Черкесские общественные объединения и их вклад в культурную жизнь диаспоры

Эмигрировав, представители северокавказских народов в целом и адыги (черкесы) в частности, оказались в другой языковой и культурно-исторической среде. Довольно скоро они столкнулись с необходимостью сохранения своей этнокультурной самобытности в свете усиливавшихся ассимиляционных процессов. Было необходимо задействовать весь свой культурный потенциал, чтобы сохранить родной язык и традиции, гарантировать свое существование как этноса. В то же время обретение языка новой родины, интеграция в ее культурно-историческое пространство являлись необходимым условием выживания. Именно эта ситуация породила такое явление, как билингвизм и двойственную культурную идентичность, характерные для черкесских общин Сирии и Иордании второй половины XX в. (см. подробнее: 206).

Ахмад Васфи Закария в своей книге «Джаула аса-рийа» («Археологическая прогулка». Дамаск, I984) отмечал: «После переселения черкесы стали ближе друг к другу, между ними были почти стерты все этнические, языковые и национальные различия, черкес на чужбине стал говорить на кабардинском, шапсугском, даже абазинском и других языках и диалектах. А [черкесские] жители Стамбула и других крупных городов, к сожалению, практически забыли свой родной язык. Это явление представляет серьезную угрозу для сохранения национальной культуры» (цит по: 183, с. 315—316).

Выходцы из «черкесской» диаспоры стран Ближнего Востока проявили себя не только как успешные военные и политики, но и как религиозные деятели, деятели науки и культуры. Абдулла Фаиз ад-Дагистани (ум. в 1976 г.) — мусульманский ученый и религиозный деятель, шейх братства накшбандийа, получивший иджазу (право заниматься наставнической деятельностью) от другого известного мухаджира — шейха Шера-путдина Дагистани из Турции. Преемником Абдуллы Дагистани стал шейх Мухаммад Пазим Кипруси, имеющий резиденцию на Кипре и ведущий широкую миссионерскую деятельность в США и Западной Европе Известны имена талантливых писателей северокавказского происхождения: Эльфаата Эдельби, Исмаила Беркока, Валида Тхаркахо, Мидхата Хакаша, а также Исмаила Анзора и режиссера сирийского кино Мухаммеда (Акрама) Бадерхана, снявшего в 1932 г. первый в стране документальный фильм. Внимания заслуживает имя Шабана Кубе - поэта и писателя Адыгеи, который одно время жил в Аммане, где занимался литературной и научной деятельностью. В Аммане в 1952 г. вышла его работа «История Аммана», также на адыгейском языке (221, с. 105). Самир Шамс ад-Дин Харатука - автор многочисленных литературных трудов по истории черкесов в Иордании. В Сирии и Ливане было издано несколько его книг на черкесском языке: «Адыгейские сказки и сказания» (Дамаск, 1953); «Зеркало» - стихи на адыгейском языке (Бейрут, 1953); «Адыгейские старинные песни» (Дамаск, 1954). Среди работ иорданских историков черкесского и чеченского происхождения также выделяются исследования Мухам мада Хагандо-ка, Джаудата Хилми Нашху, Саи'да Бино и других, которые внесли вклад в изучение истории северокавказских общин в Иордании. Из дагестанских ученых Сирии необходимо упомянуть Казима Дагистани (1900—1985), опубликовавшего в 1932 г. на французском языке социологическое исследование «Изучение мусульманских семей современной Сирии». Выпускник юридического факультета Дамасского университета, Казим Дагистани окончил аспирантуру Сорбонны и блестяще защитил докторскую диссертацию по социологии. В 1940—1942 гг. он работал начальником канцелярии премьер-министра, а затем — канцелярии президента Сирии. В 1946 г. был назначен представителем Сирии в Лиге арабских государств (195, с. 133—134).

Культурно-просветительская деятельность представителей «черкесской» общины началась еще до образования Иорданского королевства. Уже первые мухаджиры стали объединяться в общественно-благотворительные и культурно-просветительские общества. Одновременно родилась идея описать историю диаспоры. Это стало возможным благодаря политическим свободам, провозглашенным после победы младотурецкой революции 1908 г. Национальным и религиозным меньшинствам были гарантированы гражданские права, разрешено создание обществ и союзов, издание газет. И уже в 1908 г. в Стамбуле было открыто Черкесское общество единения и взаимопомощи (Хасэ). Оно издавало газету «Гъу-азэ» («Вестник») на староосманском языке, налаживало контакты с исторической родиной. Книги и буквари, написанные на кабардинском языке (в арабской графике) и изданные в Стамбуле, доставлялись на Северный Кавказ (119, с. 14). Секретарь Общества Нури Цагов в 1913 г. вернулся на историческую родину, где занимался просветительской деятельностью и работал учителем в одной из школ Баксанского ушелья (Кабардино-Балкария). Он издавал первую в Кабарде газету на родном языке. В одной из своих публикаций «Как мы, адыги (черкесы), исчезаем» просветитель выразил протест против переселения черкесов в Османскую империю (129, с. 274). Во второй половине XIX в. многие известные мусульманские деятели Северного Кавказа продолжали свое образование в исламских центрах Османской империи. В этой связи необходимо упомянуть имя другого педагога-просветителя Али Каяева. Родившись в Дагестане и получив гам начальное образование в примечетной школе