75 лет Николаю Дроздову. «Нужно верить в Бога и думать о самосовершенствовании»
Все мы с детства знаем замечательного телеведущего и ученого Николая Дроздова, у которого сегодня сразу два юбилея: 75 лет и 50 лет творческой деятельности!
Широкому зрителю Николай Дроздов знаком с детства. В 1977 году Дроздов стал ведущим передачи "В мире животных", выпуски которой по сей день выходят на телеканалах "Моя планета" и "Россия-2". Отличительной чертой ведущего является необыкновенный жизнерадостный голос и его неугасаемый интерес ко всему живому.А сам Дроздов считает профессию телеведущего скорее увлечением, чем работой. Свое основное призвание он видит в преподавательской и научной деятельности на географическом факультете МГУ. В научных кругах Н.Дроздов известен как автор 20 книг и более 200 статей. Кроме того, Дроздов много путешествует, принимает участие в благотворительных акциях и является одним из 15 консультантов генсека ООН по экологии.
Сегодняшний юбилей Николай Дроздов собирается отмечать трижды. Сначала с коллегами и учениками в МГУ, потом со съёмочной группой программы «В мире животных», а самой горячей обещает стать встреча с рязанским землячеством — корни семьи Дроздовых из Рязани. Ради друзей юбиляр готов пойти на уступки, но только в день рождения.— Там такие у меня старики есть хорошие. Друганы! Они, конечно, могут меня заставить выпить. Наверное, придётся, — предвидит Дроздов.
О связях Дроздова с Рязанью, о Филарете Московском, о военном детстве Николая Дроздова и деликатесе для Сталина.
Самым главным звеном в жизни человека являются родственные связи. Все родные Николая Николаевича Дроздова и по материнской, и по отцовской линии — выходцы из Рязани.
Николай Николаевич Дроздов родился 20 июня 1937 года в Москве. Отец – Дроздов Николай Сергеевич (1902–1963), профессор, доктор химических наук, заведующий кафедрой органической химии 2-го Московского медицинского института. Мать – Дрейлинг Надежда Павловна (1906–1993), врач-терапевт 5-й городской больницы Москвы, работала под руководством академика Лукомского, была его незаменимым помощником.Супруга – Дроздова Татьяна Петровна, работает преподавателем биологии в Московском Дворце детского и юношеского творчества. Дочери: Надежда и Елена, внук – Филарет.
Генеалогическое древо Дроздовых уникально. Отец его был известным ученым-химиком, превосходно знал латынь, греческий, английский, немецкий и церковно-славянский языки, увлекался палеонтологией, астрономией, ботаникой, историей. А в детстве вместе со своими двоюродными братьями пел в церковном хоре в Рязани у отца Иоанна.
По линии отца корни семьи уходят в высшие слои русского духовенства. Дед – Сергей Иванович, был кавалером орденов Св. Станислава и Св. Анны III степени. Двоюродный дед – Иван Иванович Дроздов (о. Иоанн) был настоятелем главной церкви города Рязани – Всех Скорбящих Радости.Прадед – Иван Памфилович Дроздов (о. Иоанн) был священником в церкви села Лошатово Рязанской губернии.
Митрополит Московский Филарет
Двоюродным прапрадедом Николая Николаевича был митрополит Московский Филарет (в миру – Василий Михайлович Дроздов, 1783–1867). Благодаря глубокому уму и твердой воле он оказал сильное влияние на русское общество начала и середины XIX века. По поручению Александра II в 1861 году написал Манифест об освобождении крестьянства. Вел переписку с А.С. Пушкиным. Особенно велики его заслуги перед Русской Православной Церковью. Под его руководством осуществлен перевод Библии на русский язык. В 1994 году митрополит Филарет был канонизирован Собором Русской Православной Церкви.
Дед по матери – Павел Павлович Дрейлинг, был известным в Рязани врачом-отоларингологом. Прапрадед по матери – Иван Романович фон Дрейлинг, из старинного тирольского, а затем – российского дворянского рода, был гвардейским кирасирским офицером, в 17 лет участвовал в Бородинском сражении, был ординарцем фельдмаршала М.И. Кутузова, а затем с боями дошел до Парижа, награжден орденами Св. Анны II степени и Св. Владимира IV степени с бантом, вел подробный дневник боевых действий, хранящийся в рукописном виде в Историческом музее и опубликованный в книге «1812 год. Воспоминания воинов русской армии» (М.: Мысль, 1991).
Неудивительно, что Николай Николаевич с детства был пропитан православным мировоззрением.О том, что святитель Филарет его двоюродный прапрадед, Николай Николаевич особо не распространяется и если говорит об этом, то только с верующими людьми.«Помню, как однажды мы с отцом (я ещё был школьником) зашли в Исторический музей, в одном из залов которого висел портрет Филарета, митрополита Московского и Коломенского, в те годы ещё не канонизированного, — вспоминает Николай Николаевич. — И отец, наклонившись ко мне, тихо сказал: «Это твой двоюродный прапрадедушка, только ты об этом никому не говори».А когда уже в 1994 году было прославление святителя Филарета в лике святых, мне посчастливилось присутствовать при перенесении его мощей из Троице-Сергиевой лавры в храм Христа Спасителя. Это было такое чудо! Я чувствовал благодать, исходящую от мощей, и буквально переполнялся этой живительной силой!»
Недавно на вопрос одного из московских корреспондентов: «Как следует жить?» — Николай Дроздов ответил:«Нужно верить в Бога и думать о самосовершенствовании. И, конечно, молиться. В трудных, непредвиденных обстоятельствах я часто всем говорю: «Давайте помолимся, и Господь всё устроит». Правда, устроит. Нужно только искренне обратиться к Нему с сердечной просьбой о помощи. Помню, на Камчатке нам нужно было срочно вылететь в горы на вертолёте, однако погода стояла жуткая, видимость — никакая, и ничего не предвещало её улучшения. И я сказал: «Помолимся – и спать! А завтра, вот увидите, погода будет что надо!» И действительно, утро было прекрасным, солнечным».
Сейчас Николай Николаевич проводит много времени с семьёй, воспитывает маленького внука Филарета, названного так, естественно, в честь знаменитого прадеда.
Достойная жизнь. И очень приятно,что такой замечательный человек связан с нашим городом. Здесь его родственные связи, здесь маленький Коля жил в годы войны. Рязань во время Великой Отечественной войны была важным транспортным узлом - через наш город шли с Урала эшелоны с военной техникой, нефть с юга. А защищали Рязань от налетов люфтваффе девушки-зенитчицы. До сих пор на стенах некоторых домов в центре города видны следы от осколков бомб. Одна из зенитных батарей стояла на кремлевском валу. И мальчишки военных лет после налетов бежали и подбирали еще горячие осколки и гильзы. Ну и маленький Коля вместе с ними. Дети есть дети!
Николай Дроздов.Кушанье для Сталина
«Помню, у меня тогда появилось такое выражение: «Если бы я был товарищем Сталиным, я бы каждое утро ел яйцо в мешочек». Это кушанье казалось годным только для вождя, как же. это ведь верх человеческих возможностей!»
Я помню войну. Прежде всего, помню бомбежки. В сорок втором, когда немцы рвались с юга на Рязань, мне было пять лет. Но Рязань не сдалась, и Москва устояла!
Помню вечер. В окне красный закат. Красные полоски по небу-от наших зениток. Немцы летят бомбить Рязань. И мы, каким-то образом, сразу различаем звук немецких самолетов. У них был гул особенный, прерывистый. Наши летели так: «Ууууууу!», а фашистские: «Уу! Уу! Уу! Уу!». Мы понимали, что иначе звучит тип немецких моторов. Страшновато от них было - жутко! Но мы четко замечали и их, немецкий страх. Наших зениток они побаивались и, бывало, разворачивались назад, сбросив свои бомбы где-то в поля, а не на город. Мы, мальчишки, тогда ликовали! А еще помнится мне, бывало, вот-вот начнут бомбить, мама тащит меня в подвал, в бомбоубежище, а я-рвусь к окну: «Мама, обожди, дай мне в окошечко посмотреть!».
Игрушки, помню, у меня в детстве были особые. Мне приспособили под них специально деревянный ящик. Но я вместо каких-то обычных игрушек собирал в него осколки снарядов. У меня таких осколков было много, всех размеров и форм. Целое богатство по меркам моего детства! Если такой осколочек в человека попадал, его пробивало насквозь. Утром эти осколки, остывшие, валялись в Москве повсюду, прямо на дорогах. И вот насобираешь их и у тебя сразу много диковинных игрушек! Я представлял себе, что это оловянные солдатики. Те, что поменьше, были солдатами, покрупнее - капитаны, самые большие - те уж ни дать ни взять - генералы. К сожалению, семья пережила много переездов и мой ящик с этими «игрушками» военного детства не сохранился.
Меню тех лет тоже накрепко запомнилось мне, оно не менее замечательное было, чем «игрушки». В меню - клейстер, которым сейчас оклеивают окна в морозы. В клейстер добавляли сахарин, с каким-то свинцовым привкусом, чтоб в итоге получалось что-то более-менее сладкое. И вот эту химию мы ели.
Ну, это в городе когда жили, конечно! А когда приехали в деревню, там нас спасал натурпродукт-турнепс. Самая что ни на есть настоящая еда была! А еще с малобойного завода, где жали подсолнечное масло, нам перепадал жмых, наша военная вкуснятина. Жмых - это то, что остается после отжима масла. Мы даже научились подразделять этот жмых на два вида: один коричневый, рассыпчатый, а второй черный, более плотный.
Иногда, конечно, была особая еда, как в мирное время. Мама работала в госпитале, она врачом была, и ей на семью изредка выдавали по два куриных яичка. Это был праздник, о котором можно было мечтать! Самое желанное было, чтоб мама сварила яйцо так, чтобы белочек был уже твердый, а желточек еще жидкий. Это называлось - «в мешочек». Это был деликатес высшего класса, просто сказка наяву! И у меня тогда появилось такое выражение: «Если бы я был товарищем Сталиным, я бы каждое утро ел яйцо в мешочек!» Мне, ребенку, это кушанье казалось настолько заоблачно недосягаемым, что только великий вождь, представлялось мне, мог позволить его себе ежедневно. И только в порядке особого исключения! Ведь яйцо в мешочек -это же верх человеческих возможностей, не иначе! Спорить со мной было бессмысленно, да никто и не спорил.
Время было такое. Люди были другие.
Дай Бог здоровья и многая лета замечательному человеку Николаю Николаевичу Дроздову!