Вера Нейская - Россыпи слова. Том 1

Описание и краткое содержание "Россыпи слова. Том 1" читать бесплатно онлайн.

В книге Веры Нейской «Россыпи слова» собраны стихотворения и поэмы, написанные автором в последние годы. Первое издание книги было в Кишиневе в 2014 году. Здесь предлагается второе (электронное) издание, в редакции 2016 года.

Россыпи слова. Том 1

Редактор Д. Николаев

Редактор А. Коркина

Корректор Е. Рашкова

Редактор С. Мериакри

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вера Петровна Нейская, год рождения 1947, 6 ноября. Ленинград

Исповедальность Веры Нейской

Эта книга в чем-то необыкновенна. Каждый автор стремится оставить в истории литературы прежде всего своё имя, а Вера Нейская пишет: «Ты держишь книгу, в ней душа поэта и отголосок жизни непростой. Но пожелал остаться неизвестным автор. И в этом вся интрига…». Течет речка Нея в костромской области – там и родилась душа поэта Веры Нейской. Тем не менее, книга эта не просто «россыпи слов», это – исповедь. Всё прочувствовано, искренне, как перед высшим Судией. И не просто женщины, а человека своего поколения, хотя автор, возможно, не ставил перед собой такой цели. Всего лишь стремился открыть свое сердце.

Любовь, мечты и… – пронзительно – встреча молоденькой женщины со… Смертью. Что впереди – смерть? Экзамены? И потрясающие стихи о докторе. «Белый цвет – цвет чистоты, цвет крыльев ангелов небесных, что Богу служат у престола. И ты себе присвоил, мой милый доктор…» Каковы цвета халата доктора? Только ли ангельские? Пожалуй, так о медицине никто не писал…

Это – не стихи о медицине, нет! О человеческом сердце. О совести, о чести. О жизни.

Таковы и стихи о Женщине. И стихи «Путана». И «Чернобыль»…

Стихи Веры Нейской нарушают, порой, поэтические каноны, но имеют право на существование своим чувством поэтического ритма, глубиной содержания, своеобразной интонацией. Это – поэзия.

Автору нужна эта книга, чтобы сказать о наболевшем. Честно, бескорыстно. Это исповедь человека, болеющего за свою страну, исповедь умной, образованной одаренной женщины. В книге Веры Нейской есть и поэма «Малахитовый сказ». В этой поэме органично сплетаются темы Санкт-Петербурга и Урала. Кто не знает малахитовую палату и колонны дворцов и храмов Петербурга? И вот их история по Бажову и не совсем. Продолжает эту тему сказка «Полозова дочка». Тоже по Бажову и не совсем. Автор перекликается с современностью, тем самым завоевывает право существовать в этом жанре. Эта книга и попытка осмыслить, что с нами произошло за последние 20 лет и этим творчество Веры Нейской актуально и своевременно. Думаю, что читатель с интересом, с душевной сопричастностью прочтет эту книгу. Найдут интересные сюжеты для себя и маленькие читатели. Добрый мир детства воспевает автор с любовью к природе и детям.

Неравнодушный к жизни читатель найдет в этой книге своё – бессонное, ночное – и такое близкое сердцу…

Алла Коркина«Маэстро литературы» МолдовыЛауреат Есенинской премии Молдовы

(По сюжетам П. П. Бажова" Уральские сказы»)

Часть 1. Хозяйка медной горы

Глава 1. Уральские кладовые

1 На берегах Невы холодной, Широкой, северной реки, Тому уж триста лет назад Воздвигла Русь себе столицу — В болотах затаённый град.

2 И сколько крепостного люда Легло в фундамент той столицы В сырых, холодных сих краях — Один Спаситель только знает… Чахотка там косила жадно, И надзирателей толпа Народ губила почём зря.

3 И вся огромная страна На стройку века собирала Свои богатства отовсюду. Мостила деревом болота, Фундамент била, И в гранит одела берега. И воды северной реки Были закованы тогда, И бьются о гранитный камень Волной холодной с той поры, Трепещущей вслед будней тьмы. 4 Россия ж в те далёки годы Свозила камень всех сортов Для возведения дворцов. И старые Урала горы Свои открыли кладовые. И для столицы, в новый град, Здесь вырубали из породы Ценнейший камень – малахит, Что драгоценностью лежит. 5 Зелёный в изумруд окрас, Как будто лес в себя впитал. Как будто нёс собою лето- В оттенках зелени играл Картинами самой природы, Затейливый рисунок гор В том малахите заключён. К себе притягивал он взгляды, Манил теплом и привлекал, В душе восторги вызывал. 6 И в новый город – Петербург Свозили малахита груды. Для императорских дворцов И малахитовой палаты — В дворце на берегу Невы, Что Зимним с тех пор нарекли, Страны во славу и Урала… Где в штольнях старых его гор Рубили камень знаменитый, Что шёл в отделку тех дворцов Капризы теша мудрецов. 7 И с Невских хмурых берегов Дороги зимников бежали Через поля, леса в те дали, Где за Уральскими горами, У рек, с крутыми берегами, Поселения горняков, Рудокопов, мастеров. Деревеньками бытуют, При заводах век живут. 8 И суровы те края по зиме И осени, Сильный здесь мороз гуляет, Землю стужей одевает, Вымораживает лес, Что взметнулся до небес. Лето больно коротко, И успеть с весны там надо Урожаем запастись. Всяк трудись здесь – не ленись. 9 Коли хочешь жить на свете, В том краю для лени Нет ни места, ни минутки… Вот завод тебе – работай. Вот рудник тебе – трудись, Иль старателем живи, И дары земли ищи. Много лет тому то было — Кто при барине родился, Кто и вовсе при казне Службу нёс своей стране. 10 Там народ был на учёте, Всяк приставлен к делу был. В крепостных ходили все. Но и вольного народу Появляться стало много. Но за волю заплатить выкуп Следовало знатный. И тогда тебе житьё, Вольное, считай, дано… Но надолго ли оно? 11 Горы древнего Урала Кладовыми зазвенели. Слухи по краям ползли, И народ к себе манили. Где ж затеряны дары Знаменитой той руды? Где те залежи найти… Там заводы возводили, Поселения росли, Расширялась Русь Сибирью, Зауралием росла… Молодцов к себе звала. 12 И старатели искали, Вечно в дебрях пропадали. По пригоркам и холмам, По горам и берегам Рек сибирских их дороги. Жизнь дарила им берлоги, Ямы, топи и тревоги… Если силы потерял — То считай – совсем пропал. Жизнь суровою была В давние те времена…

Глава 2. Рудокоп

13 Зауралия природа сильных Ростила детей. И дарила их судьба, Тех, что сердцем незлобивы, Глазом независтны были, И рукам своим работы Находили каждый день. Вот, к примеру, вам Степан. Молодой, собою стройный, Рослый, русский богатырь, Жизнь свою с землёй делил. Ей все силы посвятил. 14 Рудокопом он трудился, Вечно в шахте находился. Так измаялся за годы С малахитом да с кайлом, Что и статью изменился. И глаза его теперь Зеленели в темноте Штольни узкой и сырой, Что змеёй вилась в горе, Отнимая силы все, Руша молодые годы, Принося с собой невзгоды. 15 А красавцем был собою, Рослый, мускулистый сам. Настенька его ждала, Что невестою была, Непоседою росла. Оба с детства крепостными При заводе выросли, Им и век здесь вековать. Жизнь свою с тем камнем рвать. 16 Камень тот по миру славен, Он узорами богат. И в дворцы, и в храм, в отделку Шёл он всюду. Каждый рад малахитом Любоваться. И за ценную игрушку Барин получал сполна, Оплатила всё казна. 17 Но не долгой жизнь была Человека крепостного, Рудокопа молодого. Да и мастеру по камню Он здоровья не давал. Ядовита пыль была. Прочно залегала в лёгких И губила удальца. Вот какая плата та — За красоты зал дворца. 18 Те поделки малахита: И шкатулки, и цветы, Вазы – выточены чудно, И искусною рукою в мир Подарены – живут. Нет ни бар, и ни завода, Нет хозяина дворца, А чудесная работа до сих пор Вся хороша, Славит мастеров она. 19 И зовёт к себе и манит Посмотреть с благоговением На дары уральских гор, На работы камнерезов, Что давно в земле почили, Души ж в камне заточили И поделки оживили… Посети Санкт – Петербург, Подивись на их искусство, И послушай чудный СКАЗ. Может сказку иль рассказ.

Глава 3. Малахитница

20 Как-то летом, на покосе, Что в лугах среди лесов, После утренних трудов, Наш Степан залюбовался Стаей белых облаков. Солнце двигалось к полудню, И работу всю закончив — На обед ушла артель. Вместе с ней и солнца тень. 21 А Степан, наш рудокоп, Редко солнцем был обласкан. Лес его к себе манил, Чистым воздухом дарил, И влекла его душа вверх По горке, в небеса. Там, на шапке Красногорки Рядом с солнцем будет он, На вершине этой горки С облаками океан Светом сказочным мерцал. 22 И забрёл Степан на горку, Где железная руда. И устроился в отвале — Очи в небе утопя. Шло тепло от камня днём, Он на солнышке нагрелся, И, промёрзнув за века, Что лежал в земле до время, Тоже радовался солнцу И сверкал издалека. А земля благоухала Летним ароматом, Мотыльков и пчёл маня На уральские луга. 23 Долго тот Степан душою Плыл по небу в облаках, Позабыл в тех грёзах штольни, Ночи вечное житьё, Свечки тусклое мерцанье… Разморило с непривычки Теплым воздухом юнца — Сколько он проспал, кто знает? Но проснулся, Как очнулся… 24 А пред ним стоит девица, Собою дивно хороша. Сизо – чёрная коса Ниже пояса струилась, Как прилипшею была. Ленты в ней переливались, Словно листовая медь, И позванивали будто Ветром тронута струна. Сарафан в лугах растаял, Слился зеленью в них весь Малахитовый рисунок, Словно этот сарафан Из руды его соткан. 25 А девица та смеётся, Ровно с кем-то говорит, Но не видно никого, Кроме Стёпки одного. Но речей её понять Стёпке было не дано. А она вокруг себя Всё крутилась, как юла… Ну совсем, как колесо. То присядет, то привстанет, То рукой кого поманит. Чудеса! И с кем она Там беседу завела? 26 Наш Степан совсем проснулся. Глаз протёр… Нет! Всё как есть! Здесь красавица – девица. Платье – шёлк из малахита! Как я сразу не признал! То ж Хозяйка гор САМА! И одежда – чисто камень, Малахитовый отлив. Глаз зелёный, брови чёрны, Диадемой лоб украшен. Тот убор такой богатый, С солнцем спорит красотой, Радугой сияют камни — Где найдёшь ещё другой, Замечательный такой? 27 Испугался тут Степан. Вот беда. Как только ноги Унести бы поскорей….. Слышал он о ней немало, Слухом полнилась округа, О проделках в рудниках, И о мороках в головах… Баек много средь народа, Что камения искал. Да и рудничный их дед Каждый вечер на отвале Ту Хозяйку вспоминал, Сказки детям сказывал. 28 А она смеётся звонко В круге ящерок своих. Разбежались те по камню, Собери, попробуй, их. Смотрит Стёпка в изумлении, Сколько ж набежало здесь. Может сотня, верно больше… Все раскрашены собою, Зеленеют в изумруды, Синь сверкает в лазурит, В золоте блистают лапки, Как натянуты перчатки. 29 – Что Степан, совсем сомлел? Говорит она ему: Ну, не бойся, не страшна я. Войско видишь? не обидь… Это ящерки мои. Все послушны мне они.- И ладошкою в прихлоп. Ящерок полк разбежался, Словно вроде испугался. Степан внутренне весь сжался, Подивился, но остался. – Подходи, Степан, смелее, Молвила Хозяйка гор, — Да смотри не подави Ты прислугу у меня, А не то будет беда Непременно у меня. 30 Глянул Стёпушка под ноги — Там узор из них ковром. И сверкает, и горит Словно медная руда, Отшлифованная вся. Тут слюда, а там – обманка, Блески всякие – руда! А девица та смеётся: – Ну, теперь признал меня… Говорит с издёвкой будто — Ну не бойся так меня, Я худого не творю, И напрасно не сгублю. Власть свою не посрамлю.

31 Парню стало забедно1, Сильно за душу взяло, Что смеётся та девица, Осерчало то его. Робость в землю вся ушла, Глаз сверкнул, И рёк Степан: – Что же мне кого бояться, Коли я в горе рублю? — В те века работ опасней Человек земной не знал, И обвалы, и пожары, И воды подземной хлад, Каждый день, Как день последний — Рудокопа век встречал. Всякий здесь об этом знал. 32 Посерьёзнела Хозяйка, Знала тяжкий этот труд. – Вот и ладно, – говорит, — Мне такой, как ты и нужен. Чтоб мне службу сослужил, И себя не пожалев, Моё дело защитил… Будешь ты послом моим, Коль и впрямь, не забоишься, И исполнишь, не смутишься. Завтра, с раннего утра, Ты приказчику заводов Передашь мои слова. Да запомни, не криви, Всё дословно донеси. 33 Мол, Хозяйка этих мест, Медных руд и тайн небес, Приказала де ему — Захудалому козлу, Убираться восвояси С Красногорки – рудника, Не переча почём зря. Шапки горки не ломать, Красоты не нарушать. А не то добычу всю Я ему навек сведу — В Гумешках2 руду спущу… Не добраться никому. Вот. Степан, моё послание. До приказчика неси. Передай его ты утром, Перед всей артелью встань. Не сробеешь, так иди. Всё дословно донеси. 34 А сама как растворилась, Руки, ноги – лапами, По хребтине – полоса Словно чёрного угля, Глаза зеленью сияют. На прощание говорит: – Не забудь Степан, скажи: Де Хозяйка приказала С Красногорки убираться Похотливому козлу — Коль исполнишь – награжу… И за горку упорхнула, Ящерицею скользнула. 35 А Степан один стоит. Тьфу ты – нечисть, Вот напасть. То ли было то, толь нет. Может лишь мороки след. И сказать, и не сказать — Всё одно как – будет худо. Может, то и впрямь была Малахитница сама. Может быть, ему со сна Померещилась она? Осмотрелся он кругом: Ящерок на камне – тьма. Нет. Похоже – то не сон. Всё как есть, решил здесь он.

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎