Глава ФИДЕ Кирсан Илюмжинов: "Я готов сесть на электрический стул в США"
Приложение Русской службы BBC News доступно для IOS и Android. Вы можете также подписаться на наш канал в Telegram.
Автор фото, Getty Images
Президент Международной шахматной федерации Кирсан Илюмжинов, внесенный в американский санкционный лист за "связи с сирийским правительством", готов сесть в американскую тюрьму и даже "на электрический стул", если власти США докажут его вину.
Об этом он заявил в интервью Русской службе Би-би-си.
Глава ФИДЕ пытается получить американское гражданство и, уже будучи гражданином США, иметь возможность опротестовать санкции в американском суде.
В сентябре на сайте Белого дома была размещена петиция в поддержку Илюмжинова: чтобы американские власти рассмотрели ее, необходимо набрать 100 тыс. подписей к 20 октября. На момент публикации материала их было не больше 500.
О многочасовых беседах с сирийским президентом Башаром Асадом, о поэтических вечерах в шатре с Муаммаром Каддафи, о правах сексуальных меньшинств и о всемирной войне между добром и злом - Кирсан Илюмжинов рассказал корреспонденту Русской службы Би-би-си Дмитрию Булину.
Би-би-си: На каком этапе находится сейчас ваш юридический спор с властями США по поводу внесения вас в санкционный список?
Кирсан Илюмжинов: 25 ноября прошлого года, когда правительство США, а точнее OFAC [Управление по контролю над иностранными активами казначейства США, подразделение министерства финансов], внесло меня в санкционный список - это был, конечно, шок. Я сначала вообще не понял, за что. Потом спросил: "А как я там оказался?" Мне ответили: "За связь с гражданами Сирии, за помощь правительству, банку Сирии". Но не было ничего криминального в моей деятельности - в течение 20 лет на посту президента Международной шахматной федерации вся моя деятельность была открытая, встречи с официальными лицами.
Мы быстро, просто и понятно объясняем, что случилось, почему это важно и что будет дальше.
Конец истории Подкаст
И я решил воспользоваться этим моментом: мне в жизни приходилось бороться и с советской системой, когда меня из института исключали. А здесь против меня выступает самый, наверное, сильный, коварный и изощренный противник - правительство США. Я воспринял это как благо, подходя к проблеме философски, по-буддистски.
Я подумал, что Господь, Всевышний дал мне какие-то испытания перед чем-то большим. И если я пройду это испытание, то за горизонтом или бугром увижу что-то хорошее: или клад какой-то, или синее море. Буду сидеть на острове и наслаждаться жизнью.
И поэтому я решил бороться.
Би-би-си: Бороться в правовом поле? Претендовать на гражданство США, для того чтобы подать в суд на правительство США?
К.И.: Да, есть закон, который запрещает иностранцам судиться с американским правительством. Я был готов пройти тест на полиграфе, детекторе лжи. Обращался через своего адвоката к руководителям ФБР, ЦРУ, минфина. 18 августа, наконец, пришло административное дело на нескольких десятках страниц: запечатанный конверт, внутри которого нашлись перепечатки из некоторых газет, в частности Guardian. И было только две строчки: что я знаю доктора Адиба [на тот момент глава центрального банка Сирии Адиб Майялех] и некую госпожу, которую я никогда в жизни не видел и не слышал. Все остальное - перепечатки из газет.
Би-би-си: На какой стадии сейчас ваше взаимодействие с властями США?
К.И.: Я написал письмо Бараку Хуссейновичу Обаме как гаранту конституции, лауреату Нобелевской премии мира, чтобы он принял меня по двум вопросам. Первое - предстоящий матч за звание чемпиона мира с 10 по 30 ноября, я хотел как президент ФИДЕ его пригласить. И второе - поговорить о санкционной политике, о санкциях в отношении меня, почему я оказался в этих списках.
Если для доказательства моей правоты нужно гражданство США, то он же президент и может вне очереди его давать, пусть он мне его даст, и я в суд пойду. Пусть американские судьи по американским законам на американской земле меня судят. Если признают, что я виновен, то пускай отправляют меня в тюрьму на 10, на 50 лет, я готов даже на электрический стул пойти.
Би-би-си: Вы готовы на смертную казнь?
К.И.: Да, если они признают меня виновным в том, что я подарил сирийским детям тысячу шахматных досок, провел шахматный турнир для детей из Алеппо и Дамаска. Если они посчитают, что я тем самым нанес урон Соединенным Штатам Америки и народу, то я готов к самым суровым мерам наказания. Но если они признают меня невиновным, то я бы хотел, чтобы американский суд вынес решение против минфина США.
Я прошу у гаранта конституции США Барака Обамы, чтобы он защитил мои права на территории США от произвола американских чиновников. Он же защищает права человека в Ираке, Афганистане, Иране, Сирии, так пусть он защитит мои права, если мне дадут американское гражданство. И пусть они дадут мне компенсацию!
Би-би-си: Пока, как я понимаю, вы получили только письмо от американских властей о разрешении на въезд во время чемпионата мира по шахматам?
К.И.: Нет. Сейчас я получил письмо от посольства США прийти на интервью, и я считаю, коли они запустили этот процесс, значит что-то там тронулось. Они попросили меня ответить на вопрос, какие страны и в какой последовательности я посетил за последние 15 лет. Учитывая то, что я каждый год посещаю около 100 стран - наберется около полутора тысяч. Нужно не просто перечислить страны, но и предоставить копии паспортов и указать, когда я примерно там был. Сейчас у меня этим занимаются пять помощников. Что там 15 лет - я только за эту неделю уже пять стран посетил.
Административные дела и знакомства
Би-би-си: Среди обвинений, которые муссируются в СМИ в связи с внесением вас в санкционный список США, много разных пунктов. Это и торговля нефтью с запрещенным в России "Исламским государством", и связи с упомянутым вами главой центрального банка Сирии Адибом Майялехом, говорят, что вы акционер банка "Русский финансовый альянс", где председатель совета директоров Мудалал Хури, ваш друг. Что правда, а что нет?
К.И.: Давайте две вещи разделим: что писали в газетах и что прислали в административном деле, подписанном руководителем OFAC.
В газетах писали, что я поддерживаю ИГИЛ. Но, если верить этому, то выходит логическое противоречие. С одной стороны, я поддерживаю президента Асада, а с другой стороны ИГИЛ, который воюет против Асада.
Би-би-си: Так может, это такая хитрая конструкция, в которой какая-то часть сирийских властей торгует нефтью с исламистами, чтобы получить деньги на продолжение борьбы с другими исламистами?
К.И.: Много сейчас можно домысливать, но когда я получил административное дело, то там ничего подобного нет: ни про нефть, ни про ИГИЛ. А только одна строчка, что я знаю двух граждан Сирии, в том числе доктора Адиба, который, к слову сказать, еще и гражданин Франции. Он регулярно туда ездит к жене и детям. Он в прошлом году выиграл суд против санкций: его активы были разморожены, все доллары и евро [одно из последних упоминаний в прессе о судах с участием Адиба Майялеха относится к 2014 году, когда суд во Франции разрешил ему въезжать на территорию страны, однако подтвердил другие санкции в отношении чиновника; сейчас СМИ называют его министром экономики и внешней торговли Сирии - прим. Би-би-си]. Вот за связь с ними меня включили в санкционный список.
Би-би-си: И Мудалала Хури не упоминали?
К.И.: Там нет. Я дружу с Хури уже около 20 лет. Самое интересное, что он является политическим иммигрантом. Его отец и он были членами запрещенной в Сирии коммунистической партии. Он невъездной в Сирию; я, когда туда ездил, привозил ему подарки: фисташки-мисташки, сладости всякие. Я ответил на все вопросы американских властей: когда и где познакомился с доктором Хури, сколько раз встречался с доктором Адибом.
Би-би-си: То есть ваши встречи были все чисто формальными?
К.И.: Я в силу своей профессиональной деятельности встречаюсь со многими людьми. С Биллом Клинтоном встречался, например. Ну так что - если завтра Международный трибунал в Гааге приговорит его к чему-то, меня можно будет судить за связь с ним? Ясир Арафат был не просто в санкционных списках, он был террорист номер один в мире, а потом его принимали в Белом доме как лауреата Нобелевской премии мира. Всё меняется.
Я как шахматист и как президент ФИДЕ не обращаю внимания на политические разборки. Если страна является членом ФИДЕ или членом ООН, я с этим людьми официально встречаюсь.
Би-би-си: Про банк "Русский финансовый альянс", где у вас, как сообщалось, больше 19 процентов акций, писали, что он должен стать ФИДЕ-банком, спонсировать какие-то ваши спортивные проекты. Это правда?
К.И.: Нет, у меня там было 10 процентов два года назад, но я оттуда вышел. Я помогал этому банку. Банк не имел никаких счетов в Сирии, не имел никаких счетов сирийских граждан, не провел ни одной трансакции с компаниями, работающими с Сирией.
Я ушел из банка, потому что много сейчас езжу, у меня слишком много дел. Банк слишком маленький. Просто мои друзья попросили поддержать этот банк, там работали земляки мои. Мы перечислили определенную сумму денег, на первоначальном этапе помогли, дальше я ушел.
Башар Асад: интеллигентный, обаятельный, спокойный
Би-би-си: Удивительным образом вы знакомы практически со всеми лидерами, которых в западном мире, а точнее в США, принято называть bad guys - "плохими парнями". Вы встречались с Муаммаром Каддафи, вы давно знаете Башара Асада, еще Саддам Хусейн и так далее. Вы когда общались с ними, чувствовали холодок, мурашки бежали по спине?
К.И.: С Каддафи меня подвигла встретиться госсекретарь США Кондолиза Райс, после того как она посетила Ливию, обнималась и целовалась с ним. Также меня подвиг с ним встретиться президент Франции Николя Саркози, Каддафи финансировал его предвыборную кампанию в размере 150 млн евро. Я видел эти счета - Каддафи мне показывал их и говорил: "Ну как же так? Он был моим другом, а теперь бомбит меня?" Третий, кто подвиг меня встретиться с Каддафи, - бывший премьер-министр Британии Тони Блэр: они же подписывали контракт на 10 млрд долларов на поставку вооружений. Наконец, в этом списке и Сильвио Берлускони, который целовал руки Каддафи. Я так на это на всё посмотрел и подумал: ну если лидеры европейских стран встречаются с Каддафи, то почему я - как простой шахматист - не могу приехать и провести чемпионат по шахматам в 2004 году? Холодка я как буддист не чувствовал. Мы с ним беседовали о стихах, о реинкарнациях.
Может, у Тони Блэра или Сильвио Берлускони был холодок при общении? Не знаю, спросите у них. Каддафи приглашал меня в свой родной город Сирт, принимал в палатке и в это время жарил верблюда на костре.
С Саддамом Хусейном аналогичная ситуация: при встрече он мне показывал фотографии встреч с американскими президентами Джеральдом Фордом, Джимми Картером. США помогали ему оружием в борьбе с Ираном во время "Семилетней войны".
Почему мне, простому шахматисту не приехать? Я деньги не получал от них, только шахматы проводил.