РУССКИЙ ЯЗЫК УМНЕЕ СВОИХ РЕФОРМАТОРОВ

"Великий и могучий", стоявший до недавнего времени будто несокрушимый бастион, стал объектом пристального внимания народных избранников. Депутаты решили, что не все у нас ладно с языком, что не отвечает он вызовам быстротекущего времени. Поэтому стоит его поправить. Чем языку угрожает реформаторский зуд? На вопросы "Времени МН" отвечает кандидат филологических наук, доцент кафедры стилистики русского языка факультета журналистики МГУ ВЛАДИМИР СЛАВКИН.

- Это все ваши регалии?

- По-моему, достаточно. Правда, до недавнего времени я работал в Совете по русскому языку при президенте России.

- Нужны ли вообще организации, которые занимаются русским языком?

- Чем меньше им будут управлять, тем лучше. Русский язык гораздо умнее, чем все на нем говорящие, вместе взятые. Вот, к примеру, придумали Закон о русском языке как государственном. Идея здравая. Суть ее в том, чтобы прописать все употребления русского языка как государственного - то есть в документах, в использовании при обращении и т.д. Но язык, используемый в СМИ, он государственный или нет? Или публичное общение в Думе? Этот вопрос и филологам не очень понятен. Я крайне редко соглашаюсь с Жириновским, но здесь он прав: нужно вписать в закон буквально две фразы - государственным языком является русский, для написания должна использоваться кириллица. Все!

- А в чем проблема?

- В Татарстане, например, предлагается перейти на латиницу. И это серьезно. Такой переход, если он будет осуществлен, может подорвать основы единого языкового пространства. Поэтому, на мой взгляд, нужно прописывать очень конкретные вещи, которые поддаются регулированию. Например, как писать те или иные географические названия, как оформлять документы на территории страны, как обращаться друг к другу в армии - господин или товарищ? Вот это все может регулироваться законом. Или, например, впервой главе нынешнего законопроекта о госязыке сказано, что не допускается использование бранной, просторечной, ненормативной лексики. Что значит - не допускается? Выходит, ни один журналист не имеет права на оценку. Но это противоречит закону о СМИ. Журналист может высказать свое мнение, в том числе и с использованием бранных слов.

Или что такое просторечие? Для лингвиста - это все, что выходит за рамки нормы. В таком случае, когда Жириновский говорит "позвонит" с ударением на втором слоге, это и есть просторечие, и по формальному признаку его, если нынешний проект перерастет в закон, можно привлекать к ответственности за нарушение грамматических норм русского языка. Да у нас в таком случае всю Думу можно привлечь - там через одного говорят неправильно.

- А кому пришла в голову мысль именно сейчас заняться русским языком? Почему год назад этим не озаботились?

- Я не знаю историю появления этого законопроекта. Может быть, толчком послужили действительно массовые нарушения языковой культуры. Но сам закон не ориентируется на языковую культуру. Он ориентируется на особенности социального функционирования языковой политики внутри страны.

- Что предшествовало появлению этого законопроекта?

- Есть Орфографическая комиссия при Академическом институте русского языка им. Виноградова. Возглавляет ее профессор Лопатин. Эта комиссия работает постоянно, и она ответственна за внесение поправок в Орфографический свод. Последний раз свод у нас принимался в 56-м году. За без малого полсотни лет очень многое изменилось, и нужно было внести коррективы.

Но, понимаете, язык не приемлет жестких и одномоментных изменений. Все в нем происходит постепенно. Когда мы учились, для нас было аксиомой, что слово "кофе" мужского рода. А сейчас все чаще и чаще "кофе" употребляется в среднем роде. И Большой орфографический словарь РАН уже фиксирует оба варианта. То есть в разговорной речи допустимо "кофе" среднего рода. Это логично. Логика языка диктует некоторые изменения нормы. Она не стоит на месте, возникают проблемы из-за новых слов. Какого рода, например, слово "евро"? По аналогии с рублем и долларом решили, что будет мужского - крепкий евро.

- Вернемся к думской битве за родную речь. 25 февраля в стенах законодательного собрания состоялся "круглый стол", посвященный русскому языку. Кем он был инициирован?

- Идея принадлежала г-ну Жириновскому. Он решил устроить пиар-акцию, и это ему удалось, он солировал. Начал с того, что русский язык унижен, он находится в угнетенном положении, так как его забивают иностранные слова, которые нам совершенно не нужны. Я обратил внимание, что он несколько раз подчеркнул, что интеллигенция придумывает эти слова, и привел примеры: зачем нам слово "президент, когда у нас есть слово "правитель", или "журналист", если можно использовать слово "писака". Причем его совершенно не волнует, есть ли смысл в такой замене.

Зачем нам в таком случае слово "презерватив"? Нужно использовать слово "предохранитель". То, что "предохранитель" имеет в русском языке совсем другое значение, Жириновского не заботит. Или слово "спикер" его не устраивает, пусть будет "говорун". Я к нему так и обратился: "Господин заместитель говоруна Государственной думы". Идея эта обсуждалась еще в XIX веке. Был такой ученый Шишков. Так вот "шишковисты", его последователи, решили изгнать все заимствованные слова из русского языка: вместо "галош" - "мокроступы", вместо "фортепиано" - "тихогром" и т.д. Единственно, что "шишковисты" предлагали дельного, так это заменить "горизонт" хорошим русским словом - "окоем".

Поэтому, когда я слушал Владимира Вольфовича, то старался подобрать контраргументы. Ну, например, ни один язык не чувствует себя угнетенным из-за того, что вбирает в себя иностранные слова. Скажем, в английском очень много слов из французского, и наоборот. Но никто не скажет, что британская или французская культура этими заимствованиями ущемлена. В итальянский алфавит специально введены буквы, которые обслуживают слова из английского языка, - это "k" и "j": "джаз", "джокер". А Пушкин, в свою очередь, говорил, что у нас язык "переимчив и общежителен". Если он свободно адаптирует заимствованные слова, то это показатель его могучей образовательной силы.

- Как бы вы могли оценить ораторские способности наших руководителей?

- Можно сделать какие-то общие замечания. У Сталина речь была не очень образная и не очень интересная, в ней много повторов. Некоторые специалисты объясняют это влиянием семинаристского образования, катехизиса. Сталин сам себе задавал вопрос и тут же на него отвечал. Это характерно для многих его выступлений. Но была еще одна индивидуальная манера: он говорил о себе в третьем лице: "Товарищ Сталин никого не боится". Так обычно говорят дети 3-5 лет.

Речь Хрущева была типичной для многих последующих поколений политиков. Здесь вот что надо уточнить. Есть определенная ситуативная норма. Норма для общения, например, в узком дружеском кругу - одна, а по отношению к публичной речи - другая. Так вот, есть люди, которые обладают многофункциональной речевой культурой. Они одинаково сильны в разных речевых проявлениях: в научном выступлении, в разговорной речи, в ораторском искусстве. Человек такого типа среди политиков - Игорь Иванов, министр иностранных дел. Есть люди, которые владеют только двумя речевыми сферами: бытовой и официально-деловой. Таким человеком был Брежнев. А есть люди, которые знают только бытовую, обиходную речь. Они считают, что она годится на все случаи жизни. Типичный пример - депутат Шандыбин. Он одинаково говорит и на кухне, и в парламенте. Хрущев, кстати, был из того же речевого теста.

- А Владимир Владимирович Путин?

- "Мочить в сортире" меня очень сильно задело. К "сортиру" претензий немного - это слово разговорное, просторечное. А вот "мочить" - из криминального, блатного жаргона. Приглашение западного журналиста в Москву "на обрезание" - просто грубость. Советские руководители в публичных выступлениях себе подобного не позволяли. За исключением, может быть, Хрущева с его "кузькиной матерью".

- Но "кузькина мать" - все-таки не из криминального лексикона.

- Нет, конечно. Вообще криминализация сознания и языка - это сейчас гораздо более опасная проблема, чем заимствования. Поэтому я с тоской гляжу на нынешних политиков. Был такой старый анекдот. Человек нанимается на работу и пишет в анкете: "Владею тремями языками: русским со словарем, матерным, административным". Его поправляет кадровик: "Владею двумями языками, потому что матерный и административный - это одно и то же". Так вот, в Думе я услышал, что матерно - административный язык преобладает. На "круглом столе" выступал депутат Федулов, у него через слово - мат-перемат. Еще один думец, подполковник Логинов, сказал буквально следующее: "Интеллигенция придумала правильный язык. А в уставе есть две команды: "Стой, кто идет!" и "Стой, стрелять буду!" Да пока часовой будет так кричать, его убьют двадцать раз. Поэтому он должен заорать: "Стой, сука, яйца отстрелю!" И тут я понял, что думцы имеют в виду очень конкретную цель: чтобы им разрешили материться публично. Кто мог подумать лет двадцать назад, что мы будем обсуждать возможность использования мата в публичной речи? Елена Яковлевна Шмелева, она ведет передачу "Грамотей" на "Маяке", сказала: "Мне совершенно непонятно, как обсуждается эта тема в зале, где сидят женщины?" А потом обратилась к Жириновскому: "Владимир Вольфович, неужели с такими словами вы обратитесь к своей матери?" Он не ответил.

- Мы можем провозгласить сохранение чистоты русского языка национальной идеей?

- Я думаю, что больше всего нас должно объединить сохранение духовных норм русского языка.

- Кто должен эти духовные нормы устанавливать?

- Семья и школа. И не надо снисходительно улыбаться. Это личная сфера, где наша речевая деятельность протекает дольше всего. Любая публичная речь должна быть воспитывающей. Та же Шмелева сказала, что они получают кипы писем, обращенных напрямую к журналистам, депутатам, политикам: пожалуйста, говорите правильно, сознавайте свою ответственность. Произнесенные публично оскорбительные, грубые слова, неправильная речь пагубно сказываются на детях, они считают, что так и нужно говорить.

- В таком случае надо принимать не закон о государственном языке, а закон об ответственности за употребление русского языка.

- Может быть, и так. Должны быть ответственными все - и массовые коммуникации, и политики. Политик, который не владеет всеми регистрами русской речи, это как тренер по плаванию, не умеющий плавать. Бальзак сказал, что власть возвеличивает истинно великих людей. Абсолютное большинство наших политиков является примером обратного.