Право на долгую счастливую жизнь. Действие второе. Явление третье

М а н ь к а Д ж е й н побледнела-остолбенела. Парней накрыло "яйцещемящее", как бы выразился Джеймс Джойс, ощущение.

Молчание. Долгое молчание. Мучительно долгое молчание. Стук настойчиво повторяется.

Ф р е д. Не нравится мне этот стук.

Ч и к и т и н. Свои так не стучат. Тишина.

Все синхронно закурили. Стук повторяется всё сильнее и сильнее.

М а н ь к а Д ж е й н (нервно). Может, это соседи. За солью.

Н и р о (резко). Ко мне соседи за солью не ходят.

А л е к с (роняет сигарету на пол). Только за яйцами. (пауза; дурацкая улыбка) "Забавные игры".

Друзья смотрят на него как на идиота. Тихое, едва слышное постукивание.

М а н ь к а Д ж е й н (прижимаясь к Фреду). Вот сейчас стучали или мне послышалось?

М а н ь к а Д ж е й н. А? Я подгоняюсь? (умоляюще) Скажите, что я подгоняюсь.

Все из последних сил прислушиваются.

Ч и к и т и н. Мэри Джейн, ради Бога.

Н и р о. Всё ребята, приплыли. Давайте прощаться.

Ф р е д. Эй, Ниро, ты чего?

Н и р о. Я их недооценил. Я во всём виноват. Простите меня. (нервно жестикулирует).

А л е к с. Даже если это они, у нас всё равно ничего нет.

Ч и к и т и н. Ну нет, значит будет. Они уж позаботятся, не сомневайся. Устроят над нами показательный процесс как над Сакко и Ванцетти. Мэри Джейн, ты готова стать раста-мученицей, пасть жертвой системы?

М а н ь к а Д ж е й н. Неуместное красноречие.

Громкий продолжительный стук. Друзей трясёт уже в прямом смысле. Н и р о закуривает третью подряд.

А л е к с. Вам не кажется, что если бы это были они, они бы уже взломали дверь?

Н и р о. Они хотят всё сделать без шума. Ха-ха, выкурить нас отсюда.

Ф р е д (заливает остатками чая пепельницу). Терпеть не могу профессионалов.

А л е к с (неожиданно-решительно). Вот я сейчас пойду, возьму нирову биту и посмотрим, насколько они подготовлены.

Н и р о (с чувством неотвратимости). Что же, друзья, попрощаемся с Алексом, которого отряд СОБРА затопчет как дикие кабаны в период миграции. И нас заодно.

М а н ь к а Д ж е й н (в ужасе). Отряд СОБРА?!

Н и р о. А ты думала? (не без гордости). Особо опасную киберрастаманскую группировку, выслеживаемую годами, пошлют обезвреживать бестолковый отряд ОМОНА или двух-трёх агентов ФСБ с ГНК?! Нет, агенты там, конечно, тоже есть.

Ф р е д. Какую, прости, группировку?

Н и р о (пожимает плечами). В "Экспресс-газете" напишут именно так. Нет, может, конечно, будет ГРУ, - у них спецназ лучше.

Ч и к и т и н (траурно-неотвратимо). Эх, жаль выпить нечего. Проститься.

Н и р о (таким же тоном). Есть бутылка водки в морозилке и три банки "Burna".

Ч и к и т и н (оживляясь). А говорил, ничего нет.

Н и р о. Так, Burn – не RedBull, а про водку я только сейчас вспомнил. Ты же знаешь, я водку не пью, мне приносил кто-то.

Всё это время стук не прекращается, лишь меняется частота и сила ударов. Далее - будут короткие ритмичные постукивания.

М а н ь к а Д ж е й н (отрешённо). Пить-пить-пить. (кричит) Ну должен же быть какой-то выход?!

Ф р е д (достаёт из шкафа рюмки, стаканы). Тише. Не нужно показывать им слабость.

А л е к с (воинственно). Я сейчас покажу им слабость! Мы пока ещё живём в свободной стране!

Н и р о. Тоже мне Мартин Лютер-Кинг. (пафосно) У меня есть мечта.

Ч и к и т и н (предостерегающе). Алексидзе, давай с начала все выпьем. А потом никто не будет тебе препятствовать. Можешь как Матросов. Лютером-Кингом ты, ха-ха. ну, при всём желании. (беззаботно смеётся)

А л е к с (успокаиваясь). Хорошо. Пусть будет такая последовательность действий. Хотя, я подумал, может нам забаррикадироваться.

Ф р е д. Долго не протянем. Я, например, не ел три дня. А здесь шаром покати, одни приправы на полу. Н и р о. Да, Алекс, твоя первая идея как-то веселей.

Ф р е д виртуозно наливает водку по рюмкам, из них по стаканам, всё это заливает Burn`ом и, зажимая ладонью, взбалтывает.

М а н ь к а Д ж е й н (так же отрешённо). Выход – это когда ты выходишь во сне в открытую дверь, проваливаясь в пустоту, падая туда, куда ещё никто до тебя не падал, но падали лишь тысячи ярчайших звёзд, исполняя последние желания тех. кто остановился на черте, на пороге. меж зыбких границ Добра и Зла, Пространства и Времени. тех, кто лунной походкой спиной и вверх тормашками неотвратимо ползёт в чёртову Вечность.

Ч и к и т и н. Мэри Джейн, не нагнетай.

М а н ь к а Д ж е й н (в сердцах). Да идите вы все к чёрту! Я ухожу.

М а н ь к а Д ж е й н. В комнату. Подальше от вас.

Н и р о (серьёзно). Манька, комната простреливается. Что, если они решат, что ты хочешь убежать.

А л е к с. У тебя же решётки.

Н и р о. Ты думаешь они уловят разницу?

М а н ь к а Д ж е й н садится на пол и начинает бесшумно плакать. Ф р е д обнимает её за плечи, пытается успокоить. Все застыли в безмолвном обескураживающем бессилии. Обескураживающем их самих: таких сильных и свободных.

М а н ь к а Д ж е й н (на мгновение закрывает глаза,открывает, подушечками пальцев промокает слёзы). Фредди, дай мне что-нибудь тёплое, я так замёрзла.

Ф р е д порывается пойти в комнату за её кофтой. Н и р о жестом показывает – "не надо". Тогда Ф р е д снимает свой свитер с абстрактными оленями, нарисованными чукотскими поклонниками "Челси", обнажая аполлонский торс, украшенный многочисленными амулетами. М а н ь к а Д ж е й н снимает фартук, как в своём беззаботно-далёком-святом детстве поднимает вверх руки, и Ф р е д нежно одевает на неё свитер.

Ч и к и т и н (прерывая молчание). Ну, Мэри Джейн, милая, выпьешь с нами?

М а н ь к а Д ж е й н (прежняя Манька Джейн). А что мне ещё остаётся? Раз в комнате теперь живой тир (улыбается синепламенеющей улыбкой)

Н и р о. Узнаю прежнюю Маньку. (пытается петь)

Только вечер с Манькой Джейн Может унять эту бо-о-оль.

Звучит Tom Petty & The Heartbreakers - "Mary Jane's Last Dance".mp3

М а н ь к а Д ж е й н. Ладно, наливай уже. Н и р о. Фред уже всем налил (передаёт стакан Чикитину, тот протягивает Маньке Джейн).

А л е к с (грустно). Так, похоже у нас всего один, последний тост. (пауза) Больше просто водки нет.

Н и р о. Ну, предлагаю за легалайз!

Ф р е д. "За легалайз!" – наш традиционный третий и не хочется как-то.

А л е к с. Выпьем за Джа. Он дал нам всё, у нас больше нет проблем. (грустно улыбается)

Звучит Аквариум - [Концерт в Кремле, 31 октября 2003] - "Джа даст нам все".mp3

М а н ь к а Д ж е й н (подхватывает). Чтобы он забрал нас куда-нибудь. туда, к нему (показывая на огромный постер Боба Марли на стене)

Ч и к и т и н. Не знаю, как с чем-то другим, а вот с радостью, камрады, у нас всегда было всё в порядке. Давайте выпьем за Светлую Мятежную Радость, Неомрачённую Ничем!

Н и р о. Мне нравится.

А л е к с (с иронией). Очень своевременно.

М а н ь к а Д ж е й н. Да ладно тебе, блестящий тост для данного момента.

Все чокаются окончательно и залпом выпивают. Н и р о пытается сыскать что-нибудь съестное. Ничего, естественно, нет.

А л е к с (шёпотом). Где твоя бита?

Н и р о (удивляясь его настойчивости). Да вроде в ванной, у батареи стоит.

Ф р е д (с сомнением). Ты всё-таки.

А л е к с (боевито). А тебя не задолбал этот стук?! В конце концов, за кого они нас принимают?! За сидящих на измене торчков?!

А л е к с на цыпочках проходит в ванную. Слышно, как он берёт биту. Достаёт сотовый телефон, звонит.

Параллельное действие (на кухне и ванной):

М а н ь к а Д ж е й н (пьяно). Фред, вот смотри. Викинги с мечом в руке – в Вальхаллу, готов и эмо-самоубийц забирает сам Аццкий Сотона (смеётся), панки – not dead. А куда попадают мёртвые растаманы. Обратно в глубинку?

А л е к с (по телефону, тихо – друзья его не слышат). Не сейчас. Н е н а д о.

Прячет в карман телефон, идёт открывать дверь.

А л е к с (открывает первую дверь, смотрит в глазок; грозно). Кто там?

Г о л о с из-за д в е р и. Роберт Самуэлс-младший, сэр.

А л е к с поспешно закрывает вторую дверь. Вслед раздаётся пара сильных ударов.

Ч и к и т и н. Ну, кто там?

А л е к с. Странный какой-то мужик в старом военном мундире. Говорит, что Роберт Самуэлс-младший. Ф р е д. Так, похоже мы тут не при чём. У кого-то проблемы с Интерполом.

Н и р о (взвешенно). Исключено.

М а н ь к а Д ж е й н. Он один?

А л е к с. Да, совсем уже дед. Ну, и что делать?

Ч и к и т и н. Подожди, я иду к тебе. Вместе откроем.

М а н ь к а Д ж е й н. Может, всё-таки, не надо?

Ч и к и т и н, взял пустую бутылку водки, подходит к двери и жестом показывает А л е к с у, чтобы он открыл внутреннюю дверь. А л е к с открывает. Ч и к и т и н долго всматривается в глазок. Стук, тем временем, продолжается.

Ч и к и т и н. Кто вы и что вам нужно?

Г о л о с из-за д в е р и. Сэр, меня зовут Роберт Самуэлс-младший, пришёл рассказать, кто победил в войне.

Ч и к и т и н. В войне. В какой войне. мистер?

Г о л о с из-за д в е р и. В войне Севера с Югом.

Ч и к и т и н открывает дверь. С кухни все смотрят на них, как поставившие на зеро, - магнитизируют волчок рулетки. Перед ними: спина-струна - пожилой джентльмен в американской форме времён гражданской войны. В одной руке початая бутылка "Maker`s Mark"*, в другой пехотный рожок.

Р о б е р т Самуэлс-младший. Я пришел рассказать вам настоящую правду о великой войне, хотя правда всегда одна. И разделить радость победы и сладкий героизм поражения. (Трубит в горн, так что у Алекса и Чикитина закладывает уши)

Ч и к и т и н (громко, не слыша себя). Добро пожаловать.

Р о б е р т Самуэлс-младший как ни в чём не бывало проходит на кухню и садится на скамейку. Друзья оставляют своё оружие у дверей и идут за ним.

Р о б е р т Самуэлс-младший (протягивая бутылку Маньке Джейн). Прелестная леди, наполни же скорее наши серебряные кубки.

М а н ь к а Д ж е й н. Э. Ниро, где твои замечательные бокалы под виски?

Н и р о. Должны быть в нижнем ящике.

М а н ь к а Д ж е й н. Посмотри, пожалуйста, есть ли лёд.

Контейнер для льда полностью заполнен.

Р о б е р т Самуэлс-младший. Нет-нет, без льда. (вопросительно смотрит на Маньку Джейн) Только, если мисс.

М а н ь к а Д ж е й н (игриво). Мисс Джейн собирается пить.

Р о б е р т Самуэлс-младший. (в восторге). Это просто прекрасно.

Когда все бокалы наполнены, Р о б е р т Самуэлс-младший берёт бутылку и допивает остатки из горла. Друзья слегка удивлены, но в целом всё идёт как нельзя лучше.

Р о б е р т Самуэлс-младший. (встаёт; торжественно-парадно). За Север! За победу американского народа! Американской мечты и фермерского пути!

М а н ь к а Д ж е й н. (тихо). Oh, american life, american dream.

Мужчины залпом выпивают чистый виски. У М а н ь к и Д ж е й н в бокале остаётся нерастаявший шэронстоуновский кубик. Она зажимает его на сгибе локтя, приглаживая растрепавшиеся волосы.

Р о б е р т Самуэлс-младший. (очарован). А сейчас я расскажу, как всё было на самом деле. Нет, лучше я поведаю вам в чём секрет моего виски.

А л е к с (уже изрядно пьян(?)). Этот виски потягивая, только прямо для обратного подъезда поздно днём". (пауза) Так бы сказал Mark Vaughan.*

Р о б е р т Самуэлс-младший. Бурбон имеет богатый букет дымной специи и полного сладкого аромата сожжённой карамели и дубовой ванили. На самом деле, ни Линкольн, ни Кеннеди, не смогли изменить главного: Стремления создавать эти закрытые клубы. От поколения к поколению они передают образование, слуг (которые теперь называются "обслуживающим персоналом"), работу, положение, немного филантропии и благотворительности и, главное, - доступ в эти самые клубы, открывающийся после определённого количества нулей на счету. Никто не афиширует того, что происходит в клубах, - лучше не нарушать эту негласную договоренность. А там, тем временем, происходят государственные перевороты и определяются победители футбольного чемпионата, обрушиваются акции трансконтинентальных корпораций и присуждается "Оскар" с "Грэмми", зажигаются и навсегда гаснут звёзды. Клубы представляют собой государство в государстве, и Юг и Север тут ни при чём. При этом, "Америка до сих пор страна безграничных возможностей даже для индейцев и нелегальных мигрантов, которые в войне не участвовали". С этих самых возможностей всё и начинается уже при рождении. А с чего для вас, господа, начинается Родина?

А л е к с (разудало поёт).

С картинки в твоём букваре,

С весёлых и дружных товарищей,

Живущих в соседнем дворе.

А может она начинается

С той песни что пела нам мать.

У вас в Америке есть такая песня?

Р о б е р т Самуэлс-младший пристально смотрит на них. Все погружены в тяжёлое раздумье.

А л е к с. Для меня с парада на День Победы.

Ч и к и т и н. С ностальгии. Не могу отсюда уехать. Три дня за границей и это захлёстывающее через все возможные края и города, моря и реки, чувство ностальгии, невыносимой тоски.

Ф р е д. . С воспоминаний о славном прошлом, продолжая твою мысль.

М а н ь к а Д ж е й н (неожиданно протрезвев). С бабушек и дедушек.

Ч и к и т и н (закуривает последнюю сигарету). Фред, а ты не думаешь, что кроме славного прошлого нам ничего и не осталось?

Ф р е д. Я думаю, что просто для России история – наука государственной важности и основной вопрос национальной безопасности.

Н и р о (прерывая). История – это кошмар, от которого я пытаюсь проснуться.

Р о б е р т Самуэлс-младший исчезает. Никто этого не замечает.

Ф р е д (продолжает). . Не было бы её такой, основательно-противоречивой, давно бы страна развалилась ко всем чертям. Нигде в мире с таким маниакальным усердием и постоянством не переписывают страницы прошлого.

А л е к с. . А то и вовсе меняют все даты в летописи безвременных лет.

М а н ь к а Д ж е й н. Чикитин, а ты любишь Родину?

Ч и к и т и н. Люблю. Да не так, как должен. Люблю, как больного родственника любишь. Плохо мне от этого.

Ф р е д. А людей, людей наших любишь?

Ч и к и т и н. Людей люблю. Правда.

Ф р е д. Давай за них выпьем.

А л е к с. И за нас, – мы ведь тоже немного Россия.

Н и р о. Теперь точно нечего.

М а н ь к а Д ж е й н (тряхнув бутылку виски). Ребят, да она полная.

А л е к с. Может, это вторая.

М а н ь к а Д ж е й н. Да нет же, та самая. А где Роберт?

Н и р о. И правда, где Самуэлс?

Ч и к и т и н. Как испарился.

* - Самый старый кентукксий виски**. ** - По крайней мере, по версии автора. Прим. перев.

* - Mark Vaughan – довольно известный дегустатор и "историк виски", автор нескольких сайтов, посвященных бурбону.