Юлия Шилова: «Гостевой брак никому не нужен»

Год назад писательница вышла замуж в третий раз. Впервые она рассказывает о своем счастливом замужестве.

Незадолго до встречи с Бо я обратилась с просьбой к Вселенной послать мне мужчину. Поняла, что готова к семейной жизни, готова строить отношения двоих. Раньше существовала только я, мнение другого человека не учитывала, считала, все крутится вокруг моих интересов. Не умела идти на компромиссы, не умела прощать, быть терпимой. А тут наступил момент, когда поняла: бесконечная гонка «работа – работа – работа» должна закончиться. Захотелось пожить в свое удовольствие – ведь дети (Юлии 47 лет, у нее две дочери от разных браков – Лолита, 23 года, Алиса, 19 лет. – Прим. «Антенны») уже выросли. Но никогда не думала, что мне выпадет такая сумасшедшая влюбленность. Казалось, если и встречу человека, не буду чувствовать такую бесконечную в нем потребность, невыносимо скучать в его отсутствие. Ведь с возрастом мы становимся терпимее. Есть рядом – хорошо, нет – можно пережить. А тут увидела мужчину, который так дорожит мной. И поняла: такой шанс дается немногим. И это надо ценить и беречь. 26 июня мы с Бо отметили нашу первую годовщину свадьбы. Считаем себя молодоженами, чувствуем, как в 17 лет, с той лишь разницей, что сейчас я полностью уверена в человеке, который рядом.

Давно живу на несколько стран. Помимо России и Испании моим домом стала Черногория. Там два года назад осенью мы с Бо и познакомились, встретились в компании общих друзей, к которым я приехала на день рождения. Отмечали его на рыбном пикнике в горах. Так получилось, что нас с Бо посадили рядом за столом. Как только его увидела, сразу поняла: это будет мой мужчина, тот, о котором грезила.

Бо тогда говорил по-русски, но очень плохо, сейчас гораздо лучше. Он из многонациональной семьи: мама – итальянка, папа – хорват. Отсюда и знание русского. Хорватия – часть бывшей Югославии, а там в свое время в школах учили русский, как мы английский. Но сейчас Бо и часть его родни живут в Черногории, еще часть – в Италии.

После пикника Бо поехал меня провожать, мы долго гуляли у моря, беседовали. За 8 лет, как купила дом в Черногории, я достаточно хорошо освоила сербский. Проговорили весь вечер, Бо спел мне «Катюшу», стихи читал на русском, детские, примитивные, которые помнил еще со школьной программы. У Бо, кстати, пятерка была по русскому в школе, но за столько лет многое позабылось, да и друзей из России у него не было. На тот момент он и в Москве ни разу не был, хотя объездил весь мир. Бо тогда и знать не знал, кто я такая, кроме того, что русская, которая много лет живет на две страны. Мы встретились с ним на следующий день еще раз, а потом уже не расставались…

Был случай. Симпатия между нами завязалась сразу и быстро переросла в большое чувство. Но Бо хотел, чтобы я кардинально изменила свою жизнь, хотел взять меня в охапку, жить вместе долго и счастливо и умереть в один день. А я поначалу к этому оказалась совершенно не готова.

Хотя чувствовала себя с ним прекрасно. О чем еще мечтать? К моему большому счастью, мне достался тот, которого и хотела, – мужчина без прошлого, свободный, холостой, необремененный детьми, состоявшийся, самодостаточный, целеустремленный. Ему 45 лет, никогда не был женат. Бо занимался бизнесом, сейчас член правящей партии Черногории, делает карьеру в политике. Но семейная жизнь у него не сложилась, и он давно смирился с тем, что так и проживет бобылем. Пока не появилась я…

Нашему счастью мешал тот факт, что мне нужно периодически бывать в Москве. И начались мои бесконечные перелеты из России в Черногорию, через некоторое время они нам обоим порядком надоели. Присутствия в Москве требовала моя работа, в то время как Бо хотел видеть меня все время рядом.

Я честно попробовала жить вместе. Месяц мы продержались. Все было замечательно. Но московский бешеный ритм и тихая черногорская размеренность как два разных мира. Там все время polako-polako, что значит медленно-медленно. Комфортно в этой размеренности я себя чувствовала максимум неделю, а потом начинала скучать. Вроде все хорошо, сидишь на берегу моря, пьешь кофе, отдыхаешь, находишься на обеспечении мужа, но я привыкла к другому ритму. И хватило меня ненадолго. И хотя понимала, что работать на износ, как раньше, не хочу, но и жить, как пенсионер, оказалась не готова.

Это был единственный момент, в котором мы не нашли взаимопонимания. Гостевой брак – такая ерунда, не знаю, кого он может устраивать. Но я не понимала, как быть дальше, и сказала Бо: либо давай расстанемся, либо продолжаем жить на две страны. Тогда и случилась наша единственная серьезная ссора. Разговор состоялся у него дома, я все сказала ему и уехала к себе. А вскоре мне позвонил его брат, и я помчалась уже в больницу к Бо. Оказалось, после нашего разговора у него поднялось высокое давление, на скорой его увезли в больницу с гипертоническим кризом. Я увидела, что без меня Бо просто не сможет жить…

Мы поняли, что нужно искать выход. Сошлись на том, что пока живем на две страны. Переехать полностью я еще не готова. Для Бо это было очень тяжелое решение. Договорились, что нужно время. Москва мне много дала, отказаться от нее сразу я не в состоянии. Но не исключено, что со временем все же решусь переехать к нему и буду реже бывать в Москве.

Когда у Бо есть возможность, он прилетает в Москву. Впервые побывал здесь год назад. И ему тут очень понравилось. Недавно пару недель я опять провела в Москве. Каждый раз, когда улетаю, рассчитываю успеть сделать все дела за несколько дней. Но не всегда получается. Вот и в этот раз собиралась дней на 7, и Бо уже запланировал наш совместный отдых в Греции после моего возвращения, а я задержалась. Понимая, что не успею к запланированной им дате, попыталась донести ему все очень тактично. Бо начинает привыкать к такой жизни, учится идти на компромиссы, понимает, что таковы пока обстоятельства, недавно сказал: видишь, я тоже начинаю меняться. Он искренне верит в то, что скоро я приду к тому, что большую часть времени буду проводить в Черногории. Возможно, так и будет. Все меняется.

Я тоже учусь идти на уступки, лишний раз промолчу, чтобы не создавать конфликта, что совсем мне не свойственно. С годами понимаешь: если любишь человека, тебе с ним хорошо, какой смысл ссориться.

Мы встретились с Бо осенью 2014-го, а весной следующего поехали в Венецию, где живут его родственники. Там Бо и сделал мне предложение. Это было как в сказке: Венеция, романтика, гондола, песня гондольера, когда Бо достал кольцо, он даже прослезился. Там в Венеции мы и расписались.

Тогда же я познакомилась с его родственниками. Семья приняла меня замечательно. Никто не изучал пристально, не рассматривал, приняли как родную дочь. Так были рады, что Бо встретил любимую женщину, отец его все дождаться не мог, когда это случится. До последнего не верили, что это правда.

Мне повезло, что Бо из православной семьи, не католик. У него глубоко верующая семья, постоянно ходят в церковь, прикреплены к общине. Когда впервые пришла к ним в дом, удивило, как тщательно они подготовились к встрече. Столько еды наготовили, всю ночь этим занимались, огромный стол заставили. Меня пытались накормить всеми блюдами, которые были, называли хрупкой, переживали, что мало ем. Познакомиться со мной съехались родственники со всего мира, мы много беседовали, им было интересно узнать новости о России. Все прошло так душевно. Никогда не чувствовала такого сплочения родственников. Я росла в семье с другими порядками. Для меня все это в диковинку. А тут я обрела не только любимого человека, но и огромную семью, где меня любят, принимают с радостью.

Родственники уже знали, что я писательница из России. Папа Бо, который тогда был жив (его не стало два месяца назад), рассказывал, как однажды они сидели в каком-то местечке и мужчина продавал книги на русском. Они поинтересовались у него, есть ли Шилова, а тот ответил: «Что вы, это эксклюзив!» Тот мужчина пошутил, а они были такие счастливые, гордые. Позже привезла им пару-тройку своих книг, и теперь они стоят на полке рядом с фотографией их большой семьи и родословной. Позже папа Бо подарил мне семейную реликвию – кольцо, которому уже 400 лет. Его передают из поколения в поколение жене сына. Мне было приятно, что его сейчас доверили мне.

В сентябре прошлого года, гуляя по Черногории, мы с Бо наткнулись на церковь святого Спиридона. Для меня это особый знак – в московский храм этого святого, что на Коломенской, приезжаю постоянно, а попасть все не получается – закрыт. В этой московской церкви хранится башмачок святого Спиридона, по поверью, если к нему прикоснешься, к тебе придет удача. А тут словно судьба нам этот храм послала.

Тут мы с Бо и венчались. Приехали в храм на следующий день, познакомились с батюшкой, который теперь мой духовный отец. Церемония венчания проходила очень трогательно, съехались родственники Бо. В их семье венчание гораздо важнее регистрации. По правилам родственники не имеют права быть свидетелями во время такого события, а друзей у нас тогда рядом не было. Поэтому свидетелями стали жена священника и его брат. А по местным религиозным канонам кумовья становятся членами семьи. Так что теперь мы породнились, общаемся, приезжаем друг к друг с подарками, встречаемся.

Впервые я не замужем, а за мужем. В полном смысле этого слова. Рядом со мной – Мужчина. Так получалось, что в прошлых отношениях мужчиной была я. Теперь я слабая, беззащитная, мне совершенно не хочется быть сильной, не страшно расслабиться, не страшно болеть. Могу пожаловаться, даже поплакать, чего никогда в жизни перед мужчиной себе не позволяла.

Мы с Бо договорились, что для решения всех проблем у меня есть муж. Раньше все время пыталась доказать, что все могу сделать сама. Я действительно переложила на мужа столько, что не понимаю, как он все успевает. Хотя, наверное, так и должно быть. Максимум я могу здесь в Москве пойти поругаться с ТСЖ, и только потому, что Бо по-русски хорошо не говорит. Иначе и этого бы мне не позволил.