Вспоминай почаще солнышко свое

В свое время поэт Борис Поплавский написал: «Притяжение музыки – есть притяжение смерти». На первый, поверхностный взгляд довольно-таки странная формула. Но если внимательно проследить за историей всемирной музыкальной культуры и рок-н-ролла в особенности, странного в этой формуле окажется немного. Извечное соседство любви и

смерти крепко-накрепко замыкается на творчестве – музыке, поэзии, живописи; и человек творящий оказывается центром этого треугольника, ибо не поэт избирает стихию, но стихия – поэта.

Яна Дягилева, Янка – это короткое имя знакомо не такому уж большому кругу любителей и ценителей рок-музыки и рок-поэзии . B отличие от многочисленных скороспелых изделий « поп-кулинарии », творчество Янки не избаловано средствами массовой информации.

Прожив четверть века, написав около четырех десятков песен, Янка оставила за собой яркий, обжигающий душу костер в беспросветной нашей ночи. Расхожие слова «музыкант, поэт, певец» применимы к ней постольку поскольку, – они не определяют сути ее личности. Янка была цельной натурой: песня была ее жизнью, а жизнь – песней. В этом её великая удача и в этом же – ее высокая трагедия. Также нельзя, наверное, традиционно назвать ее песни – песнями, поскольку Янка владела совершенно особой песенной формой, давным-давно забытой на Руси, – почти каждая ее песня имеет полное право называться старинным словом «плач»:

Под руки в степь, в уши о вере,

В ноги поклон. Стаи летят.

К сердцу платок, камень на шею,

В горло глоток. Может, простят.

К сожалению, мало что известно о внешней канве жизни Яны Дягилевой. Родилась в Новосибирске в 1966 году, окончила школу, училась в вузе – обычное начало биографии. Дальше жизнь пошла не совсем обычно: увлечение запретным тогда панк-роком , первые собственные песни, знакомство с местной сибирской рок-братией .

Не мной замечено, что истинный, «злой и нежный» п a нк-poк обитает именно в Сибири: ведущие российские панк-группы ГРАЖДАНСКАЯ ОБОРОНА и КАЛИНОВ МОСТ вышли оттуда. Может быть, потому что национальный русский фольклорный дух, выветрившийся из Центральной России через «окно в Европу», прорубленное Петром, в Сибири чудом сохранился. Так или иначе, Янка почти сразу ощутила в себе этот заповедный, темный как омут русский дух, а вместе с ним – тягу к внутреннему выплеску, к обращению чувств и мыслей в слова, в музыку, в распев.

Янка была рыжей. Это особые люди. Говорят, что в детстве они склонны к лунатизму, а в юности – к избранничеству. По внешнему облику ее часто сравнивали с Дженис Джоплин , а по фольклорным переплетающимся образам – с Александром Башлачевым . В 1985 году Башлачев побывал с концертами в Новосибирске. Янка тогда училась в институте и только-только начинала «распеваться». Через два года Башлачев ушел на свой «восьмой круг беспокойного лада», прекратив писать песни.

Янка познакомилась с лидером сибирского панк-рока Егором Летовым и с его помощью записала свой первый магнитоальбом «Деклассированные Элементы». В 1988 году Башлачев погибает в Питере, и Янкина «бабья песня-плач» становится как бы продолжением горького и славного «Времени Колокольчиков», провозглашенного СашБашем . Вряд ли Янка Дягилева заполнила бы зияющую пустоту, пойди она топтать дорогу, проторенную Башлачевым . Но эту молоденькую, чуть грубоватую девчонку ждала ее собственная, не размеченная вешками и зарубками неведомая дорожка:

Я неуклонно стервенею

с каждой шапкой милицейской,

с каждой норковою шапкой.

Здесь не кончается война,

Не начинается весна,

Не продолжается детство.

Некуда деваться, –

Нам остались только сны и разговоры.

Детские считалки, слова-перевертыши, белый стих, жесткий ритм. На мой взгляд, Яна Дягилева была одной из немногих избранных творящих личностей, которые не просто каким-то образом время от времени выходят на творческую волну (хотя и это нелегко), а постоянно находятся в этой волне, в этом энергетическом поле. Такие люди не живут долго, поскольку напряжение энергии поля в несколько раз больше, чем может принять обычный человек. А творящие люди, кроме того, углубляясь в это поле, сами повышают его напряжение.

Янка жила и писала по интуиции, поэтому, рождая образы, она как бы провоцировала напряжение своего поля, играла с ним, как с шаровой молнией. «Плюс на минус дает освобождение», – пела она в своей самой трагической песне-плаче «Домой!» Зря в корень всех бед, она говорила не о внешней социальности , как многие другие рокеры, а о глубоко внутренних вещах, порождающих внешнее зло.

После принятого «на ура» сибирской рок-тусовкой альбома «Деклассированные Элементы» Янка записывает еще один полуакустический альбом – также благодаря поддержке Егора Летова , известного продюсера и лидера омской группы ГРАЖДАНСКАЯ ОБОРОНА. К этому времени у Янки рождаются песни более утяжеленного характера, и в 1989 году совместно с ГРАЖДАНСКОЙ ОБОРОНОЙ она записывает мощный психоделический альбом-реквием под названием « A нгeдoния ».

«Мне все кричат: «Берегись!», « Ангедония - диагноз отсутствия радости», «Отпустите м e ня », «Крестом и нулем», «Продана смерть моя» - песни-плачи этого цикла Янка исполняла редко: наверное, не только из-за тяжелой эмоциональной и энергетической нагрузки на слушателя и саму исполнительницу, но и из-за чего-то более тонкого, скрытого и темного, что заключено в этих песнях. В игре «он пугает, а нам не страшно» Янка оказалась тем редким, гофмановским типом людей, которые, пугая - пугаются сами. Быть провидцем, предчувствующим крушение мира, когда вокруг еще вроде бы никаких причин для тревоги - миссия тяжкая. Стучаться в окна, кричать о спасении, молить о защите - и натыкаться на глухие стены. Не той ли Вещей Кассандрой, пророчащей гибель Трои, была для всех нас Янка Дягилева?

От большого ума - лишь сума да тюрьма.

От лихой головы - лишь канавы и рвы.

В конце 80-х вместе с Летовым Яна Дягилева приезжает в Питер , дает несколько квартирных концертов, выступает на рок-фестивале и удостаивается похвалы Гребенщикова.

Наступает 1990 г o д. Гибель Виктора Ц o я, тревожная надпись на арбатской стене: «Б a шл a ч e в, Цой - кто следующий?» В этом году у Янки осложнились взаимоотношения с Летовым . Подробности ее последнего года жизни покрыты неясностями, недомолвками, и остается лишь догадываться о причинах тяж e л e йшей депрессии, повлекшей гибель Янки. В это время она редко выступает с концертами - либо одна с гитарой, либо с группой «Инструкция по выживанию». В ноябре 1990 года в Иркутске состоялся ее последний сольный акустический концерт, впоследствии широко разошедшийся в записи по стране. Янка великолепно, как никогда, пела, общалась со слушателями, отвечала на записки.

C н a ступлением весны 1991 года она возобновляет репетиции с «Инструкцией» на базе летовской студии. И вдруг в середине мая среди рокеров разлетается известие: Янка пропала. Через несколько дней ее тело было найдено рыбаками на берегу одного из притоков Оби. Что произошло с Янкой - несчастный случай? Самоубийство? Убийство? - мы никогда не узнаем.

Придет вода - да так и будет.

Чего б не жить дуракам ?

Спустя некоторое время после гибели Яны Дягилевой музыканты «Гражданской Обороны» выпустили альбом «Стыд и срам», составив его из неизданных ранее и доработанных в студии Янкиных песен. Впоследствии вышли три ее пластинки, но это уж, как говорится, дело техники. «Коммерчески успешно принародно подыхать» - пела Янка. Впрочем, если можно так выразиться, посмертно ей повезло больше, чем тому же Высоцкому или, например, Талькову : н e крофилам от искусства не удалось превратить ее мятежную память в лакированный «для народа» монумент. Как и пять лет назад, она остается с теми, кто ее любит, помнит, чувствует биенье ее живого пульса и плачет «слезами внутрь» вместе с ней:

Кто под форточкой сидит, отгоняй, -

Ночью холод разогнался с Оби.

Вспоминай почаще солнышко свое!

То не ветер ветку клонит, не дубравушка шумит.

Андрей Земсков

Андрей Земсков – хабаровский музыкант, автор и исполнитель собственных песен, бард. Написал несколько песен, посвященных Янке.