Юсуп Темерханов: «Больше всего я жалею о том, что до ареста не женился»

Для начала стоит напомнить обстоятельства громкого преступления, которое привело Темерханова за решетку. Днем 10 июня 2011 года бывший командир 160-го гвардейского танкового полка Юрий Буданов, который отсидел 6 лет за похищение и убийство чеченской девушки Эльзы Кунгаевой и вышел по УДО, был застрелен около нотариальной конторы на Комсомольском проспекте в Москве.

Через два месяца по подозрению в убийстве был арестован Магомед Сулейманов. Оперативникам удалось выяснить, что его настоящее имя – Юсуп Темерханов. Процесс над ним вызвал небывалый резонанс и сопровождался постоянными скандалами, залы Мосгорсуда, где проходили заседания, неизменно до отказа набивались журналистами. Дело получило ярко выраженную политическую окраску.

В ходе рассмотрения дела обвиняемый так и не признал свою вину. Коллегия присяжных Мосгорсуда в мае 2013 года признала Темерханова виновным, а суд приговорил к 15 годам лишения свободы. По версии следствия, мотивом убийства Буданова стало то, в ночь с 12 на 13 февраля 2000 года в Чечне трое военнослужащих, привлеченных для проведения контртеррористической операции, в ходе возникшего на бытовой почве конфликта убили отца Темерханова и подожгли его кафе и автомобиль.

«Темерханов испытывал чувство ненависти и вражды ко всем военнослужащим, исполнившим свой долг и принявшим участие в контртеррористической операции, принял решение совершить убийство. Его выбор пал на Буданова, чье имя получило широкий общественный резонанс и который являлся наиболее ярким представителем той социальной группы, к которой он испытывал ненависть», – сообщила в ходе заседания прокурор Мария Семененко.

Уже после этапирования в омскую колонию по всем СМИ прокатилось известие, что Темерханов был госпитализирован в тяжелом состоянии. Защитник осужденного, известный адвокат Мурад Мусаев выдвинул версию об отравлении тяжелыми металлами.

Самый известный сиделец омской колонии сейчас проходит лечение в больнице УФСИН в отделении терапии. У него нет никаких особых или привилегированных условий содержания – обычная палата, рассчитанная на 4 человек. Интервью разрешили только после его письменного согласия – таковы строгие порядки в омском пенитенциарном ведомстве. Общаться с Темерхановым, который представляет один из самых влиятельных чеченских тейпов, оказалось достаточно просто – на стереотипного уголовника он не похож и не употребляет в разговоре «блатной» сленг. Некоторые свои ответы Юсуп попросил оставить не для печати – например, он не захотел публично рассуждать об истории Чеченской войны.

— Юсуп Хизриевич, в суде вы отрицали свою вину. Вы продолжаете настаивать на своей невиновности?

— Я не признаю свою вину. Приговор продолжаю обжаловать с помощью моих адвокатов из Москвы и Омска. Сейчас документы в Европейском суде, и я надеюсь, что что-то наконец-то решится.

— В СМИ сообщалось, что до ареста вы якобы вращались в криминальных кругах, решали вопросы между преступными группировками.

— Это не более чем домыслы, я занимался строительным бизнесом.

— Кроме РИА «СуперОмск» вас посещали журналисты?

— Нет, только адвокаты.

— Как к вам относятся сотрудники администрации? Был ли с их стороны к вам негатив или предвзятое отношение?

— Относятся нормально. Я не встречался здесь с людьми, которые бы плохо ко мне относились.

— А вам здесь дают выполнять религиозные обряды?

— Проблем с этим нет. Я молюсь каждый день.

— В региональных и центральных российских СМИ неоднократно публиковались сообщения, что в Омске вас, предположительно, хотели отравить тяжелыми металлами, «залечить». Насколько это правда?

— Мне мои адвокаты говорили об этом, но я сам не читал. Вообще ничего такого не припомню и считаю, что травить здесь меня никто не собирался, напротив, в Омске меня выходили и хорошо лечат.

— Какие у вас отношения с лечащим врачом?

— Отношения очень хорошие. Она постоянно приходит, интересуется здоровьем, выписывает необходимые лекарства. Другие врачи тоже очень хорошо относятся, особенно заведующая отделением терапии Татьяна Валерьевна. Не только по отношению ко мне, но и к другим осужденным, лечит и все объясняет.

— Вы получали лечение только здесь или вас вывозили в частные клиники или городские больницы?

— Меня увозили на обследование в диагностический центр, но частный он или государственный, я не понял. Врачей приглашать никто не мешает, они ко мне приходили, проводили обследования и консультации.

— Отличаются ли диагнозы и медицинские назначения врачей больницы ФСИН и приглашенных медиков? Объясняют ли вам врачи, чем вас лечат и почему?

— У меня уже были несколько специалистов. Возможно, в ближайшее время придут еще. Диагнозы приглашенных медиков и врачей ФСИН не отличаются, все мне говорят одно и то же. Все назначения мне объясняют, но я им доверяю. И я благодарен Богу, что есть такая медицина.

— Испытываете ли вы в колонии какие-то бытовые неудобства? Чего вам не хватает?

— Нет, у меня все хорошо. Больше всего мне не хватает семьи.

— Как вы поддерживаете связь со своими родными?

— Общаюсь. Ко мне на свидания приезжают дяди, и я звоню им. Письма, честно сказать, писать просто не люблю, поэтому и не пишу.

— Какие у вас отношения с другими заключенными?

— У меня со всеми хорошие отношения. Я сам по себе неконфликтный человек, и здесь конфликтов никогда ни с кем не было. Со многими подружился, и мы обменялись адресами, договорились, что после освобождения будем ездить друг к другу в гости.

— Вы потом приедете в Омск к друзьям?

— Нет, буду приглашать их в гости в Грозный.

— Чему вы посвящаете свое свободное время?

— Все свое свободное время посвящаю чтению, с детства очень люблю читать. В основном читаю исторические книги и, естественно, религиозные. Здесь очень хорошая библиотека, постоянно привозят новые книги. Последняя прочитанная книга – про Александра Македонского. Почему? Просто с детства люблю историю.

— Следите ли вы за новостями в мире и нашей стране?

— Да, это мне всегда было интересно, без этого никак. Я читаю несколько газет, смотрю новости.

— Расскажите о своей жизни в Чечне, о своей семье.

— Я родился в Чечне, в селе Гелдаган. Через забор с моим домом была школа, где я и учился. В школе я учился до 10 класса, потом поехал в Москву и попробовал поступить в МГУ на юридический факультет, но у меня не получилось, потому что я не прошел по конкурсу. Потом Советский союз развалился, и я не то чтобы передумал, но на время оставил эту идею, так как появились другие заботы. Мой отец Шамиль работал в соседнем селе Курчалой заведующим столовой. Мама не работала, занималась домом, воспитанием меня, брата и сестры. Брат и сестра сейчас живут в том же селе, сестра вышла замуж, а у брата свой бизнес. В пример мой отец мне ставил всегда моего деда Ибрагима, рассказывал о его словах и поступках, как он себя вел и в какой ситуации. Сколько я себя помню, отец всегда говорил мне, чтобы я брал пример с деда.

— Что вы сделаете сразу после освобождения?

— После освобождения прежде всего хочу жениться, возможно, что это произойдет и в этих стенах.

— Можете что-то рассказать о вашей избраннице?

— Ей 24 года, имя не буду называть. Замуж за меня она выйти согласна, а предложение сделал, еще когда был на свободе. Родители ее тоже согласны, а познакомились мы очень просто – один из моих родственников дал ее телефон, и я ей позвонил.

— Вашим родителям она нравится? Она чеченка? Сколько бы вы хотели иметь детей?

— Очень нравится. Она чеченка и живет в Москве. В Омск не приезжала, общаемся мы по телефону. Ну а детей – никак не меньше семи.

О чем в своей жизни вы больше всего жалеете?

— Больше всего я жалею о том, что до ареста не женился.

— Это ваше первое интервью после приговора. Что бы вы хотели сказать людям?