Александр Стриженов: «Мудрость жены победила все»

«Я встретил Катю, когда мне исполнилось 14 лет. Тогда я с восхищением смотрел на симпатичную девочку. А сейчас смотрю на красивую женщину, мать моих двух дочерей, известную актрису, телеведущую со статусом звезды. Прибавилось, мне кажется, значительно больше, чем убавилось».

— По утрам я заваливал Катю охапками тюльпанов. Денег у меня не было, но я ночью «выкашивал» клумбу у памятника Ленину в Сочи, где мы с Катей снимались в фильме «Лидер». Конечно, сегодня я могу купить ей сколько угодно тюльпанов разных сортов и расцветок, но те ворованные цветы все равно дороже…

Был прекрасный период первой детской влюбленности. Нас тогда охватило состояние безрассудства и эйфории! Первые поцелуи, прогулки за ручку. Там же, в Сочи, началось чуть ли не совместное ведение хозяйства. Мы объединяли наши суточные и решали, что купить: Кате пирожных или мне сигарет? Весело было.

— Вы полюбили друг друга в возрасте Ромео и Джульетты. Но в отличие от них у вас все сложилось благополучно. Дети, налаженный быт, достаток, известность. Вы счастливы. А ведь говорят, у пылкой юношеской любви нет будущего.

— Нам повезло. Многие всю жизнь ищут свои половинки, ошибаются, идут дальше, снова промах.

А мы сразу нашли друг друга. И, что важно, не позволяли себе даже мысли о том, что, может быть, надо бы еще чего-то поискать. Мы очень хотели, чтобы наш союз не разрушился. Конечно, брак — это работа, и мы работали, чтобы он был сохранен. Но мне больше нравится думать, что дело не в работе, а что просто мы такие счастливчики.

Дотерпев до совершеннолетия, мы быстро подали заявление в загс. Расписались почти 25 лет назад — 24 октября 1987 года, в день рождения Катиной мамы. Очень хотели подарить ей праздник. Она овдовела в 36 лет и после этого перестала отмечать день рождения. Нам хотелось снова сделать этот день светлым. А до свадьбы было замечательное предсвадебное путешествие в Крым. Вот говорят, с милым рай и в шалаше. Так и есть — в первые годы совместной жизни. А, допустим, на 25-й год с милым будет рай скорее все-таки в пятизвездочном или семизвездочном отеле.

Потому что, если милый за 25 лет ничего, кроме как на шалаш, не заработал, очень тяжело найти основания, чтобы к нему по-прежнему хорошо относиться… А тогда в Крыму было прекрасно. Мы поселились в местечке под названием Солнечногорское. Туда нас отвез чудный родственник из Симферополя — то ли троюродный дед, то ли дядька Леня Харченко, крановщик. Теща очень за нас с Катей волновалась, и Леня нас устроил в домике в частном секторе. Дело в том, что в один номер в гостинице в советское время без штампа в паспорте нас бы не поселили. Да что там! И штамп в те годы ничего не гарантировал. Помню, однажды в Крыму, на съемках фильма «Снайпер», мы не верили Армену Борисовичу Джигарханяну, когда он стал утверждать, что в городе Бахчисарае в гостиницах висят таблички: «Разнополых супругов в один номер не селим».

Я даже специально туда ночью смотался, чтобы проверить. Оказалось, Джигарханян не соврал. И это — самое начало 90-х! Что уж говорить про 87-й год, когда в Крым приехали мы с Катей? Но нам и не нужна была гостиница, казалось, нет ничего прекраснее нашего домика на море. Дядя Леня с друзьями каждые выходные приезжал нас навестить. Ехали на дикий пляж. Натягивали огромный авиационный парашют. Песок под ним устилали коврами. Получался шатер. Вокруг ставили веером палатки — «спальни» вокруг «гостиной». Чудесно! Костер, шашлыки, канистра вина, канистра самогонки. Из отдыхающих подбирался целый ансамбль: мандолина, скрипка, две гитары. И вот такая картинка: закат, костер, веселая компания, музыка, песни, и Катька танцует на песке цыганочку с выходом. Весело, счастливо.

Часто это вспоминаю…

Вернувшись в Москву, мы стали готовиться к свадьбе. Но еще за неделю до нее мы обвенчались в Одинцовском храме Покрова Пресвятой Богородицы. Прошли годы, и мы построили поблизости от этого храма дом. Знаете ли, тянет на «место преступления». (Улыбается.) Венчание было тайным. Например, Катина мама о нем ничего не знала. Она работала в Кремле, в ЦК партии. Сейчас бы это назвали Управление делами Президента, а тогда был отдел по работе с гражданами. Она взвалила на себя труд отвечать на жалобы населения. Многие ведь тогда чуть что грозили: «Ну, тогда мы в ЦК напишем!» И писали очень активно. И при этом здесь надо было очень точно разделять, кто же автор: доведенный советской властью до отчаяния гражданин или пациент, у которого случилось осеннее или весеннее обострение.

Катина мама педантично всем этим занималась. Бывало, приходила домой за полночь и еще с собой письма брала. Мешать ее карьере не хотелось. О венчании мы рассказали ей по факту. О нем вообще знали только моя мама, которая все и организовала, и сестра Лена (от маминого первого брака с актером Владимиром Земляникиным). Венчали нас с Катей, когда вечерняя служба закончилась. Было очень романтично. Катька в выпускном платье — белом в розовый цветочек. Такая одухотворенная. Службу вели три батюшки, а не один, как это обычно бывает. Просто к священнику нашего храма в гости приехали двое коллег. Был хор из батюшкиных разновозрастных детей (а их у него было то ли восемь, то ли девять), матушки, моей мамы и сестры Лены. И мы вдвоем. Ночь, храм, иконы, свечи, лампады.

Возможно, именно в венчании секрет того, что мы вместе так много лет. Ты же перед алтарем сказал Богу: «Я очень этого хочу». И тебя услышали. А потом мы с Катей захотели ребенка, и родилась Настя… Это была осмысленная необходимость, потому что взаимоотношения мужчины и женщины должны во что-то вылиться. А потом с деторождением мы взяли паузу. Ведь второго ребенка нельзя рожать просто по таким соображениям, что ты уже можешь себе это позволить: есть деньги, есть возможность взять няню, образовалось свободное время между проектами. Нет, надо до этого дозреть эмоционально, почувствовать необходимость! Для этого нам понадобилось 12 лет. И родилась Александра… Очень может быть, что сейчас мы решимся на третьего ребенка, а возможно, будем ждать внуков.

Вообще, в жизни главное — это понять, чего ты очень хочешь, и это обязательно произойдет. Не потому, что я такой уникальный, а потому, что мне помогают, когда прошу. Вообще мысли материальны. Это касается и большого, и малого. Например, вчера утром я ужасно голодный сел на «Сапсан» и вдруг почему-то подумал, что очень давно не ел сосисок. Что вы думаете? Через полторы минуты мне принесли на завтрак сосиску! Многое происходит волшебным образом, по крайней мере, мне нравится в это верить. Я вообще положительно заряженный человек. Мне нравится думать о хорошем, верить в добро, делать людей вокруг счастливыми и самому получать удовольствие от жизни. Думаю, смысл жизни в удовольствиях! У меня лично с каждым годом удовольствий все больше — в жене, в детях… Я ценю каждую минуту, которую с ними провожу, и многое помню, хотя было это давно.