25 увлекательных фактов о Шерлоке Холмсе (к 125-летию знаменитого бестселлера). ⁠ ⁠

125 лет назад, 31 октября 1892 года Артур Конан Дойль опубликовал книгу «Приключения Шерлока Холмса».

Это был сборник, который состоял из 12 рассказов. История создания литературного персонажа хранит в себе множество интересных фактов, которые не многие знают. Именно поэтому мы собрали наиболее оригинальные.

1. Конан Дойль считал свои книги о Холмсе необязательными безделушками и был уверен, что прославится как автор исторических романов.

2. После выхода произведений Конан Дойля дедуктивный метод стал использоваться криминальной полицией по всему миру.

3. Считается, что прототипом Мориарти был американский астроном Саймон Ньюкомб – гениальный ученый, разрушивший не одну карьеру своих недоброжелателей.

4. Охотничье кепи, без которого трудно представить себе Шерлока Холмса, ни словом не упоминается ни в одной книге Конан Дойля. Это самодеятельность иллюстратора первых изданий Сиднея Пэджета.

5. Ни в одном романе Конан Дойля Холмс не говорит фразу «Элементарно, Ватсон». Она появились в первой звуковой экранизации.

6. Продюсеры сериала «Доктор Хаус» много раз говорили, что построили образ главного героя на чертах характера понятно какого сыщика.

7. Приключения Холмса по сей день являются самым экранизируемым литературным произведением в истории человечества. На декабрь 2009 года существует 213 официальных экранизаций.

8. Точный адрес сыщика — Лондон, Бейкер-стрит, дом 221B. Во времена Конан Дойля дома с таким адресом на улице не было, она заканчивалась на номере 100. Дом 221B построили позже, и сейчас там находится Музей Холмса.

9. В трех рассказах Конан Дойля упоминается Майкрофт Холмс, старший брат сыщика, работающий в британском МИДе. Другой родни у героя нет.

10. 2002 году Шерлока Холмса приняли в почетные члены Королевского общества химиков. Никакой другой вымышленный персонаж такой чести удостоен никогда не был.

11. Холмс снимал дом на Бейкер-стрит, хотя Ватсон в одном рассказе говорил, что «на деньги, выплаченные за аренду, его давно можно было купить».

12. Холмс всегда брал фиксированную плату за свои услуги детектива. Кроме тех случаев, когда не брал ее.

13. Самый многочисленный официальный фан-клуб Sherlock Holmes Society открылся в 1934 году и с перерывами функционирует по сей день.

14. Прототипом доктора Ватсона был реальный доктор Ватсон, живший на Бейкер-стрит. У него Конан Дойль лечил зубы.

15. Если судить по каноническим текстам, Ватсон трижды был женат, но так и остался бездетным. Для викторианский Англии, где в семьях было по 6-8 детей, это нонсенс. Серьезные литературоведы считают, что доктор страдал бесплодием.

16. Впрочем, дети Ватсона могли умереть при рождении: до начала XX века акушерства как такового в Англии не существовало.

17. У Холмса было не менее полудюжины домашних халатов. Известны цвета трех из них: светло-серый, темно-серый и фиолетовый.

18. Плащ с пелериной, который Холмс носит в большинстве экранизаций, на самом деле предназначался для загородных прогулок. Это как в наши дни ходить на деловые встречи в лыжном комбинезоне.

19. В начале XX века криминальная полиция Египта ввела произведения Конан Дойля в обязательную программу экзамена для следователей.

20. Бернард Шоу называл Холмса «наркоманом, не имеющим ни одной положительной черты характера».

21. Холмс – холостяк и самопровозглашенный женоненавистник. Что-то похожее на флирт у него было только со злодейкой Ирен Адлер в рассказе «Скандал в Богемии».

22. В апреле 2007 года в Москве на Смоленской набережной открылся памятник Холмсу и Ватсону. Он до сих пор там стоит.

23. Есть сведения, что превратить первый рассказ о Холмсе в литературный сериал Конан Дойля надоумил Оскар Уайльд.

24. К услугам Холмса, судя по книгам, прибегали правительство Франции и королевские дома Скандинавии.

25. Устав от героя, Конан Дойль убил его в «Последнем деле Холмса» (1883), чтобы освободить себе время для написания исторических романов.

В рассказе случай в интернате он вроде бы взял 6к фунтов стерлингов. Как-то мне не кажется, что это его фиксированная плата.

Да и женоненавистником он не был, убежденный холостяком да, но с женщинами он был неизменно галантен.

Справедливости ради могли бы указать, что образ Холмса построен на личности Джозефа Белла.

И еще написали про последнее дело Холмса, а про причины его "воскрешения" нет)

С самого начала у него была какая-то тактика и он ее придерживался!

Впервые опубликовал в 1892 году, а устал от него и убил в 1883? Это как?

Я читал, что Дойл, после публикации первых рассказов о Шерлоке Холмсе, получил неожиданно положительные отзывы критиков и одобрение публики за эту работу. Само по себе данное направление ни в коей мере не привлекало внимание писателя, именно поэтому, дабы охладить желание света к выходу новых историй, повествующих о расследованиях тогда еще не легендарного сыщика, Дойл сделал его наркоманом, цыганом и драчуном, что, в общем-то, не помогло.

Все мы, безусловно, воспринимаем Шерлока Холмса исключительно в образе Василия Борисовича Ливанова, персонажа исключительной положительности. Опиумный притон был показан вскользь, Холмс занимался боксом, про цыган не помню вовсе. Возможно, читай мы сперва оригинал, персонаж показался бы нам раскрыт несколько с другой стороны)

21. В этом произведении злодеем был Шерлок, а не Адлер. Он за деньги согласился порешать грязные дела лорда и выкрасть фотографию-компромат, которую Адлер собиралась использовать лишь как страховку для себя, а не для шантажа.

С чего бы Ирен Адлер - злодейка?

Сапковский повторяет судьбу Конана Дойля. Этот тоже считает Ведьмака - пустышкой, в сравнении с историческими романами.

18. Плащ с пелериной называется "Ольстер" и из современной одежды сравнить его резоннее с пуховиком. А знаменитая "шапка охотника на оленей" с двумя козырьками - один из самых подходящих к такой одежде головных уборов.

Персонаж камбербетча из нашумевшей экранизации, к слову, тоже ходит в твидовом ольстере, только более современной и слегка доработанной костюмерами версии.

А вообще, как заработаю немного рейтинга, сделаю длиннопост с подробным обзором костюма Ливанова.

26. Ватсон был женщиной (или они были гей-парой). Есть такая версия.

Недвно пересматривал советскую экранизацию с Ливановым. Попался на глаза косяк - письмо от некоей дамы начиналось словами "Шерлоку Холмсу, эсквайру". При том что в предыдущих сериях уже был представлен его старший брат Майкрофт.

Ради успеха расследования Холмс неоднократно флиртовал с девушками и пару раз под маской своих перевоплощений венчался.

Довольно хорошо о предыстории появления рассказов о Шерлоке и в целом о жизни Конан-Дойля можно почитать у Юлия Кагарлицкого, он также указывает на интересные факты из книг.

С одного герцога он слупил 5000 фунтов. Не очень похоже на фиксированную плату :)

Однако в телеверсии придумали родную сестренку)

"В четвертом сезоне популярного британского сериала «Шерлок» с Бенедиктом Камбербэтчем в главной роли показали нового неожиданного персонажа — младшую сестру Холмса по имени Эвер (Eurus, в переводе с греч. — богиня восточного ветра). В картине она показана злым гением, почти всю свою сознательную жизнь она провела в сумасшедшем доме. Её роль исполнила актриса Шан Брук (Sian Brooke)."

>Считается, что прототипом Мориарти был

Как граф стрелялся с голым мужиком⁠ ⁠

Давно это было, в 1806 году. На Брайтонских скачках поссорились двое. Последний граф Берримор, Генри Барри, и некто Хамфри Ховарт. На ближайшее утро была назначена дуэль. Собралась почтенная публика, желавшая посмотреть, как стреляется граф. Однако Хамфри Ховарт приехал на дуэль абсолютно голым, чем ошарашил и публику, и графа. Оказалось, что Ховарт служил полевым хирургом и знал, что раненые часто погибают от инфекции, которую заносит пуля вместе с кусочком ткани от одежды. Граф не захотел входить в историю, как граф, застреливший голого мужика. Противники решили ссору миром.

Авианосцы, совершившие классовую революцию. Гордость флота Великобритании — Eagle и Ark Royal⁠ ⁠

Авианосцы флота Великобритании стали во многом первопроходцами. В этом списке достижений Royal Navy и первый в мире заложенный авианосец Hermes, и корабль-революция Ark Royal. А первые авианосцы с бронированными ангарами и полётной палубой типа Illustrious и вовсе стали прообразом для всех последующих кораблей этого класса в Королевском флоте.

После завершения Второй мировой войны палубная авиация совершила качественный рывок — наступила эпоха реактивных самолётов, к которой авианосцы Его Величества были не готовы. Эту проблему решили авианосцы типа Audacious — крупнейшие корабли ВМФ Великобритании, не считая новейший тип Queen Elizabeth. Однако их путь к величию был весьма тернист.

Эволюция английских авианосцев

Опыт первых лет войны указал британскому Адмиралтейству на острую необходимость обновления авианосного парка. Для развития своих авианосцев британцы пошли самым очевидным и логичным путём — они решили увеличивать размеры кораблей. Потому неудивительно, что в эволюции английских авианосцев прослеживается тенденция «больше, тяжелее и мощнее».

Авианосец HMS Implacable, 1947 год. Можно заметить, что крыши башен универсальной артиллерии расположены на одном уровне с полётной палубой. Их можно было использовать как часть палубы для размещения техники. Подобным образом они были сделаны и на последующих авианосцах

При создании авианосцев типа Implacable — дальнейшим развитием типа Illustrious — были устранены недостатки предшественника, такие как малочисленность авиагруппы и небольшая скорость хода. Кроме того, эти корабли несли более мощное вооружение и новые самолёты. Их строительство началось в 1939 году и было вскоре заморожено. Авианосцы вошли в состав флота лишь спустя пять лет, не успев принять участие в ключевых сражениях Второй мировой.

Следующим этапом развития английских ударных авианосцев должен был стать тип Audacious. Киль головного корабля заложили в 1942 году, второго, HMS Irresistible, — в следующем году, третьего — ещё спустя год. Ввиду увеличенных в полтора раза размеров они теоретически могли вместить до 90 самолётов.

Внешний вид авианосца HMS Eagle (R05) на 1951 год и его герб. Это пятнадцатый корабль, получивший такое имя. Моряки прозвали авианосец «Большой И» (The Big E)

Однако приоритеты сместились в сторону эскортных кораблей — крейсеров и эсминцев, и поэтому темпы строительства были крайне низкими. На фоне послевоенного кризиса и снижения финансирования строительство третьего авианосца отменили, а его название «одолжил» первый корабль. Головной корабль серии Eagle («Игл») спустили на воду в марте 1946 года, его благословила принцесса Елизавета. Он вступил в строй в октябре 1951 года с характерными для авианосцев тех лет прямой полётной палубой и гидравлическими катапультами.

Второй корабль этого типа, получивший необычайно дорогое для Королевского флота имя Ark Royal («Арк Ройял»), сошёл со стапелей в 1950 году, но вошёл в состав флота лишь спустя пять лет.

Авианосец HMS Ark Royal (R09). Получил прозвище «Могучий ковчег» (The Mighty Ark) и имел собственный девиз «Желание не даёт покоя» (Desire Does Not Rest)

Реактивная революция

Имеющиеся и строящиеся авианосцы не были приспособлены к тяжёлым и крупным реактивным самолётам. Скорости возросли в разы, а вместе с этим выросла аварийность взлёта и посадки. Требовалось не только увеличить вместимость ангаров, но и разработать более мощные тормозные устройства и катапульты, а также системы посадки.

Проблему высокой аварийности решили именно британцы, совершив ещё одну революцию. Слабые гидравлические катапульты сменились мощными паровыми, на авианосцах появились оптические системы посадки и угловая полётная палуба.

Авианосец HMS Eagle после переоборудования. Благодаря установке частично угловой палубы, самолёты могли парковаться вне зоны посадки. Ранее часть техники размещалась в носовой части палубы прямо на пути взлёта и посадки, что не позволяло пилоту зайти на второй круг

Именно из-за установки и отладки всех технических новинок флаг на Ark Royal подняли спустя аж двенадцать лет с момента закладки. Eagle, введённый в строй на три года раньше, требовал обновления. В ходе годичной модернизации, начатой в 1954 году, он также получил частично угловую полётную палубу, зеркальную посадочную систему и новые мощные катапульты.

Таким образом, уже к 1955 году Королевский флот имел на вооружении два тяжёлых авианосца, полностью пригодных для работы с реактивными самолётами.

Авианосцы старой эпохи

Несмотря на то, что за основу авианосцев был взят тип Implacable, внешне они мало походили на предшественников. Их длина возросла на 14 метров (до 250 м), ширина увеличилась почти вдвое, до 52 м. При этом водоизмещение стало рекордным — показатель Eagle при полной нагрузке достигал 47 000 тонн. Экипаж авианосцев насчитывал свыше 2 700 человек.

Как и на предыдущих британских авианосцах, броня защищала ангары, цитадель и другие ключевые узлы. Борт имел 102-мм бронепояс, который выше к ангарам утончался до 25 мм.

Горизонтальная защита состояла из самой полётной палубы и ангаров. Толщина брони взлётной палубы варьировалась от 25 до 102 мм, ангарной палубы — от 25 до 51 мм. По расчётам противоторпедная защита предположительно могла выдержать взрыв боевой части торпеды весом до 900 кг.

Авианосец HMS Ark Royal (после переоборудования отчётливо видна угловая полётная палуба) в разрезе от полётной до нижней ангарной палубы. Можно заметить ангары, шахты подъемников, дымоходы. В кормовой части позади ангаров видны каюты членов экипажа

В качестве энергетической установки выступала четырёхвальная система мощностью 152 000 лошадиных сил, которая по силе не превосходила силовую установку предшественников. Из-за возросших размеров скорость хода стала ниже на узел — примерно 30,5 узлов. На экономичном ходу (для Eagle — 18 узлов) дальность плавания не превышала 7 000 морских миль.

Вооружение Eagle и Ark Royal также уступало предыдущим авианосцам. Состав крупнокалиберной артиллерии, представленной шестнадцатью 114-мм универсальными орудиями, был идентичен. ПВО обеспечивали 40-мм орудия «Бофорс» в количестве 52-61 штук. Однако на авианосцах типа Implacable помимо сорока орудий «Бофорс» имелись также шестьдесят 20-мм установок «Эрликон

Взлёт Douglas AD Skyraider с авианосца HMS Eagle. Несмотря на архаичность в эпоху реактивных самолётов, он снискал любовь среди пилотов и получил прозвище «Умный пёс» (Able Dog от «AD»)

При вступлении в строй ангары авианосцев вмещали до 60 самолётов. К 1956 году их авиагруппа включала ударные самолёты Wyvern, штурмовики A-1 Skyraider, реактивные всепогодные истребители-бомбардирощики Sea Venom и реактивные дневные истребители Sea Hawk. Кроме того, на Eagle появился первый эскадрон новых противолодочных самолётов Fairey Gannet.

В роли догоняющего

Казалось, что еще долгие годы эти корабли будут среди самых мощных в своем классе. Однако бурное развитие палубной авиации, в том числе реактивной, опрокинуло все прогнозы начала 1950-х годов — даже подобных размеров авианосцы уже не могли полноценно обслуживать самые современные самолёты.

Оптическая система посадки (MLA) на австралийском авианосце HMAS Melbourne. Подобные светотехнические системы наведения устанавливались и на британские авианосцы HMS Eagle и HMS Ark Royal

Потому в 1959 году Eagle отправился на модернизацию, которая растянулась на 4,5 года. Теперь его полётная палуба имела угол в 8,5 градусов, тогда как частичная — лишь в 5,5 градусов. Корабль оснастили новыми паровыми катапультами и новейшими системами управления и контроля — Eagle стал самым совершенным авианосцем в мире в плане наведения перехватчиков. Некоторые 40-мм «Бофорсы» заменили первыми в мире серийными зенитно-ракетными комплексами ближней зоны поражения, известными как Sea Cat. Общая стоимость ремонта и переоборудования превысила 30 миллионов фунтов стерлингов.

В результате капитальной модернизации полное водоизмещение корабля возросло до астрономических 55 000 тонн! Он мог эксплуатировать реактивные штурмовики Buccaneer S.2 и Scimitar, а также истребители Sea Vixen. Правда, из-за отсутствия реактивных дефлекторов Eagle не мог обслуживать новейшие сверхзвуковые перехватчики F-4 Phantom II.

Многоцелевой истребитель de Havilland Sea Vixen FAW.2 на борту HMS Eagle со сложенными крыльями. Пролив Ла-Манш, 1969 год

После Eagle место в доке занял Ark Royal. Помимо вышеперечисленных новинок, он получил те самые реактивные дефлекторы, тормозные механизмы и новую электросистему. Теперь корабль мог успешно работать с тяжёлыми F-4 Phantom и Buccaneer S.2. А благодаря уникальному для английских авианесущих кораблей трёхкоординантому радару контроля посадки «Арк Ройял» мог принимать самолёты даже ночью.

Штурмовики Blackburn Buccaneer S.1 на фоне HMS Eagle, примерно 1964-1966 года

Последние почести

Несмотря на масштабы модернизации, гонку с авиацией Eagle и Ark Royal проиграли. Размеры новых самолётов росли вместе со сложностью их эксплуатации. По этой причине вместимость крупнейших на тот момент авианосцев Великобритании существенно сократилась — численность авиагруппы к середине 70-х годов упала ниже 40 машин. В то же время количество самолётов на американских авианосцах типа Midway никогда не падало ниже 65.

Работа форсированных двигателей при взлёте McDonnell Douglas F-4K Phantom FG.1 с борта авианосца USS Independence (CVA-62). Без дефлекторов (газоотбойников) реактивная струя при большом угле наклона самолёта способна деформировать полётную палубу и повредить катапульты

Благодаря переоборудованию срок их эксплуатации увеличился, хоть и незначительно — примерно на 5-10 лет. За свою карьеру они участвовали во многих учениях и в ряде боевых операций: боевое крещение Eagle случилось во время Суэцкого кризиса, а первым боевым заданием Ark Royal стала морская блокада Родезии.

В феврале 1970 года британцы подсчитали, что переоборудование Eagle для обслуживания самолётов F-4 Phantom обойдётся ещё в 25-30 миллионов фунтов стерлингов. С учётом средств, необходимых для эксплуатации самого авианосца, это делало корабль неоправданно дорогим. Всем стало ясно, что его дни сочтены.

Самолёт Fairey Gannet модификации AEW.3 пролетает над HMS Eagle, начало 1970-х годов. На палубе видны ударные Blackburn Buccaneer S.2 и поисково-спасательный вертолёт Westland Wessex

В январе 1972 года после двадцати лет активной службы Eagle отправился в резерв и служил источником запчастей для Ark Royal. Спустя шесть лет крупнейший авианосец Королевского флота последний раз вышел в море.

Авианосец HMS Ark Royal (слева) и американский авианосец USS Nimitz в Норфолке, штат Вирджиния, во время своего последнего развёртывания в 1978 году. Хорошо видно смещение полётной палубы USS Nimitz на 9 градусов

Ark Royal прослужил своей стране 24 года, половину из которых стоял в доке: за время своего 12-летнего строительства большая часть оборудования успела устареть, и авианосец постоянно испытывал проблемы с системами и механическими поломками. Он пережил собрата на восемь лет — в 1979 году Ark Royal прибыл на место разборки, где от Eagle уже осталась лишь нижняя часть корпуса.

В 1983 году бывшие члены экипажа Ark Royal отправились на пристань, чтобы отдать последние почести своему кораблю. Картина разобранного и разрезанного авианосца довела некоторых до слёз.

Материал подготовлен волонтёрской редакцией WoWS

Тормаз Вестингауза 1901 года⁠ ⁠

Связь Европы и Америки через океан. Как был проложен Трансатлантический телеграфный кабель⁠ ⁠

Океанские просторы кажутся непреодолимыми большинству людей, не имеющих отношения к флоту или морю. Многие сотни и даже тысячи километров бескрайней глади воды, где так легко сбиться с курса и пропасть без вести. Так было многие века в истории человечества. Однако бывший когда-то загадочным и неизведанным мир начал стремительно сокращаться, стоило только пройти эпохе Великих географических открытий. Начавшие развиваться взрывными темпами технологии ещё больше сблизили континенты, ранее разделённые океанами. И если когда-то на переход из Старого в Новый свет можно было потратить не один месяц с большими шансами навсегда исчезнуть в океане, то с годами такое путешествие становилось всё более обыденным. С изобретением же телеграфа встал вопрос о налаживании связи между двумя континентами прямо через Атлантику.

У современных людей слово «телеграф» скорее всего вызовет ассоциацию с серединой XVIII века, ранними паровыми кораблями и расцветом колониализма. Если сейчас эта технология кажется достаточно древней и примитивной, то тогда сама идея быстрой передачи сигнала на невообразимые расстояния казалась фантастической.

Карта первого трансатлантического кабеля, 1858 год

Само слово «телеграф» происходит от сочетания древнегреческих слов, переводящихся как «далеко» и «пишу». Историю развития этого вида связи возводят ещё ко временам античности, где применялись различные сигналы огнями на маяках и между кораблями. Однако, как несложно догадаться, такой способ передачи был крайне зависим от погоды и ограничен по дальности. Эксперименты же с электрическим телеграфом начались только в конце XVIII века в Европе. В 1774 году в Женеве был построен прототип электростатического телеграфа.

Технология выглядела многообещающей, но в 1824 году английский физик Питер Барлоу опубликовал закон возрастания электрического сопротивления проводника в зависимости от его длины и площади сечения. Этот «закон Барлоу» оказался ошибочным и был впоследствии опровергнут законом Ома. Тем не менее он приостановил развитие телеграфной связи на годы.

Первый электромагнитный телеграф создал и продемонстрировал российский учёный Павел Львович Шиллинг в 1832 году. А в 1840 году Сэмюэл Морзе запатентовал свой электромеханический телеграф вместе со ставшей всемирно известной таблицей сигналов, названной в его честь «азбукой Морзе». Всё это впоследствии привело к появлению проектов по созданию канала связи, способного передавать сообщения на огромные расстояния.

В середине XIX века в Мюнхене предприняли первую попытку проложить кабель телеграфа по дну реки. Однако из-за отсутствия нормальной гидроизоляции он прослужил очень недолго. В 1847 году была предпринята попытка проложить усовершенствованный кабель между Кале и Дувром. Но и он быстро вышел из строя, успев передать всего лишь одно или два сообщения. Спустя год повторная попытка прокладки усиленного кабеля вновь привела к неудаче. Однако технологии развивались, и в 1856 году была основана компания «Atlantic Telegraph Company», которая через год приступила к прокладке кабеля через Атлантику. Фирма привлекла к работе немало признанных учёных того времени, специалистов по геологии дна и телеграфной связи. В деятельности компании принимал участие и сам Морзе.

Для хорошей изоляции кабель был обернут в три слоя гуттаперчи — химического полимера, имеющего отличную эластичность и не проводящего ток. Для прочности кабель обернули слоем из железных канатов. Вес составлял примерно 550 килограммов на каждый километр. Прокладка кабеля стартовала на побережье Ирландии. Однако налетевший во время укладки шторм вынудил прокладчиков экстренно обрезать кабель, чтобы не повредить суда. Таким образом, первая попытка оказалась неудачной.

HMS Agamemnon прокладывает трансатлантический кабель. Картина Роберта Чарльза Дадли, 1858 год. Художник принимал участие в проекте прокладки кабеля и написал немало картин, посвящённых этому событию

Через год, в июне 1858, была предпринята новая попытка. На этот раз два корабля «Агамемнон» (HMS Agamemnon) и «Ниагара» (USS Niagara) начали прокладку кабеля через Атлантический океан примерно посередине маршрута, между Ирландией и Ньюфаундлендом. На этот раз кабель был проложен, хотя в процессе корабли неоднократно сталкивались с его обрывами, из-за чего возвращались и прокладывали провод заново. Кроме того, из-за большого количества кабеля на борту корабли оказались перегружены, и, попав в шторм, едва не пошли ко дну. Все эти проблемы привели к тому, что многие в правлении «Atlantic Telegraph Company» начали высказываться за отказ от проекта, однако в итоге их удалось переубедить.

4 августа «Ниагара» прибыла в залив Тринити в Ньюфаундленд, а 5 августа «Агамемнон» пришвартовался у острова Валенсия в Ирландии. Кабель был проложен. 10 августа 1858 года по первому трансатлантическому телеграфному кабелю начали передавать и принимать сигналы. После нескольких пробных слов было послано сообщение, считающееся ныне первой официальной трансатлантической телеграммой. Это было сообщение британских директоров компании американским директорам. За ним было отправлено официальное поздравление с запуском телеграфа президенту США Бьюкенену от королевы Виктории. Оно состояло из 98 слов, и на его передачу в общей сложности ушло около 16 часов. Причиной этого стало большое электрическое сопротивление кабеля, который протянулся на почти 4500 километров. Реализованная возможность передавать сообщения через Атлантику по кабелю вызвала взрыв энтузиазма у всех причастных к этому проекту людей.

Поздравительная телеграмма от королевы Виктории президенту США в честь завершения прокладки первого трансатлантического телеграфного кабеля

Проложенный кабель вышел из строя уже в сентябре 1858 года. Основной причиной считается недостаточная гидроизоляция. Другой же причиной иногда называют высокое напряжение, подаваемое на кабель с английской стороны в попытках усилить сигнал и сгладить его затухание. Несмотря на успехи, в правлении «Atlantic Telegraph Company» разразилась борьба между её руководителями. Она продолжалась больше года и привела к уходу из компании нескольких человек, стоявших ещё у основания проекта. Однако это не привело к закрытию компании, а лишь подстегнуло энтузиазм оставшихся.

В июле 1865 года началась укладка второго трансатлантического телеграфного кабеля. Была улучшена система гидроизоляции, а также подготовлено около 5100 километров провода. Для работ по укладке было куплено крупнейшее на тот момент судно — пароход «Грейт Истерн» (Great Eastern). Однако и на этот раз не обошлось без проблем. 31 июля в процессе прокладки произошёл обрыв кабеля. В течение долгого времени команда пыталась выловить его якорем и продолжить укладку, однако так и не добилась успеха. Продолжение прокладки было решено отложить на год. Только в 1866 году работы по укладке второго трансатлантического кабеля были завершены. При этом в процессе прокладки второго кабеля удалось найти порванный в прошлом году и успешно присоединить его к новому.

Обрыв кабеля на борту «Грейт Истерна». Лондон, 1865 год

Вторая телеграфная линия была значительно улучшена, по сравнению с первой. По ней уже было возможно передавать восемь слов в минуту, что было примерно в 80 раз быстрее. Дальнейшие исследования ещё больше улучшили скорость передачи, и к началу XX века она достигала примерно 120 слов в минуту. К концу XIX века по дну Атлантического океана были проложены кабели, принадлежавшие Британии, Франции, Германии и США. Эта довольно сложная система связи сделала Лондон центром мировой телекоммуникации. После успешной прокладки кабеля через Атлантику в 1870 году была запущена телеграфная связь между Лондоном и Индией.

Основные телеграфные линии в мире на 1891 год

В заключение стоит сказать, что реализация этого проекта стала показательной для большей части мировых держав. Развитие связи и технологий стало приоритетом, что существенно отразилось на начавшейся через несколько десятилетий Первой мировой войне. Современные же линии связи значительно сложнее и технологичнее своих ранних прототипов. Имеющие в своей основе технологию оптических каналов, а также использующие последние достижения в области топологии, они являются достойными наследниками своих предков более чем вековой давности.

Материал подготовлен волонтёрской редакцией WoWS

Книга «Рассказы о звёздах»⁠ ⁠

Друзья, я много раз слышал вопрос: "Почему не напишешь книгу?"

И действительно — всё статьи, обзоры, рассказы, воспоминания. И вот, наконец:

Она электронная. Но она еще и аудиокнига.

Можно читать, а можно слушать — в дороге, на прогулке или пробежке. Пробовал — очень подходит.

10 глав — 10 звездных рассказов, в которых пересекаются три плоскости: Астрономическая, историческая и мифологическая.

Я выбирал разных героев — крайне известный и популярных, но и таких, о ком, быть может Вы никогда не слышали, и даже не услышали бы — не прочитав мою книгу.

Главы можно менять местами — их порядок может быть произвольный. Они никак не копируют структуру друг друга — каждая глава, каждый рассказ — отдельный звездный Мир со своим Королем или Королевой. Но иногда в одном из них упоминается нечто из соседнего звездного царства. И это придает сборнику рассказов единство книги.

Мне хотелось бы, чтобы это было только начало, ведь звёзд на небе много. На их наблюдения я потратил тысячи часов, и прочел десятки, а может и сотни статей — мне есть что рассказать Вам, соединив личные впечатления с накопленными цивилизацией знаниями. А еще всё это можно соединить с музыкой, что я уже сделал в аудиоверсии книги «Рассказы о звёздах».

Призрак инфляции (5)⁠ ⁠

Продолжаем знакомиться с книгой Томаса Майера "Призрак инфляции".

Все части сложены здесь.

Рассказав о кризисах, автор обращается к истории валютных союзов. Старушка-Европа может кое-что поведать на эту тему. Валютный союз – это когда национальные государства возлагают выпуск денег на наднациональный орган или хотя бы координируют эмиссию. Историческим предшественником Европейского валютного союза явился Латинский монетный союз.

В девятнадцатом веке господствовал металлический стандарт. Крупные монеты чеканились из золота, мелкие – из серебра и меди. Банкноты служили заменителем металла. Плохую службу в этих условиях служили изменчивые цены на металл. Далее, развитие торговли ставило на повестку дня нормирование монет. Эти причины послужили основанием для идеи континентального валютного союза. Эта идея появилась во Франции и продвигалась Феликсом Эскиру де Парьё. Да, у него были и политические цели: он хотел поставить европейскую политику на фундамент единого золотого стандарта. Наполеону Третьему идея понравилась, тот хотел добиться гегемонии, а также подорвать монополию англичан в иностранном кредите. Доминирование в деньгах должно было вызвать доминирование и в финансах, и в политике.

Мелкие и слабые страны типа Бельгии, Швейцарии или Италии желали уменьшить геополитическую зависимость от Франции в рамках единого форума нескольких государств. Остальные европейцы в большинстве своём вступать не стали, но переняли стандарты.

Страны, вступившие в союз, имели разные степени экономического развития, что послужило причиной его последующего краха. Изначально планировалось ввести единый золотой стандарт, но многие страны-участники потеряли бы при этом, выплавив серебро из монет, номинал которых превышал себестоимость металла. У той же Франции были огромные резервы из серебра, потому она была ярым поборником биметаллизма. В 1865 году был подписан договор с нормированием веса, содержания и размера монет. Участники обменивались также инфомацией об эмиссии.

И с самого начала пошли проблемы. В 1866 году в союз попросилась Папская область, и как только её приняли, стала чеканить серебряные монеты, как не в себя. Которыми стали платить французским наёмникам, защищающих от Италии. Папу сотоварищи выперли из союза, недолго думая. А потом и сама область перестала существовать. Остался крошечный Ватикан.

Как и в истории с Ньютоном, начались игры с содержанием серебра в монетах. Сначала стали пропадать монеты с относительно большим содержанием серебра, а после перехода Германской империи на золотой стандарт цена серебра упала ниже номинала монет. Потому и Латинскому союзу пришлось переходить на «хромой» золотой стандарт с остающимся в хождении серебром.

Но это были ещё цветочки. Страны навроде Италии и Греции, чтобы свести концы с концами, стали печатать необеспеченные банкноты. Их монеты, содержавшие всего 83,5% серебра, вывозились спекулянтами во Францию, где менялись на полновесные французские франки. Недовольство других членов союза привело Италию и Грецию к необходимости национализации серебряных монет и выплате компенсаций.

Первая мировая заставила воюющие страны перейти на бумажные деньги. Несмотря на попытки оживления, союз прекратил своё существование в 1926 году. Причиной неудачи автор называет многоликость денег как средства обмена, сохраниия ценности для граждан и средства политики для государства. На национальном уровне это всегда приводило к конфликтам, а когда деньги стали общими – эти конфликты стали межгосударственными. Однако, несмотря на этот неуспех, идея объединения Европы под французским началом посредством денег не умерла, пережив три войны с Германией.

Объединение Европы было мудрым решением послевоенного устройства, по сравнению с местью, прописанной в Версале. Не последнюю роль в попытке замирения и обеспечения французских интересов сыграла идея общей валюты. После многочисленных унизительных девальваций франка премьер-министр Жорж Помпиду заявил в 1969 году приоритет на создание валютного союза. Главной целью было сдерживание Германии. Под руководством люксембургского премьера Пьера Вернера был разработан план, названный его именем. Новая европейская валюта должна была включена в Бреттон-Вудскую систему, подобно монетам Латинского союза.

План предусматривал, что основные параметры бюджетов государств - траты, дефициты и их финансирование - должны были определяться совместно. То есть пилить бюджет планировалось на общеевропейском уровне. Региональные и структурные разрывы планировалось компенсировать специальными платежами. Разгорелись споры по поводу того, кто будет рулить этим общаком. На опасения, что разные страны, объединённые общим бюджетом, не смогут работать одинаково успешно, возражалось, что плавать лучше научиться, прыгнув в воду. Стерпится-слюбится. На это возражали экономисты, придерживающиеся "теории коронования". Они говорили, что прежде чем, как объединять валюты, необходимо сначала создать необходимые предпосылки. То есть, перед тем, как прыгнуть в бассейн, необходимо поупражняться на берегу тем, кто не готов. Развал Бреттон-Вудской системы убрал почву из под ног плана Вернера. Но идея осталась.

Падение влияния США в семидесятых и желание "приручить" Италию, симпатизирующую коммунистам, побудила руководителей Франции и Германии снова задуматься о валютной интеграции. В 1979 году в силу вступил Европейский валютный союз (ЕВС). Его система включала в себя матрицу двусторонних обменных курсов, которые могли болтаться в коридоре плюс-минус 2,5 процента. Италии дали плюс-минус 6. Одновременно ввели расчётную единицу под названием ЭКЮ: European currency unit. Это была корзина из нескольких валют стран-членов, каждая со своим весовым коэффициентом. Всё это добро должно было поддерживаться каким-то образом в равновесии. Под давлением Франции создали индикатор отклонения, при достижении которого уровня в 100 процентов делался вывод, что дальше курс валюты отклоняться не должен. На практике это не заработало. У системы не было якоря, и единственная валюта, которая была глобально резервной, была немецкая марка. В условиях высокого спроса на неё Бундесбанк должен был постоянно допечатывать, чтобы сохранить курс. Это было плохо и для цен, и для денежной политики стран-членов. В итоге Франции пришлось с огорчением убедиться, что ЕВС превратился в марку, к которой были прицеплены остальные валюты.

Наглядно это было продемонстрировано в начале девяностых. Бундесбанку пришлось задрать процентную ставку до 9,75%, чтобы придержать бум после объединения страны. Включился марочный пылесос. 14 сентября 1992 года упала итальянская лира, через три дня - испанская песета. Лире пришлось покинуть механизм обменных курсов, за ней последовал британский фунт (кстати, тот кризис был звёздным часом Джорджа Сороса, который поднял на ней миллиарды). Началась битва за французский франк. Сорос в ней благоразумно не участвовал, зная, что немцы не оставят французов в беде.

Франк бы не устоял, если бы не прямая помощь французам со стороны Бундесбанка. Помощь эта была непубличной, и автору книги, который спекулировал о ней на страницах прессы, потом нагорело от начальства. Параллельно процентную ставку, вслед за немцами, пришлось поднять и французам. После этого немцы снизили в 1993 году свою ставку, плюс занялись интервенциями на рынке. Хедж-фонды, однако, не сдавались и продолжали скидывать франк. В результате ширину коридора в ЕВС пришлось раздвинуть до 15%. Реально это значило, что курсы пустились в свободной плавание. Хедж-фондам в таких условиях предложить было нечего, и они сдались. Излишне будет упоминать, что необходимость следовать в немецком фарватере не слишком тешила самолюбие французов.

Действительно, кому понравится двигать свою процентную ставку вслед за немцами и смотреть, как проседает после этого твоя экономика. Неудивительно, что предложение немецкого министра иностранных дел Ганса-Дитриха Геншера о создании общей валюты и ЕЦБ было принято с распростёртыми объятиями в Париже и Риме. После падения Берлинской стены было особенно важно связать Германию тесными узами внутри ЕЭС. Евроинтеграция должна была сдержать Германию. А что же двигало немцами? Неужели Гельмут Коль не предвидел этого? Для него это было политической необходимостью: он не хотел создавать врагов своей стране.

В процессе переговоров о будущей валюте столкнулись два представления. Немцы хотели создать нечто вроде золотого стандарта, французы - государственные деньги при своём влиянии. Изначально немцы были в более выгодном положении со своей дойчмаркой. Но французам и итальянцам удалось разбавить требования, вписанные в договора. С течением времени влияние бывших членов Латинского союза только росло. Начиная с 2003 года, ЕЦБ руководят президенты исключительно из Франции и Италии. Любой кризис использовался для ослабления валюты, а сегодня и на те самые разбавленные договора положили с прибором.

Ещё в 2005 году автор предупреждал, что дисбалансы в фискальной и денежной политике стран-членов спровоцируют расхождения, чреватые "лиризацией евро". То есть инфляция грозит стать такой большой, как в Италии до вступления в евро.

Что было - мы знаем. Каждый новый кризис приводил в движение гигантские потоки капитала, исходящие из ЕЦБ и питающие слабые звенья еврозоны. Посодействовали этому финансовые рынки, наказывающие каждого слабака высоким ссудным процентом. В таких условиях европейский центробанк неизбежно стал кредитором последней надежды. Марио Драги с его "whatever it takes" окончательно определил характер европейской общей валюты: стопроцентные государственные деньги. То есть такие деньги, которые служат сперва государству, а затем уж его гражданам.

Но как могут быть государственные деньги без единого европейского государства, попытки создать которое были пресечены многочисленными референдумами? Ответом на это стало теневое государство, созданное под эгидой ЕЦБ и занимающееся распределением непрестанно печатаемых денег при помощи джентльменского набора механизмов типа ESRB, ESFS, SRM и т.д. В былом Латинском монетном союзе слабым звеньям пришлось допечатывать бумажные деньги. В современности банковские кредиты в таких странах финансируются в конечном счёте центробанками финансово крепких стран-членов. При этом риски перекладываются на плечи налогоплательщиков Германии, Нидерландов и т.д.

На этих графиках ясно видно, центробанки каких стран (подсказка: тех, что сверху) закрывают долги каких и в какой степени.

В итоге получилось, что евро теряет свою покупательную способность, в то время, как дефициты бюджета закрываются печатанием евро. И главное: ответственности за это - никакой! Немецкий орднунгсполитик с его государством правил и твёрдыми деньгами не потерпел крах - он оказался задвинутым в угол. Победила "латиноевропейская" экономическая культура, основанная на произвольных решениях и плановом вмешательстве государства в экономику. А центробанк играет вторую скрипку, не мешаясь под ногами со своими деньгами.

При таком раскладе высокая инфляция - закономерное следствие. Евро мутирует в мягкую валюту, рост производительности падает, а конкурентоспособность экономики ухудшается. Немцы сидят со всеми вместе на тонущем судне. Их политика по сохранению климата и платежи другим странам ЕС только ухудшают дело. И если крупные фирмы могут вынести бизнес на другие континенты, средний класс в полной мере имеет дело с последствиям.

Но пусть сегодня примат политики торжествует над хозяйской предусмотрительностью. В конце концов экономический закон подлым образом победит политическую власть. Так было и будет всегда.

Есть у меня знакомый, у него жена - шопоголик. Купила на прошлой неделе три вазы, он спросил, почём. Сотня евро, она сказала. Тот ужаснулся - так дорого! И ему было отвечено словами Моргунова : "Каждая! Не волнуйся милый, это всего лишь деньги. "

Нет. Деньги - это не "всего лишь". Это кровь экономики. Небрежное с ними обращение приносит беду, в которой расплачивается всегда слабый. Время расплаты - не за горами. К сожалению, немцы не могли выбрать "другую жену" для интеграции: соседей не выбирают. Но выходом из ситуации будет неизбежный развод. По-другому не бывает.

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎