Где искать Синюю Птицу удачи? Часть1. Живописный Кучук-Ламбат. Парад ВМФ в Севастополе
Вроде и писать не собирался. Поездка эта в Крым — не первая, казалось бы — все обычно и заурядно. А вот, поди ж ты, прошло полгода, и в разгар зимы захотелось поворошить воспоминания. К тому же наткнулся на строки Ивана Алексеевича Бунина («У залива»):
Здесь даже зимнею пороюСреди и лавров и оливПод неприступною гороюСтоит, как зеркало, залив.
В затишье расцветают розы,И кипарис в полдневный знойВнимает, погруженный в грезы,Как говорит волна с волной,
И смотрит вдаль, где, утопаяВ лазурном море, парусаНа солнце искрятся, сверкая,И точно манят в небеса.
А ведь это точно про то место, в котором уже дважды останавливались, да и что греха таить, планируем и третий раз навестить грядущим летом!
Эх, сдаю пароли и явки: одна надежда — пишу прежде всего сам для себя, авось не многие прочитают, да к тому же загорятся оккупировать именно ту территорию, на которую претендуем и мы.
Коль в поэтических строках автор упоминает кипарис, то уточним — место это близ села Кипарисное. Точнее (мы ведь с материка едем на машине, значит, движемся от паромной переправы в Керчи в сторону Ялты), чтобы попасть к нему, нужно, двигаясь по Южнобережному шоссе, за селом Кипарисное, напротив остановки «Село Пушкино», повернуть налево под указатель «Карасан-2».
Крутой спуск вниз с несколькими поворотами вдоль обрыва — и вот он: залив под неприступною горою. Окруженный живописными горами.
Справа (смотрим в море) — Аю-Даг.
Слева — не менее живописный мыс Плака.
«Прицеливаемся» на белый корпус отеля «Европа» вдали. За ним располагается Партенит, который спускается к морю парком ЛОК «Айвазовский». А мы, напротив, вдоль берега смещаемся от отеля «Европа» к середине залива: здесь среди деревьев парка и молодых сосен у берега просматривается искомый корпус «Вилла Карасан» санатория «Карасанский». Наше пристанище на 13 дней.
Так он смотрится со стороны моря.
Живописная бухта, не правда ли? Чтобы стало еще «вкуснее», позаимствуем с просторов интернета такое видовое фото.
Нам определенно здесь нравится!
И если растиражированные тысячекратно достоинства побережья со стороны Гурзуфа (противоположная от нас сторона горы Аю-Даг) привлекают ежегодно в Гурзуф и окрестности десятки тысяч туристов, то здешний не менее живописный берег пока что не многолюден.
Это пляж виллы «Карасан».
Это соседний участок побережья.
Снимки сделаны в разгар сезона, 06.08.2016 г.
Не правда ли, отдыхающих для разгара сезона не много? А ведь место это на протяжении всей российской истории Крыма считалось одним из самых живописных!
В книге «Путешественник» (Южный берег Крыма) Н. Сементовского, изданной в 1847 г., автор на стр. 39–40 живописует природу этого края: «Когда посетитель этого древняго места, обратит взор на море, то пo правую сторону увидит, как будто из бездны морской возстающую громадную гору, фантастическое очертание которой сходствует с спокойно лежащим медведем; это дивная гора Аю-Даг, т. е. Медведь-гора, она покрыта лесом, темный цвет котораго придает еще более сходства ей с лесным царем. Долго стоял я у самаго берега моря и любовался величественною панорамою природы; здесь, кажется, сосредоточились все живописные предметы, которых в другом месте напрасно ищет художник, желая придать своему ландшафту грозную и вместе с тем очаровательную прелесть.
Чудное море заключено в раму скалистых берегов, среди его Медведь-гора, в стороне у скал великолепный дом, за ним новая скала и в перспективе синеется даль, у ног яркая зелень растений и виноградников обвивает ближние предметы, а над всеми этими красотами природы, чистое южное сапфировое небо. Ландшафт утоплен в сладострастной неге воздуха, нагретаго золотистыми лучами солнца, освещающаго всю картину. Вот эскиз Ламбата.»И далее автор так объясняет название этого места (Кучук-Ламбат — прежнее название местности, опоясывающей бухту и одновременно название имения князей Бороздиных-Гагариных, на части территории которых теперь расположился санаторий Утес): «Нет никакого сомнения, что первые обитатели этого горнаго места, были греки; самое название Ламбат или Лампас, означающее светильник, Факел или, просто, как и мы заимствовали от греков это слово, лампада, подтверждает это мнение, поводом-же к такому названию этого места, легко может быть послужили безчисленные огни рыболовов, пылающие по ночам в заливе. Я видел Ламбат ночью, прельщался тысячими огней, блиставших в лодках рыболовов и не назвал бы этого места иначе как Лампас, не зная, что это имя дано ему назад тому тысячу лет.»
Итак, два века в прошлое, и залив освещался ночами тысячами огней рыбацких шхун. А что сейчас? Разве, что сполохи молний или луна способны осветить бухту в непроглядной темноте ночи.
Хотя, возможно, автор излишне преувеличил увиденное, ради красивого образа. Ведь так, допустим, увидел этот залив (и вместе с ним дачу А. М. Бороздина) Ж. К. Мивиль в 1817 г.
И где же здесь огни лампад в ночи? Похоже, тысячи огней в ночи на бортах рыбацких лодок здесь действительно можно было лицезреть, но чуть-чуть раньше… в X — XIV веках.
Говоря о романтике этих мест, нельзя не обмолвиться о тех, чьими усилиями этот прибрежный участок был превращен в парк. Прежде всего, конечно, это Андрей Михайлович Бороздин — первый хозяин этих земель и таврический губернатор. Когда он только начинал закладывать сады здесь, окрестности выглядели так
Это вид со стороны Карасана, видна круглая бухта перед мысом Плака, на берегу которой и располагался дом А. М. Бороздина. И. М. Муравьев-Апостол, посетивший это место через несколько недель после Пушкина, оставил его описание: «Его (А. М. Бороздина) дом здесь, не совсем еще устроенный, стоит на прекраснейшем месте, над круглою, небольшою бухтою, которая как будто нарочно тут выкопана, чтобы дать жилищу сему картинный вид».
Сейчас побережье здесь спрямлено, берега заключены в бетон и местечковой бухты, как таковой, больше нет. Зато остался парк, заложенный первым хозяином Кучук-Ламбата, пускай и довольно запущенный.
Сравним изображение с предыдущей литографии и это
Прошло всего несколько десятилетий, но здесь уже склоны мыса Плака скрывает парковая зелень.
В сборнике А. Н. Муравьева «Таврида» (1827 г.) есть стихотворение «Кучук-Ламбат»:
Ламбат! Ламбат! Приют покоя,Для сердца милый уголок!Где легкокрылое, златое Летает счастье и далекУнылый мир с его страстями.И смертных жизнь не тяготит,Кто равнодушными очамиТебя мог видеть и забыть?
Хотя А. Н. Муравьев написал это произведение, побывав в гостях у А. М. Бороздина, по-видимому, он не был посвящен в то, какие страсти в это время зарождались здесь в имении.
А страсти эти были следствием того, что обе дочери А. М. Бороздина, Мария и Екатерина, волею судеб оказались замужем за декабристами. Причем Мария (с ее именем связана дальнейшая судьба имения Кучук-Ламбат, поэтому уделим ей немного внимания), против воли отца вышла замуж за вдовца небогатого сословия Иосифа Поджио, отца четверых детей, к тому же католика по вероисповеданию, который был на 10 лет старше Марии. И вот, так уж вышло, что в то время, как Мария должна была родить, Иосиф в начале января 1826 г. был заключен в кандалы и отправлен в Шлиссельбургскую крепость в заточение. Ему ставились в вину участие в заговоре против царя и готовность лично убить Александра I. Был ли Иосиф действительно активным заговорщиком или примкнул к Южному обществу декабристов, чтобы иметь больше поводов встречаться с Марией, доподлинно не известно. Но точно известно, что Андрей Михайлович Бороздин предпринял много усилий, чтобы его зять не попал на каторгу, а на долгие восемь лет остался в одиночной камере Шлиссельбургской крепости. И лишь, когда Мария, отчаявшись разыскать мужа и вняв просьбам отца, расторгла брак с государственным преступником и вышла замуж за князя Александра Ивановича Гагарина, Иосиф Поджио был отправлен на поселение в Сибирь.
Так что страсти здесь кипели Шекспировские, а сейчас отца и дочь примирило время.
Кстати, новый (современный) дворец на территории этого имения (ныне административный корпус санатория «Утес») строила княжна Гагарина — вторая супруга князя Александра Ивановича Гагарина, урожденная Анастасия Давидовна Орбелиани. И история ее любви не менее трагична и поучительна, но это уже совсем другая история…
А мы приехали сюда …ради романтики окрестных мест и, разумеется, ради моря. Которое здесь необыкновенно хорошо. И в штиль