Смерти не всегда были «случайными».
Говоря о войне Америки с «Исламским государством», министр обороны США Джеймс Мэттис заявил: «Жертвы среди гражданского населения — неизбежный факт жизни при такой ситуации». Но бои в Мосуле и Ракке продолжают уничтожать мирных жителей и их жилища в средневековых масштабах.
Как вообще может Америка с чистой совестью убивать мирных жителей на Ближнем Востоке? Это легко; спросите своего деда, что он творил во время «хорошей войны» (альтернативное название Второй мировой войны в США — прим. пер.). Гибель гражданских даже не пытались представить с точки зрения сопутствующего ущерба, то была лишь политика.
После введения администрацией Трампа того, что считается менее строгими правилами применения вооруженной силы, только в марте 2017 года авиаудары возглавляемой США коалиции в Ираке и Сирии унесли жизни 1 484 мирных жителей. В целом, с тех пор как США начали коалиционную войну против «Исламского государства», с воздуха было убито около 3 100 мирных жителей, сообщает НПО Airwars. Еще 3,674 человек были убиты при атаках беспилотников вне рамок борьбы с ИГИЛ. В 2015 году в Афганистане США уничтожили больницу вместе с врачами и пациентами. А в Ракке с землей систематически сравниваются целые кварталы.
И все это на фоне множества несчастных случаев, происходящих отчасти вследствие использования предназначенных для уничтожения танков ракет Hellfire против отдельных людей, а отчасти — с помощью 500-фунтовых бомб, которые при сбросе на территорию густонаселенных мест могут поразить площадь футбольного поля. Политика «прихлопывания мух» кувалдами, точечные удары тупыми предметами, действительно ведут к гибели гражданского населения, смертям, сводящим на нет само определение «несчастного случая».
Однако несмотря на количество убитых, девиз современной войны заключается в том, что намеренно гражданских на прицел никогда не берут, по крайней мере наша сторона. Американцы никогда не станут убивать невинных умышленно.
Во время Второй мировой войны американские войска следили за быстрым развитием новых видов вооружений для удовлетворения меняющихся потребностей в уничтожении целых городов невинных людей. В Европе, например, кирпичные и каменные сооружения «подходили» для уничтожения обычными взрывчатыми веществами в масштабах городов. А в Японии, с учетом распространенности деревянных конструкций, обычные взрывчатые вещества, как правило, лишь расшвыривали здания и сооружения на ограниченной территории. Решением стали зажигательные устройства.
Далеко не случайным было то, что бомбардировки Японии были запланированы задолго до Перл-Харбора, в «оранжевом военном плане». Еще в 1920-х годах американский генерал Билли Митчелл сказал, что бумажные и деревянные города Японии станут «величайшими воздушными целями» в истории. В соответствии с основными принципами «оранжевого» плана, усилия были возглавлены генералом Кертисом «сбросить бомбы!» Лемеем, определившим главную цель как превращение Японии в страну без городов, кочевой народ.
Лемей также помог провести бомбардировку Северной Кореи во время той войны, утверждая, что благодаря американским усилиям было убито около 20 процентов гражданского населения. На него работал человек, которого многие называют архитектором войны во Вьетнаме — Роберт Макнамара. Будучи министром обороны, Макнамара приказал применять во Вьетнаме напалм, зачастую против незащищенных гражданских объектов.
Мастерство, с которым Америка превратила бомбардировки времен Второй мировой войны в изысканный способ уничтожения мирного населения, достигло своего пика 10 марта 1945 года, когда над наиболее плотно заселенном жилым районом Токио практически беспрепятственно летали три сотни американских бомбардировщиков B-29. Сброшенные ими зажигательные бомбы породили огненный смерч, разрушительный пожар, выжегший из воздуха весь кислород.
И что в результате? Сто тысяч погибших, около миллиона остались без крова. Даже после Хиросимы та атака остается наиболее разрушительным актом агрессии из когда-либо совершенных.
Проблемой США в отношении такого рода нападений была, однако, их неэффективность с точки зрения убийства мирных жителей. Инженерно-авиационное и тыловое обеспечение тех 300 самолетов обескураживали, особенно с учетом того, что большую часть усилий могли свести на нет какие-то пара часов неожиданно налетевшего ветра или дождя. Не было никаких сомнений в том, что огненные бури были искомым инструментом для систематического совершения актов геноцида в Японии. Нужно было лишь сделать их эффективными и стойкими против атмосферных влияний.
В данном вопросе наука преуспела уже через несколько месяцев после бомбардировки Токио. Одна атомная бомба могла выполнить работу трехсот самолетов. И она создала бы настолько мощный, крупный и опасный пожар, что никакие погодные условия не могли бы на него повлиять; к тому же она была защищена от неосторожного обращения. Лучшего оружия для уничтожения целых городов вместе со их населением быть просто не могло, а применялось оно только одним государством. Дважды, если быть точным, поскольку 85 000 убитых в Хиросиме человек оказалось недостаточно.