Юрий Вэлла: «Нефть правит нашей властью!»

В рамках проекта «От чтения к пониманию» в Центральной городской библиотеке имени А. С. Пушкина в день своего 60-тилетия ненецкий писатель Юрий Айваседа (более известный как Вэлла) пообщался с сургутянами и презентовал свою новую книгу «Поговори со мной». В перерывах между встречами с учащими школ и гимназий, а также со своими читателями, поэт, оленевод и общественный деятель Вэлла нашел время поговорить с журналистом Антоном Ковальским.

— Юрий Кылевич, кем вы себя ощущаете в нашем быстротекущем мире? — По национальности я ненец, но ощущаю себя, и это естественно, гражданином планеты. Я считаю, что надо иметь отношение к любому явлению, которое происходит в любом уголке нашей планеты и там, где нужна помощь, ее оказать.

— Когда и при каких обстоятельствах вы решили стать писателем? — Я не помню, это произошло как-то само по себе: язык говорит, мозги шевелятся, эмоции перехлёстывают и рука тянется к бумаге. Вроде сначала для девочек в интернате в альбомы, после для себя, для души, а потом стал чувствовать, что это возможно интересно для другого человека — стал публиковаться. Поехать поступать в институт первым посоветовал Юван Шесталов, он сказал: «Для того, чтобы стать писателем, нужно поступить в литинститут, без этого так и останешься на уровне районной газеты».

— Расскажите немного о своей новой книге «Поговори со мной». — Я лежал на больничной койке, а мне из Москвы позвонил редактор «Северных просторов» и сказал: «Юрочка, я знаю твою творческую руку, у нас объявлен конкурс на рукопись книги для подростков». Я начал её спрашивать, о чем должна быть книга, да про что… А мысленно мозг уже работает: там я только что написал, да вот если добавить того, того, это рядом с этим поставить, то практически и появляется книга для студента. К концу разговора я уже знал, что в эту книгу включу. Только спросил, сколько у меня времени. Из черновиков, валяющихся вокруг в палате, мы с Татьяной Юргенсон и сложили эту рукопись, не выходя из больницы. До конца моего больничного процесса мы её почистили, что-то добавилось. Как появилась название уже не помню. Наверное, как с самого начала приклеилось, так и не отклеивается. Сейчас ею заинтересовалась Москва.

— Самые важные поступки в вашей жизни? — Первый важный поступок – правильно женился. Точнее, правильно выбрал жену. Мать моя говорит, что это произошло, когда мне было полтора года. У меня есть дети, внуки (12, в этом году ожидаю ещё трех). Сейчас возраст моих старших внуков достиг такого, что вероятно в ближайшее время надо ожидать правнуков. В том-то и есть глубина философии: продолжение рода человеческого. Если бы я пошел добровольцем во Вьетнам то, наверняка, не вернулся оттуда живой и весь род мой тогда оборвался. Второй важный поступок в жизни — закончил литинститут. Тем самым получил высшее образование.

Оглядываясь на свою жизнь, я думаю: если бы я не получил высшего образования, то не занимался оленями. Я бы сидел где-нибудь в сельском совете мелким чиновником и пудрил мозги свой родственникам. Мне бы пришлось крутиться как на сковородке, поддакивать своим родственникам, но ничего не делать в угоду своему руководству, которое не хочет платить, оплачивать те или иные программы для коренных жителей. Литинститут дал мне интеллект, дал главное – понимание ценности стойбищной цивилизации. Я из литинститутовскими глазами оглянулся на стойбищную жизнь и стал понимать, что это цивилизация.

— И, тем не менее, у вас очень национальная семья… — Кровь не имеет для меня никакого значения, главное – это воспитание. Поэтому я стараюсь на воспитание внуков обращать внимание, чтобы ненецкий менталитет преобладал в их сознании. Я допускаю, что не сразу кто-то из моих внуков станет человеком коренной национальности, но думаю, что со временем его интеллект его к этому приведёт, если воспитание родового менталитета в нём будет преобладать. У нас дочери все сами выбирали, кем им быть по паспорту.

— Вы называете свое стойбище экомузеем. Почему? — Однажды на музейном бьеннале в Красноярске я услышал, что движение экомузеев зародилось во Франции, распространилась по всему миру, а потом себя изжило. Происходит это потому, что люди, которые живут на территории экомузея, теряют свою сущность и «работать» на туристов, за деньги начиная демонстрировать стилизованные, не настоящие жизнь и живые предметы. Унты – это то, что я сейчас ношу на своих ногах, а не то, что стоит под стеклом. Под стеклом не предмет, а экспонат.

Я же предоставляю возможность познакомиться с настоящей жизнью стойбища. Без «показухи». Конечно, в процессе жизни какая-то часть культуры, которую мы получаем по наследству, утрачивается. Что-то привноситься из другого общества и культура видоизменяется. В любом случае, когда к нам на стойбище приезжают люди, они могут составить свою оценку, и никто в этом им не поможет – жизнь будет протекать, как и раньше, без изменений и игры на публику. Еще я считаю, что на стойбище нельзя приезжать большими группами, это мешает восприятию и понимаю. За разговорами и общением между собой, посетители могут пропустить какой-нибудь важный фрагмент стойбищной жизни – хочешь ли ты того или нет, надо общаться только с местными жителями.

— Менялось ли мировоззрения людей после посещения стойбища? — Конечно, ведь каждый из них попадает в абсолютно другой мир. Порою доходило до слез, когда от счастья, а порой от одиночества. Только представьте себе, наступает ночь и вокруг оглушающая тишина. Волей-неволей такой мир заставляет человека философствовать. После посещения стойбища многие начинали смотреть не только на мир, но и на самих себя другими глазами.

— Как поживают президентские олени? Расскажите о них. — В свое время мы купили олениху, и на священном месте в окружении своих родственников объявили важенку (так называют самку оленя) президентской. Это произошло, когда президентом России был Ельцин. Мы решили, что в случае смены президента олень и его потомки переходят следующему, поэтому по наследству от Ельцина Владимиру Путину достался маленький олененок-девочка.

— А у нового президента Медведева будет свой олень? От Путина Медведеву перейдет две взрослые оленихи и два маленьких олененка, если, конечно, с ними ничего не случиться. Совсем скоро будет отел и две президентские оленихи, вполне возможно, принесут новое потомство. Это значит только одно – Дмитрию Медведеву достанется больше оленей, чем когда-то досталось Путину. По количеству оленей, которые появились, мы обычно судим об удачливости его хозяина.

Когда будет инаугурация нового президента, я отправлю сообщение Медведеву, что он стал полноправным хозяином этих оленей. Если захочет, то пусть забирает их себе и сам пасет. Хочет передать другому оленеводу – может приехать и передать. Если его устраивают обычаи нашего рода, пусть оставляет у нас. Но когда придет новый президент — олени перейдут ему.

Юрий Вэлла (Юрий Кылевич Айваседа) (12 марта 1948 г .) — поэт, публицист, общественный деятель. Родился в д. Варьеган Ханты-Мансийского автономного округа. Окончил Литературный институт им А.М. Горького. Был охотником, рыбаком, приемщиком рыбы, печником, звероводом, заведующим Красным чумом, воспитателем в интернате, председателем сельского Совета. Член ассоциации «Спасение Югры», основатель и директор этнографического музея под открытым небом в Варьегане, глубокий знаток и хранитель ненецкой и хантыйской культуры. Редактор и издатель газеты «Наша жизнь». Произведения Юрия Вэллы публиковались в журналах «Урал», «Север», «Нева», «Полярная звезда», в коллективных сборниках «Действуйте по обстоятельствам», «Времена, в которые верю». Юрий Вэлла — автор книг «Вести из стойбища» (1991) и «Белые крики» (1996). Его творчество представляет, по словам писателя, «ненецко-хантыйско-русский язык в ненецко-хантыйско-русской форме». Живет и работает в Варьегане.

— Многие знают, что у вас непростые отношения с нефтяниками. Вы устраивали пикеты, судились с «Лукойл», за который штрафовали сначала вас, а потом уже они выплачивали вам один миллион рублей в качестве морального ущерба. Как разрешилась ситуация сейчас? — Ничего не изменилось. Взаимоотношения зашли в тупик. У меня такое ощущение, что власть не собирается улаживать этот конфликт, а нефть правит нашей властью. Новейший пример - сейчас власть перешла в руки человеку, который является председателем совета директоров «Газпрома». Раньше, еще в советское время, я проходил в институте политэкономию, и в учебнике была такая фраза – «Капитал правит миром». Мы как раз пришли к такому моменту, что он действительно начал им править. А капитал – это нефтяники и газовики. У них монополия на наш сегодняшний капитал, они нанимают власть и диктуют этой власти свою волю. Поэтому им не выгодно разрешать этот вопрос в мою пользу.

— А как вы относитесь к тому, что вас называют шаманом? — Я считаю, что многие неправильно воспринимают это понятие. У меня есть догадка, что происхождение этого слова нужно искать в хантыйском языке, имеющее значение глазастый, провидец. Кто-то же должен видеть дальше, чем обычный человек?! Если такого человека можно назвать шаманом, то я согласен с этим утверждением. Конечно, многие воспринимают, что человек, которого так называют, должен обладать сверхъестественными способностями. А что такое сверхъестественность? Ведь это же просто то, что нами пока не понято. Недавно смотрел телевизор и видел передачу про черную дыру. Все бояться, а может, на самом деле, ничего страшного в ней нет? Может это явление, которой сможет дать отгадку к правильному пониманию мира. Вот смотрите (берет со стола конфету и подносит к моему лицу), я вижу на вас черную дыру. А что видите вы? Некий предмет. Что это значит? Я вижу то, что самом деле не является тем, что я вижу.

Писатель – это… — Прежде всего, обыкновенный человек…

Самое главное в жизни? — Продолжение рода.

Надо слушать сердцем или разумом? — И тем, и другим…