Киноблог: драма за кулисами Большого театра и другие потрясения

Приложение Русской службы BBC News доступно для IOS и Android. Вы можете также подписаться на наш канал в Telegram.

Автор фото, Olga Sherwood

Полноценной документальной картины о балетном театре до сих пор не было

Когда жизнь кажется уныло-однообразной, выручает мое любимое неигровое кино – поставщик удивлений, переживаний и дум. В прокат крупных российских городов 4 февраля вышли три "дока": драматическая комедия "Затерянный в Кантоне" Монса Монссона, героическая трагедия "Ян Карский - праведник мира" Славомира Грюнберга и драматическая фреска "Большой Вавилон" Ника Рида и Марка Франкетти.

Их невозможно сравнивать по смыслу, только по "овациям": по вниманию прессы и публики, кажется, побеждает последний фильм в списке – наш с вами пропуск за кулисы Большого театра в его самый, надеюсь, несчастный сезон. К нему я еще вернусь.

А шведский фотограф, оператор и режиссер Монс Монссон представляет нам историю героя по имени Лебрен - неудачника, который связал свой первый нехитрый бизнес с политикой – выборами президента родного Конго, да был кинут китайским партнером. Что теперь делать с кучей опоздавших к сроку футболок, на которых красуется кандидат в президенты? И вот Лебрен слоняется по Гуанчжоу, не зная, как погасить многочисленные долги, а подруга - невероятная красотка и явно более трезвомыслящий человек – открывает ему тайны ведения дел с китайцами.

Смотреть одно удовольствие: и смешно, и поучительно – всем, а не только собирающимся или, наоборот, опасающимся взаимоотношений с представителями другой культуры и другого континента. Каждый когда-то просчитался, был самонадеян или легкомыслен. Выкрутится ли Лебрен? Непонятно. А сколько таких Лебренов? Миллионы. А что нам разборки людей других рас за тысячи километров от Европы? Однако финал оставляет в тревоге за героя, которому реально сопереживаешь. Значит, фильм сделан мастерски.

Автор фото, Getty

"Затерянный в Кантоне" - работа шведского режиссера Монса Монссона

Компания "АНТИПОД", дистрибьютор картины, сообщает, что автор ("ироничный и обладающий здоровым скепсисом", оно и видно) когда-то был "четвертым вратарем шведской футбольной команды", а пока работал над "Затерянным в Кантоне" (Франция/Дания/Швеция/Китай, 2014) играл за конголезскую команду. Эти сведения не кажутся мне лишними рядом с информацией об успешном показе фильма во многих странах. А новую работу Монссона, уже игровую картину Yarden ("Двор"), вот-вот покажут в программе Форума на Берлинале.

Ноша Яна Карского

Автор фото, Olga Sherwood

Подвиг, трагедия, уникальная судьба поляка Яна Карского мало кому известны

В нашем прокате фильм о честном, пусть и неудачливом бизнесмене – уникум. Российские документалисты изредка тоже портретируют предпринимателей, предпочитая, правда, фермеров, в чьих бедах обычно виновато государство или завистники. Но шанса на большой экран не имеют: класс не тот. И все же достойный всяческого внимания "Затерянный в Кантоне" - гораздо более тихий фильм, чем его нынешние соседи по афише.

"Ян Карский - праведник мира" американского поляка Славомира Грюнберга (США/Польша/Россия, 2015) – классический, отчасти личный документальный фильм о Холокосте. Их много, но никогда не достаточно (разве человек победит зверя в себе?) - это понятно каждому, кто хоть раз оказался в бывшем концлагере. Бухенвальд мне в 14 лет снес крышу. Хотя хроника Блокады - общедоступная, разумеется, - ленинградским школьникам была хорошо знакома. И "Обыкновенный фашизм".

Мы быстро, просто и понятно объясняем, что случилось, почему это важно и что будет дальше.

Конец истории Подкаст

В пору социалистического интернационализма про уничтожение евреев нацистами говорилось ровно так, как про уничтожение славян, цыган и прочих: на цифрах не акцентировались. Понятия Холокост мы не знали. А с окончанием оттепели государственный антисемитизм сделал само слово "еврей" неприличным: графа "национальность" в классном журнале пустовала против фамилий не на "ов".

Словосочетание "праведник мира" дошло до народа после "Списка Шиндлера" в 1993-м (первый в России еврейский музей – и то лишь "еврейской культуры" - открылся только в 2010-м как часть петербургского Этнографического музея). Но подвиг, трагедия, уникальная судьба поляка Яна Карского мало кому известны. Будучи в гестаповском розыске, он своими ногами прошел Варшавское гетто и, переодевшись охранником, в лагерь, чтобы рассказать о катастрофе евреев всему миру. Да тот, начиная с могущественных Черчилля и Рузвельта, не поверил – не ужаснулся.

Впервые в 1978-м интервью Карского записал Клод Ланцман для своего легендарного фильма "Шоа", затем он сделал отдельную картину "Миссия Карского". Эти кадры, главные в работе Грюнберга, дополнены немецкой хроникой и фотографиями гетто: тем, что невозможно видеть, но надо. Часть рассказа Карского иллюстрирована анимированной графикой (режиссер Томаш Недзведзь). Она как необходимый барьер, выстраиваемый искусством внутри наших глаз, в районе солнечного сплетения, чтобы предотвратить сдавленные рыданья.

Другое остранение – голоса Сергея Юрского, читающего за Карского, и Владимира Познера, озвучившего Теда Вуда, американского биографа Карского. Хорошо знакомые голоса, убедительные (хотя и по-разному) – более чем верное решение для русского варианта фильма, предназначенного всему миру.

Политике нет дела до людей – таков первый вывод картины; не ново, оттого печально в квадрате. Вывод второй всегда неожиданность: праведники есть. Выбирайте, что ближе.