли независимо друг от друга пройти одинаковый путь своего развития, и рабочий вариант представлен в Ег-207, парадный — в Р-302 и У-310. Отношения между последними еще предстоит определить. Список Б-16 «Слова на латинов» лег в основу J1-123 и Сн-491.

Таким образом, у истоков выделенной группы списков из собраний конца XVI в. стоит протограф Б-16. Дальнейшее развитие текста «Слова на латинов» шло как по вертикали, так и по горизонтали. Списки поздних собраний находились во власти «открытой» рукописной традиции.

Основные направления истории антилатинских

сочинений Шакоша Грека

Оформившийся тематический антилатинский цикл на этапе составления волоколамских сборников занял разное место в составе поздних собраний. Принципиально важным надо считать тот факт, что в собраниях Рогожском и вологодского архиепископа Ионы (Думина) комплекс помещен в заключительной части сводов, присоединен к их составу. В собраниях Синодальном, Троицком, в 151 главу антилатинские сочинения включены в систематизированные сборники и уже не представляют собой цикла. Созданные на основе компиляций Иоаса-фовского и Хлудовского собраний поздние своды пополнялись путем присоединения новых глав или включения ранних сочинений в формировавшуюся систему трудов писателя. Декомпозиция комплекса и «вживление» глав в новую идейно-литературную текстовую организацию определяют особенности завершающего этапа рукописной истории ранних авторских сочинений. Присоединенный текст априори должен содержать признаки первых шагов стыковки цикла с систематизированными (уже не автором) собраний. Включенный текст, занявший место внутри состава сборника (собрания), отражает «поглощение» отдельных статей общей массой кодекса. Это принципиальная позиция для истории и теории средневекового текста.

В собраниях начала XVII в. линию развития текста антилатинских сочинений Максима Грека следует представить следующим образом. К традиции Синодального собрания восходят собрания Музейное (РГБ, собр. Строева, № 62) и в 151 главу (РГБ, Троицкое собр., № 201). Особое место в книжной культуре занимает Троицкое собрание (РГБ, Троицкое собр., № 200). Троицкое собрание интересно не только своим составом, но и способами редактирования основной рукописи, многослойной правкой, отражающей работу книжников Троицкого скрип-тория. Оно связано с историей Синодального и Музейного собраний и может представлять отдельную линию в развитии рукописной традиции сочинений Максима Грека, которая была освоена в начале XVIII в. Поморским собранием.

Заключительную стадию рукописной традиции антилатинских сочинений Максима Грека зафиксировали т.н. краткий вид собрания в

151 главу и Мальцевское собрание, они уже связаны с первыми изданиями «Слов на латинов» («Книгой о вере» 1619—1620 г.). Названные собрания ждут своего монографического изучения. История антилатинских текстов поможет сориентироваться в перспективах исследования.

Послания Николаю ГГатынину (сомнительные)

К публицистическому наследию Максима Грека относят ряд сочинений антилатинской тематики, принадлежность которых писателю требует дополнительных доказательств. Это два послания, якобы адресованные Николаю Булеву: «Максима Грека к Николаю Латинянину, злому прелестнику, зв-Ъздочетцу, послание о отлучении латиньс-ком, како латина отпадоша православна», или «Слово ответно к Николаю Латынину» (Иванов, № 137, далее 77); «Максима же Грека Свято-горца к Николаю Латынянину зломудреному» (Иванов, № 135, далее 77) и послание Сигизмунду: «Послание Максимово ответно к королю о В'Ьр'Ь» (Иванов, № 141, далее С), известное в единственном списке (РНБ, Соловецкое собр., № 495/514), опубликованном с комментариями Д. М. Буланиным. В истории текста «Слова ответна» важную роль сыграла анонимная рукопись ГИМ, собр. Барсова, № 364, середина XVI в. (далее Б), обнаруженная А. И. Ивановым.

Два послания Николаю связаны тематически, но различаются строением текста: инкорпорированная архитектоника — особенность «Слова ответна Николаю», односложная структура повествования — примета «Послания Николаю зломудреному». Происхождение 77устанавливается на основе анализе его источников. Природу 77 определить трудно, можно лишь связать его с 77.

«Слово ответно Николаю ГГашынину»

В диссертации история текста «Слова ответна Николаю Латынину» рассмотрена как этап формирования антилатинских сочинений Максима Грека. По замыслу составителя оно представляет собой компиляцию на антилатинскую тему. Текст содержит 10 фрагментов, со- ' впадающих с начальными частями двух «Слов на латинов» Максима Грека (исследователями они отмечены как заимствования), послание митр. Иоанна II Клименту, статьи Никиты Стифата о субботнем посте и целибате, Никиты Никейца об опресноках, историческую «Повесть о латинах». Небольшое вступление и довольно пространное заключение, обрамляющие эту подборку, принадлежат повествователю, дающему самоуничижительную характеристику, не свойственную стилю Максима Грека: «аз неучешгЬ и неразсудн-Ь, варварскимъ и дебелым сло-вомъ списах». Сопоставление Н, С, Б приводит к заключению, что они

представляют три редакции одного сочинения, протограф которого был создан не позднее рукописи ГИМ, собр. Барсова, № 364 (50-60-е гг. XVI в.). Само сочинение могло быть составлено из черновых материалов, выписок автора и внесено русскими книжниками в рукописную традицию под именем Максима Грека. Другой пример текста, построенного на контаминации фрагментов из «Слов на латинов», обнаружен в сборнике РНБ, <З.Хт17 (начало XVII в.), л. 111-119.

В работе дан анализ интертекстуальных связей «Слова ответна» с рядом памятников противокатолической тематики. Особое внимание уделено исторической «Повести о латинах», выделена особая редакция этой «Повести» в рукописи ГИМ, собр. Барсова, № 364.

Антилатинские полемические сочинения средневековья (XI-XVI вв.) можно представить как единый Текст. В нем обсуждаются одни и те же вопросы, используются одни и те же факты, сходные обвинения, заимствуются друг у друга аргументы, повторяются традиционные методы дискуссии, сталкиваются разные способы опровержения и стили публицистической речи, по установленным правилам развивается богословская логика.

«Поедание Николаю здолудренолу и некоему послушнику»

Содержанием сочинения стала единственная тема — об исхожде-нии Святого Духа, в отличие от многоаспектного повествования «Слова ответна». «Послания» адресовано некоему послушнику, апелляции к Николаю следует оценить как риторический прием, известный по «Словам на латинов». Особенностью этого текста стали внутренние повторы, или самоцитаты, которые выполняют в сочинениях Максима Грека риторическую функцию (такие приемы отмечены в главах прижизненных собраний).

Текстологический анализ «Посланий Николаю Латынину». Послания Николаю Латынину (Н и П) в рукописной традиции всегда помещены вместе в сборниках неустойчивого состава 80-х гг. — конца XVI в. (РНБ, О.ХУП.71, РНБ, <2.1.493, РГАДА, собр. Мазурина, оп. 1, № 294) и в смешанных собраниях (Синодальном, Троицком, Музейном, в 151 главу, Поморском, в собрании в единственном списке РНБ, Соловецкое собр., № 495/514). Эти два памятника имеют общую историю. Редакций и вариантов, которые позволили бы обозначить этапы развития текста, нет. Списки делятся на две группы. К первой отнесены тексты из сборников, ко второй — главы из поздних собраний писателя. Имя адресата «Слова ответна» — Николая — встречается только в названии, в самом тексте обращения сделаны к «другу моему» и к «латинам». Разночтения не дают смысловых отличий текста.

Группы выделены на основе типизации писцовых ошибок. Тексты, сохранившиеся в собраниях, точнее передали протограф, нежели списки сборников.

Послание Василию III о переводе Толковой псалтыри

К раннему периоду творчества Максима Грека относятся три послания великому князю Московскому Василию III: «Послание великому князю Василию III о завершении перевода Толковой псалтыри» (Иванов, № 215), «Послание об устройстве афонских монастырей» (Иванов, № 323), «Послание по поводу нашествия на Русь крымского хана Магмет-гирея в 1521 г.» (Иванов, № 227, известно в единственном списке). В работе представлен анализ первого из них, так как его богатая рукописная традиция представляет важный материал для исследования.

В «Послании о Псалтыри» объединились философско-политичес-кие размышления публициста, филологические заметки и биографические данные. В первой части Максим Грек рассуждает на тему взаимоотношения священства и царства и высказывает свои взгляды на «устроение» государства. Во второй, самой пространной, дает характеристику существовавших до него переводов Псалтыри, излагает собственную аргументацию в доказательство типичных ошибок русских переводчиков священных книг. В третьей, заключительной, части Максим Грек сообщает о завершении работы, просит для своих «споспешни-ков» вознаграждения, обращается с просьбой отпустить его и братию в родной монастырь Ватопед.

Известны полная и краткая редакции «Послания». История текста полной редакции памятника определена его функцией в книжной традиции. «Послание» занимает место «Предисловия» к Толковой псалтыри в большом числе ее списков и играет роль ритуального текста, а именно подносного послания (списки поделены на две группы: 1) РНБ, СП6.ДА.A.I/171, 40-е гг. XVI в., ГИМ, собр. Щукина, №4, середина XVI в. (автограф волоколамского писца Дмитрия Лапшина); 2) ГИМ, Синодальное собр., № 156, середина XVI в., ГИМ собр. Хлудова, № 4 Д, РГБ, собр. Гранкова, № 20,1592 г. Многочисленные другие списки «Послания» в составе Псалтыри укладываются в данную классификацию. Памятник существует в виде самостоятельных глав собраний сочинений пылала XVII в. (Синодальное, Музейное, Троицкое, в 151 главу) и вписывается в логическую систему строения кодексов. (Обращает на себя внимание отсутствие «Послания» в собраниях Рогожском и архиепископа Ионы Думина). «Послание» представлено единственным списком в сборнике смешанного содержания (РНБ, Q.I.487, л. 510-531, вто-

рая половина XVI в.). Первые две линии связаны между собой последовательно: протограф списков собраний восходит к одному из списков второй группы. Они представляют один вариант «Послания», хотя различаются некоторыми мелкими деталями. Сборник РНБ, Q.I.487 сохранил уникальные чтения первоначального авторского текста. Зависимость вида текста от типа сборника указывает на отношения корреляции между ними: по типу сборника можно определить вид текста и его текстологические особенности.

Краткая редакция «Послания» помещена в качестве предисловия к Псалтыри, переведенной Максимом Греком вместе с Нилом Курляте-вым в 1552 г. в Троицкой лавре: РНБ, Соловецкое собр., № 752/862, л. 8-15 (списки ГИМ, собр. Уварова № 85, РНБ, Соловецкое собр., № 753, РГБ, Троицкое собр., № 62). Она представляет собой намеренное сокращение текста. Сохранена большая часть вступления, опущена вся вторая часть (о толковниках Псалтыри), в оставленном фрагменте из третьей части изложены мотивы подношения труда и просьба Максима Грека о вознаграждении «причастников д'Ьла», переводчиков и писарей. Не вошло в Краткую редакцию «моление» о возвращении во Святую Гору. Составляя новую версию сочинения в середине XVI в., афонский монах не внес изменения в апелляциях к адресату (сохранено имя Василия III), это значит, что обращения не могут быть датирующим признаком сочинений.

Итак, исследованы два типа посланий Максима Грека: полемические и официальные (ритуальные), представляющие литературный опыт первых лет его творчества в Москве. Интенсивность писательского труда выразилась в почти одновременном создании редакций и вариантов сочинений в течение сравнительно небольшого времени (1519—1525 гг.).

Раздел II. Прижизненные собрания сочинений Максима Грека. Анализ глав, общих для Румянцевского, Иоасафовского и Хлудовского собраний

Следующий этап изучения литературного наследия Максима Грека — текстологическое исследование глав прижизненных собраний сочинений. Оно основано на классификации рукописей, результатах источниковедческого и кодикологического изучения Н. В. Синицыной, которая выделила Иоасафовское собрание (основной список РГБ, собр. МДА Фунд., № 42, далее И), Хлудовское (основной список РГБ, собр. Большакова, № 285, далее X), уникальное Румянцевское, представленное единственным сборником, раритетным по составу и неповторимым по своей рукописной судьбе (РГБ, собр. Румянцева, № 264, да-

лее Р), определила главы в этих собраниях, содержащие одни и те же сочинения, и необходимость их изучения.

История собраний Максима Грека складывается из истории текста каждого сочинения, но не представляет собой сумму фактов. Каждая глава интересна своим «материалом движения». Во втором разделе диссертации подробно изложены анализ организации повествования каждой главы и текстологические наблюдения над тремя прижизненными списками, ряд текстов сверен по спискам поздних собраний и некоторым сборникам. В автореферате представлено резюме выполненного исследования4.

«Сложение вкратце о тверское пожаре». «Сложение въкратц-Ь о бывшемъ пожар-Ь тферскомъ, такоже и похвала о обновлении церков-наго украшения, бывшаго боголюбивым епископомъ тферскым Акакием» (.Р-50, И-22а,Х 38а, Иванов, № 3325).

События тверского пожара 1537 г. положены в основу сюжетов двух сочинений Максима Грека, они составили гл. 21 и 22 И, гл. 22 и 38 X, в Р сохранилось только второе сочинение. «Сложение» — это монолог-похвала автора на тему обновления церковного украшения в Твери. Ведущие мотивы — покаяние, благодарность Господу за помощь и обширная похвала епископу тверскому Акакию за «тщание и прилежание». Это пример панегирического слова Максима Грека, где превалируют эмфатические элементы авторской речи.

Выделены два варианта текста — И-Р иХ. Уникальное чтение в И и Р — актуализация эпитета «млад»: «великаго князя Ивана млада Васи-лиевича», ср. в X «великаго князя Ивана Василиевича» (л. 52) — может быть датирующим признаком их общего протографа — до 1547 г., а именно 1541-1543 гг., когда завершается восстановление тверских храмов.

4 В автореферате опущен анализ некоторых глав, так как его результаты аналогичны полученным в других сочинениях («Сказание о Иуд*Ь предатели, на Аполинариа». («Сказание на Аполинария», Р-51, И-31, Х-32, Иванов, № 167), «Повесть самовидца бывша мучению некоего новоявлена мученика въ гречестеи земли» («Повесть о новоявленном мученике», Р-11, И-43, в X текста нет из-за утраты листов в рукописи РГБ, собр. Большакова № 285, Иванов, № 341; «Сказание о птице неясыти» (Р-64, И-46а, Х-31, Иванов, № 359).

5 Здесь и далее приводится заголовок сочинения по списку X, рабочее название, номера глав по собраниям (буквой «а» отмечено наличие авторской правки). Тексты цитируются по X, листы указаны по рукописи РГБ, собр., Большакова, №285. Опубликованы: «Сочинения преподобного Максима Грека». Казань. 1859-1861. Новая версия издания помещена в Приложении диссертации.

Первичен текст в Р; текст И восходит независимо к тому же архетипу, но отличается несложной обработкой автора. Последний этап истории этого сочинения представлен в X. Прямых, непосредственных связей между прижизненными списками нет. Авторская правка в И и Хне создала новых редакций текста.

«Слово о нынешнее окаянное веке». «Слово простран-Ье излагаю-ще съ жалостию нестроения и бесчиния царей и властелех посл^дняго в'Ька сего» (Р-бба, И-26, Х-26а, Иванов, № 221).

«Слово» представляет собой оригинальное повествование, построенное на популярном в литературе и публицистике мотиве пути-встречи, на «неначаемом сретении» путника-рассказчика и вдовы-жены. Это слово-аллегория. Моделью действительности, через которую реализуется замысел писателя, у Максима Грека стал «путь жестокий», «путь пуст». Имманентная структура сочинения — диалог — в традиции литературного стиля Максима Грека. Путник инициирует беседу, пространные ответы-монологи вдовы рисуют картины общественно-политической жизни Московской Руси второй четверти XVI в., в которых дана критика злоупотреблений местных и московских властей. Пять «слов» путника и вдовы организованы по «спиральной» модели. Перед нами эмоционально-образное политическое высказывание, яркое художественно-публицистическое произведение, по своей жанровой природе близкое к памфлету.

Выделены два варианта текста — И-Р иХ, каждый имеет свой архетип, списки первого варианта восходят к разным протографам. Отдельные чтения свидетельствуют о первичности Р. Своеобразие этому списку придали глоссы, вписанные книжниками, видимо, под руководством автора:

не гнусодНкании (л. 12)

работы египетскыя (л. 13)

не въ ложах не въ ложах

(над словами знаки глоссы, на нижнем поле вписано не гнусод^ании) работы работы египетскыя

(египетскыя вписано на левом поле)

Глоссы отражают творческую работу автора, ее результат представлен в X, где глосса заменила текст, находившийся в строке. Важно, что слово с поля рукописи переходит в строку, а не наоборот. В руко-

писи А" нужно видеть два списка: первичный и правленный автором. Первичный ближе к И, но содержит ошибки (как неисправленные, так и исправленные). Автографы Максима Грека в ЛГсоздают новый вариант главы, видимо, последний в истории этого памятника. Результаты авторского редактирования в А!"не известны И и Р.

«Словцо к хотящим перейти в иноческое житие». «Словцо къ хотящимъ оставляти жены своя без вины законныя и ити въ иноческое житие» (Р-68а, И-32, Х-37, Иванов, № 183)

«Словцо» —довольно типичное для литературных трудов Максима Грека сочинение. Это наставление в форме ответного послания на «помысел» друга. Тема поучения — истинность иноческого служения и защита достоинства брака. Автор, как правило, в начале излагает повод для создания своих «малых писмен» — просьбу «любезного друга», тем самым мотивируя свое высказывание. Специфику архитектонике «Словца» придает обширное вступление, изобилующее библейскими цитатами. В нем проведена многократно повторяющаяся главная мысль Максима Грека как богослова о сохранении в своем сердце Спасовых словес. В основной части он убеждает, что не монашеской одеждой и отказом от еды и пития «благов'Ьрие христианское състоится», а воздержанием от злобы, страстей плоти и духа.

В истории текста «Словца» отмечены особенности, которые показали, что уникальный вариант Р (находится в Румянцевской рукописи в отдельной тетради и написан почерком, единственным в этом сборнике) должен иметь собственный протограф. Списки ИпХ, представляющие другой вариант, самостоятельно восходят к общему протографу. Принципиальное различие между вариантами — заголовки. В Р название вписано на верхнем поле почерком редактора рукописи и по содержанию, несомненно, принадлежит автору: «Поучение, яко мощно и легко есть спастися и мирском жителстве». Другая важная особенность варианта Р — приписка, утраченная в И и X (опубликована А.И. Ивановым). Ряд разночтений выделяют список Р и дают основание считать, что в нем сохранился первоначальный вариант | «поучения». Например, обычно на втором этапе работы с текстом Максим Грек включал вводные конструкции, так в И пХ появляются слова «к симъ», которых нет в Р: «К симъ, оно да в'Ьсть».

«Сказание об обряде освящения воды». «Сказание о освящении вод-Ь на заутрия святых Богоявлении» (Р-63, И-35а, Х-43а, Иванов, № 281)

В «Сказании» описывается христианский обряд с целью его пропаганды и в противовес бытовавшей языческой традиции омовения. С этим сюжетом связаны две переводные, по-видимому, статьи Максима Грека

(Иванов, № 104, 284). Сочинение, как и предыдущее, построено по хорошо известной модели: автор отвечает на просьбу адресата (может быть, мнимого): «О нем же спрашовалъ мене, твое благогов'Ьиньство, мала ему скажу». Максим Грек использует активную форму ответного послания для пропаганды новых знаний. Его основная цель — просвещение, поэтому он определяет жанр сочинения как сказание. Сочетание жанровых стилей характерно для глав прижизненных собраний писателя, оно может отражать приспособление отдельных раннее написанных посланий к своду избранных авторских трудов.

Текстологический анализ прижизненных списков дает результаты, схожие с полученными по предыдущему «Словцу». Ряд значимых чтений списка Р, позволяет выделить его в самостоятельный вариант. В основе текстов И и X лежит другой архетип, к которому они восходят через свои протографы самостоятельно. Особенностью литературной истории «Сказания» стало сохранение традиции Р в уникальном сборнике РГИА, ф. 834, оп. 4, № 1622, л. 64 об.-68, выделенном и названном Д. М. Буланиным как собрание «Архивное-2».

«Слово поучительное на обличение звездочетцев». «Послание к некоему князю, слово поучително, BKyirfc же и обличително прелести зв"ЬздочетсгЬи и угйшително живущимъ въ скръбНкхъ» (Р-52а, И-Зба, Х-53а, Иванов, № 160).

«Слово поучительное» по тематике относится к циклу сочинений Максима Грека против астрологии, начало которому положено ранними посланиями Федору Карпову. Мотив «на звездочетцев» стал только поводом для нового поучения, более широкого по содержанию, чем ранние полемические послания на эту тему. «Слово поучительное» в принципе не имеет адресата. Введение его в заглавии X как «Послание некоему князю» (в Р и И этих слов нет) — явно поздняя приписка. Статус послания тексту был присвоен автором на этапе включения его в состав Хлудовского собрания. Сочетание двух жанров в заголовке X— «послание. » и «слово. » — важный факт литературной истории памятника. Определение сочинения как «послание» неоправданно, поскольку в самом тексте нет признаков эпистолярной традиции. Жанр «слово поучително. обличително. угЬшително» более отвечает содержанию статьи. Ее стиль имеет одну яркую примету — обилие библейских цитат. Ведущий мотив — поучение. Сочинение не полемично по своему тону, хотя Максим Грек обличает «прелесть» астроло-гов-звездочетцев. Он не дискутирует, а утверждает свое мнение, приводя красноречивые факты и аргументы (пленение израильтян, судьба Манассии и Давида). Не совсем обычно для повествования то, что в этом «Слове» нет вступления. Основная часть делится на два перио-

да, обозначенные сходными формулами начала. Такой повтор является внутренней границей текста. Эти особенности указывают на место «Слова» в цикле антиастрологических сочинений писателя: оно могло появиться гораздо позже эпистолий Федору Карпову, а именно, было составлено специально для «избранного». Важно, что Максим Грек не стремился внутри Иоасафовского собрания свести антиастрологические (как и антилатинские) сочинения в единый цикл (главы одной тематики — 13-я, 14-я и 36-я, 37-я — располагаются в разных частях свода).

На основе различий в названии списков и ряда других чтений выделены два варианта текста — Р-И и X. Например, во фразе: «Но да памятуимъ смыслен'Ь божественаго Иакова, брата Божиа, глаголющаго. » (X, л. 128 об.), в И и Р вместо «брата Божиа» читается «Аделфофеа» — исконное для Максима Грека именование на греческом языке. Русский перевод в Хлудовском собрании—явление вторичное. Авторская правка всех трех списков не совпала по содержанию, она имеет преимущественно корректорский характер.

«Поедание к некоему иноку о фортуне». «Послание къ некоему иноку, бывшему въ игумен'Ьхъ, о немецкой прелести, глаголемой фортун'Ь, и о колееЬ ея» (Р-50а, И-37а, X38а, Иванов, № 1616)

«Послание», как и предыдущая глава, тематически входит в цикл антиастрологических сочинений, но не похоже по типу повествования на «Слово поучительное». Оно выдержано в стиле эпистолярного жанра. Своего адресата Максим Грек называет другом и братом, признается ему в духовной любви, высоко ценит его образованность, но упрекает за увлечение «богомръзкым учительством прелестника Николаа Германа». На высокое положение инока указывают апеллятивы «пре-подобство»,«глава».

Здесь, в отличие от предыдущего «Слова», очень мало библейских цитат. Письмо имеет четкую и логичную структуру. В небольшом вступлении Максим Грек излагает критерии истинности дружбы и мотивирует свое письмо. Основное содержание «Послания» состоит из двух достаточно самостоятельных частей: исторической (нарративной) и критической. В них отмечены смысловые и текстуальные повторы, их «художественная активность» (Ю. М. Лотман) определяла особенности организации авторского слова и его восприятия. Сочинение по своей природе может быть составным, источниками компиляции послужли авторские заготовки. В заключении Максим Грек использует известные приемы ораторской речи, призывая всех держать-

6 А. И. Иванов учитывал под № 161 и 157 одно и то же сочинение.

ся Спасительных догматов. Переход авторского голоса из одного регистра в другой (от назидания к эмоциональным обращениям) — особенность публицистического стиля Максима Грека.

История текста «Послания» очень интересна. Важные и уникальные отличия имеет сочинение в Румянцевском сборнике, где оно надписано как «Toe же п'Ьсни 3 Анны пророчици» и содержательно связано с предшествующим в этой рукописи «Сказанием от чясти тое же 3 песни Анны пророчици», известном в единственном списке. Особая редакция одного фрагмента в Р (развернутый пассаж библейского сюжета о поставлении на царство Саула и Давида) и приписка в конце текста, содержащая филофронетический мотив личного послания, позволяют оценивать список Р как первоначальный вариант. Другой, отредактированный авторский текст сохранился в И и X. Большинство текстуальных совпадений убеждает в существовании общего архетипа последних списков.

«Послание инокигот». «Послание къ н-Ькоимъ честнымъ инокинямъ»

(Р-1, И-38а7, X 48а, Иванов, № 185)

Сочинение состоит из двух статей, которые в некоторых рукописях являются самостоятельными главами. Первая — «Записка», сопровождающая послание, которая могла появиться после завершения работы. Содержание «Записки» — подношение подарка — определяет ее место в композиции главы. В Р она выполняет функцию послесловия и не имеет заглавия, в И и X предваряет «Послание». Список И имеет название, составленное в традиционной форме (см выше). В X вместо него неожиданно читается прескрипт: «Многогр-кшныи инокъ Святыя Горы Максимъ Грекъ честным инокинямъ челомъ бьетъ», который должен быть расценен как художественный прием писателя.

Вторая статья — собственно пространное послание «неким инокиням» («Слово. ») на тему о благочестии и добродетелях — имеет одно название в И яХ: «Слово въспоминателно о исправлении иноческаго жития къ Н'Ькоимъ честным инокинямъ и яко исплънение еуаггельскых заповедей съи есть въистину страх Божии». Этим сочинением под заголовком «Слово по-учително о исправлении. » открывается Румянцевский сборник.

«Слово» имеет четко выраженную трехчастную структуру. Во вступлении, как правило, изложен провокационный мотив — ответ на просьбу адресата: «Просять у мене, убогаго и нищаго. честные и премудры дще-ря. ». Основная часть складывается из трех фрагментов, каждый из них начинается с цитат из Псалтыри, в которых заложен определенный кон-

7 В данном случае название главы приведено по списку И, так как в X заголовка нет.

цент: тема «страха Господня», т.е. соблюдение святых заповедей (Пс. 110: 10), «духовные дарования» (Пс. 114: 2), христианская добродетель (Пс. 111:6). Движение по спирали — таков путь рассуждений Максима Грека, которые он заключает авторской сентенцией, определяющей главную идею послания. Тональность его речи меняется в ходе изложения: от строгой, назидательной в первой части, к эмоционально-критической во второй и задушевной в третьей.

Установлены две редакции «Слова»: Р и И-Х, внутри последней выделен вариант И, появившийся в результате авторской правки. Наращение как авторский прием создания нового текста в редакции И-Х— одна из закономерностей творческой работы писателя. Списки И и X самостоятельно восходят к архетипу. Р имеет чтения, совпадающие как с И, так и сX, что доказывает самостоятельность последних списков, а значит, и собраний. Первая редакция (Р) не получила продолжения в дальнейшей рукописной традиции, вторая (И-Х) широко представлена списками из собраний конца XVI — XVII в. Вариант И содержится в собрании Архиепископа Ионы (Думина). Авторская правка в И, редакторская по своему характеру, — факт последней работы Максима Грека над текстом. Исправления в исследуемых рукописях, сделанные как рукой основных писцов, так и почерком других книжников, могои быть инициированы автором.

«Сказание о трех вопросах, нужных всякому просвещенному человеку». «Послание къ иному некоему другу, в немже сказание триехъ Н'Ькых взыскании, нужных всякому рачителю книжному» (Р-67, И-41а, Х-50, Иванов, № 312)

Название главы свидетельствует об инкорпорированной структуре повествования: один жанр включен в другой («Послание. в немже сказание. ..»). Цель сочинения — ответить на три «взыскания»: достойны ли царствия небесного воины, погибшие от рук иноверных; что такое акростих; разрешено ли христианам «ядение свиных мясъ»? Автором этих вопросов был якобы «некии друг», которого Максим Грек величает «твое благородие», однако прямых обращений к нему нет. Отклонение от нормы стиля послания позволяет считать адресата мнимой фигурой, апелляции к нему — риторическим приемом. Налицо обратная коммутация, характерная черта библейского стиля, когда, обращаясь к отдельной личности, можно обратиться одновременно ко всем.

Само сочетание избранных тем возможно только в формате ответного послания. Вступление и заключение обрамляют собственно «сказание», имеющее трехчастную архитектонику. Основной принцип построения текста — монтаж. Эклектичная форма сочинения обнаруживает замысел автора: раздвинуть границы жанра послания, элиминиро-

вать его имманентные признаки, тем самым перейти к приемам широкого повествования. Такая конструкция внутренне не связанного текста легко собиралась и разбиралась. В рукописной традиции сочинение иногда бытовало в виде самостоятельных статей, в Румянцевском сборнике помещена только первая. Этот факт можно рассматривать как доказательство подготовительного этапа формирования текста. Видимо, каждая часть «сказания» существовала самостоятельно, создание цельного единого произведения, вероятно, было спровоцировано работой Максима Грека над составлением авторских кодексов.

Текстологическое исследование первой статьи по трем спискам дает основание выделить две группы — Р-ИиХ. Анализ второй и третьей статей устанавливает ряд ошибочных чтений Xв сопоставлении с И. Правка Максима Грека, наблюдаемая только в И, носит редакционный характер, но она не отразилась в X Это свидетельствует о независимости этих списков, следовательно, и складывание собраний представляет собой два самостоятельных процесса.

«Сказание на незахождение солнца в пасхальную неделю».

Сказание къ глаголющим, яко въ всю Св-Ьтлую неделю солнце не заходя

стояло, и того ради глаголють единъ день всю Светлую неделю (Р-48а,

И-42а, Х-54а, Иванов, № 171)

Это небольшое сочинение посвящено обсуждению одного вопроса, суть которого сформулирована в заглавиях8:

Того же инока Максима Грека сказание къ глаголющим, яко въ всю Светлую неделю солнце не заходя стояло, и того ради глаголють единъ день всю Светлую неделю.

Оказание о семь, яко, л*ьжу гла-голюще, в*ь всю Светлую неделю солнце не ЗАиде.

Заголовок вписан почерком Максима Грека на верхнем поле.

Смысл заглавий различается установкой: в Р дать формулировку темы, в И и X сделать акцент на адресность повествования. Традиционная трехчастная структура в этом сочинении имеет свои особенности. Слишком обширное вступление нарушает пропорции частей текста. В нем не обозначена (даже не узнаваема) тема повествования. Главный предмет введения — определение позиции православного, соблюдающего «прилежным деланием спасителных запов-Ьдеи Господа», по отношению к нечестивым. В краткой заключительной части Максим Грек возвращается к началу своего «Сказания». Такой внутрен-

8 Автограф Максима Грека здесь и далее выделен шрифтом «ижица».

ний повтор, возвращение к материалу (рекуперация) — характерная черта литературного стиля Максима Грека, этот риторический прием связывает текст воедино. Но заключение, как и вступление, не обращено к заявленной теме. Они могли бы сопровождать любое другое сочинение писателя. Основная часть — это обличение мнения еретиков. Как обычно, Максим Грек избирает диалогичную форму полемической речи.

Важных разночтений в прижизненных списках этого памятника немного. Отношения между ними повторяют текстологическую картину других глав. Тексты Р и И сохраняют ряд общих архетипичных чтений, поэтому объединяются в группу. Индивидуальные чтения И— это, как правило, архаичные грамматические формы. Список Р передает ряд явно первоначальных чтений. Список X оригинальных черт не имеет, но содержит много писцовых ошибок. Анализ автографов Максима Грека (самые многочисленные в Р) позволяет рассматривать список Р с правкой автора как окончательный авторский текст. Важно отметить, что одну и ту же фразу в двух списках автор правит по-разному. Это говорит о неодновременности работы Максима Грека над этими текстами.

«Слова, подвигающие к покаянию». Словеса възставлятелна къ покаанию (Р-65, И-47, Х-44, Иванов, № 176, 335, 336, 337, 338)

Тема покаяния — одна из сквозных в публицистике Максима Грека, ей посвящено несколько сочинений. Заключительная глава Иоаса-фовского собрания состоит из пяти статей, объединенных общим названием и представляющих авторский тематический цикл и инкорпорированную структуру авторского текста. Но наличие киноварных заглавий к каждому «Слову», самостоятельное их бытование в ряде сборников и собраний свидетельствуют об оригинальной литературной истории памятника. Каждая статья, кроме первой, основана на сюжете, построенном по законам средневековой беллетристики. Немногочисленные разночтения между тремя авторскими списками указывают на общность рукописной истории ИпР.

История текста общих глав Рулшнцевского. Ноасасровского и Хлудовского собраний в составе поздних рукописных сводов сочинений ПТакси&а Грека

Список Румянцевского сборника как вариант авторского текста не получил развития в рукописной традиции собраний конца XVI — начала XVII в. Единственным сборником, испытавшим влияние протографа Р, следует признать РГИА, ф. 834, оп. 4, № 1622 (собрание Архивное 2).

На основе текстологического анализа намечены две линии развития авторского текста. От Иоасафовского собрания идет рукописная традиция собрания Архиепископа Ионы (Думина) и Синодального собрания. Хлудовское собрание положено в основу Соловецкого собрания, собрания до 1587 г., Рогожского, Троицкого, собрания в 151 главу, Торжокской рукописи (ВИЭМ, КОФ-1204), собрания в единственном списке РНБ Q.I.219. Но прямой зависимости списков поздних собраний от рукописей РГБ, собр. МДА Фунд., № 42 и РГБ, собр. Большакова, № 285 не установлено. Необходимо дальнейшее исследование глав прижизненных собраний в поздней книжной культуре.

Итак, каждый из трех авторских списков прижизненных собраний сочинений Максима Грека должен рассматриваться как самостоятельный и самодостаточный текст. Нет оснований считать, что между ними были прямые и непосредственные связи. Набор чтений каждого списка доказывает независимость бытования текста и помогает определить генетические отношения между списками.

Раздел III. Общие сочинения Румянцевского и Хлудовского собраний

Хлудовское собрание — это самый полный свод литературных трудов Максима Грека (74 главы, включая «Сказание о рукописании грехов»), составленный самим писателем на основе опыта Иоасафовского собрания. Восемнадцать сочинений Хлудовского кодекса находятся в Румянцевском сборнике. Вопрос об отношениях этих сводов в современной науке представлен как самостоятельная проблема. Одним из результатов анализа трех прижизненных списков Р, И, X стало наблюдение, что главы Хлудовского собрания складывались без влияния Румянцевского. Тексты Р иХвосходят к достаточно далеко отстоящим друг от друга архетипам. Следующая задача состоит в том, чтобы определить основные закономерности в движении авторского текста и текстологические особенности сводов. В диссертации дано полное изложение филологического и текстологического анализа каждого сочинения выделенной группы. Анализ общих глав приводит к выводу о независимости истории Румянцевского и Хлудовского собраний, каждое из рассмотренных сочинений представлено двумя вариантами или редакциями9.

9 В автореферате опущен анализ отдельных глав, результаты исследований которых повторяют уже имеющиеся наблюдения: «Сказание о священном образ-Ь Спаса Христа, его же называють „Уныние"» («Сказание об иконе, называемой „Уныние"», Р-53, Х-59, Иванов, № 282); «Слово на безумную

«Сказание о перво& грехе». «Сказание, который убо въ человеческом естества пръвыи гр-Ьхъ» (Р-99, Х-33, Иванов, № 253)

Первый грех — тема нескольких сочинений Максима Грека (Иванов, № 85, 282), не похожих друг на друга, но имеющих межтекстовые связи. «Сказание» представляет собой скорее заметку, нежели самодостаточное повествование. Здесь высказана новая мысль Максима Грека о природе первозданного греха — в его основе лежит гордость.

В рукописи Р статья не имеет заголовка и помещена вместе (без пробела, без знаков разделения на главы) с двумя другими сюжетами, оформленными автором в Хлудовском собрании как гл. 34 («Ответ къ вопросившему: к кому, рече, преже всех с небесе грамота сослана бысть», Иванов, № 174) и гл. 35 («Того же, сказание о венцех свадебных», Иванов, № 291). Такая агглютинативная форма бытования сочинений в Румянцевском сборнике — признак чернового этапа работы Максима Грека. По содержанию все три статьи представляют собой реплики по вопросам, видимо, интересовавшим современников писателя. Они могли служить набросками к новым сочинениям писателя.

Списки Р и Xсуществуют как самостоятельные редакции. Исходя из того факта, что форма бытования текста в Р первоначальна, можно квалифицировать чтения этого списка как первичные, аХкак вторичные. Отмеченное в ^введение строевых элементов, союзов, глагола-связки в предикативной конструкции, замена двойственного числа на множественное — примета авторского редактирования.

«Словеса в утешение инока, затворенного в темнице». «Сия словеса сътворилъ есть инокъ в темници затворенъ и скръбя, имиже себе угЬшаше и утвръжаше въ тръггЬнии въ 7 тысяч и 40-ное л-Ьто»