Александр Семёнов - художник, детский писатель и волшебник

Все правильно… Мысль выпустить специальный детский номер пришла в голову именно мне, да и авторов сам подбирал, причем авторов для “Крокодила” новых, что, естественно, вызвало ревнивое озлобление тех, кто считал журнал своей вотчиной. Вот и организовали отпор… Особенно хотелось видеть на страницах журнала Юрия Коваля, книги которого я с упоением читал вслух своим девчонкам. При этом заметил, что в тех местах, где я хлопал от восторга в ладоши, где хохотал на весь дом, они оставались в общем-то спокойны. Никак не доходило до них, почему папу восхищает, например, фраза о злосчастном псе Матросе, который “свернулся в мешке и лежал неподвижно, как пять кило картошки”. Или блистательное начало тех же “Приключений Васи Куролесова”: “Что мне нравится в черных лебедях, так это их красный нос”. К Ковалю меня привел художник Саша Семенов. Хозяин напоил нас чаем, усадил на диван, сам за столом устроился и стал читать — прямо-таки как в старые добрые времена. То были главы новой повести “Самая легкая лодка в мире” — одну из них мы и напечатали в том злосчастном безыдейном номере. Тонкая, озорная, артистичная проза — как и он сам, в джинсах, в грубом, домашней вязки свитере… Говорили, он замечательно пел под гитару, но я не слышал. Пел он женщинам, а вот прозу читал мужчинам… После разгрома в Союзе писателей, где досталось и Ковалю, но он об этом, слава Богу, так и не узнал, последовало обсуждение в отделе пропаганды ЦК. К моему удивлению, здесь к нам отнеслись куда снисходительней, нежели в возглавляемом Михалковым ведомстве. Во всяком случае, моего увольнения никто не потребовал. Сам, выждав некоторое время, написал заявление…»

Скорее всего, А. Семёнов является сыном другого известного крокодильского художника Ивана Максимовича Семёнова, но явного подтверждения этому я нигде не встречал.

Мне лично А. Семёнов запомнился, прежде всего, как автор замечательной «детективно-загадочной» истории про Мурзилку, злую волшебницу Ябеду-Корябеду (позднее – Катавасию) и её 12 агентов. История это публиковалась в журнале «Мурзилка» в 1977 (№9, 12), 1978 (№1-12), 1981 (№7-9, 11-12), 1983 (№1-11) годах.

В олимпийском №7 за 1980 год был напечатан комикс о похищении агентами Ябеды-Корябеды олимпийских колец. Значительная часть историй про злую волшебницу Ябеду-Корябеду представлена здесь.

Большой архив старых номеров журнала «Мурзилка» можно найти в блоге evgenyii и в публичной библиотеке Вадима Ершова.

Ну и, наконец, перепечатываю здесь интервью, данное Александром Семёновым газете «Московский комсомолец» (27 августа 2007 года):

Мой папа — мурзилка Волшебник на пенсии заменяет своим детям отца, мать и школьных учителей Текст: Екатерина Беляева

Несколько поколений советских детей запомнили его как младшего научного волшебника института ребячьих проблем. Мудрец второго ранга, как подписывался художник-карикатурист Александр Семенов, десятками мешков получал письма от школьников. На страницах суперпопулярного детского журнала “Мурзилка” в рубрике “Разговор по секрету” он решал глобальные ребячьи проблемы: как убедить папу завести щенка, что делать, если разбилась мамина любимая ваза, как подрасти за лето на 10 см… А журнальный сериал “12 агентов Ябеды-Корябеды” стал литературным детективом с продолжением, и в каждом номере журнала на протяжении почти трех лет Мурзилка, то есть сам Семенов, боролся с их проделками. Почти 20 лет он писал и рисовал для малышей. И сегодня жизнь Александра Ивановича полностью посвящена детям. Только теперь уже — своим собственным. Потому что на старости лет Семенов стал многодетным отцом-одиночкой. Все началось еще в середине 60-х, когда в самый популярный детский журнал “Мурзилка”, в котором в разные годы публиковались Маршак, Чуковский, Пришвин и Чарушин, пришел никому не известный выпускник художественно-графического факультета пединститута Александр Семенов. Для начала новичку доверили рисовать картинки и комиксы. Но однажды, осмелев, художник явился на ковер к главному редактору Владимиру Матвееву со своим первым литературным опусом — детективом с продолжением “12 агентов Ябеды-Корябеды”. Редактор был в восторге и от столь необычного для детского журнала жанра, и от проделок злыдни-волшебницы с помощниками, которых было двенадцать и каждый имел свою кличку: Жадина, Говядина, Соленый, Барабан, Эники, Бэники, Дора-1, Дора-2, Помидора, Коготь, Локоть и Кулак. Главной задачей этой зловредной компании была хулиганско-диверсионная работа: они ссорили детей между собой, ябедничали и сваливали вину друг на друга. А Мурзилка, будучи кумиром и примером для подражания, разоблачал бесконечные проделки негодников в каждом номере журнала. — Ой, Семенов, как же на тебя взъелись члены Союза писателей, фамилии которых и называть страшно, одним словом — мэтры, — неоднократно вздыхал редактор. — Мол, такой-рассякой, даже не литератор, всего лишь художник, а заполонил своей “Ябедой” весь журнал! Но главное, что дети в восторге, письма приходят мешками. Чтобы эти графоманы сами не ябедничали, прости, но придется уменьшить шрифт, зато содержание не пострадает. Александр Иванович вспоминает, что особую зависть коллег вызывала его последняя полоса “Разговор по секрету”, где под именем младшего научного волшебника института ребячьих проблем Семенов отвечал на самые сокровенные детские вопросы: как завоевать расположение занудной учительницы Марьи Ивановны, как выклянчить у дедушки армейскую фуражку, в каком возрасте можно жениться на однокласснице… Это была настолько популярная рубрика, что письма доходили без адреса, достаточно было указать на конверте “Москва. Волшебнику”. Почтальоны знали, куда носить такую корреспонденцию, исчислявшуюся десятками мешков. Перед самой перестройкой “Ябеду-Корябеду” публиковать перестали, ведь столь нравоучительные рассказы перестали занимать умы советских детей. Тогда Мурзилка направил злостных хулиганов “на исправление в лучшие октябрятские звездочки города. Все они в конце концов стали неплохо учиться. Костя Когтев (бывший агент Коготь) даже стал председателем совета отряда…” Отец-одиночка не пускает детей в школу Сам Семенов, который всю жизнь творил для детей и был для них главным Мурзилкой, и поныне неразлучен с ними. Теперь все его силы направлены на своих двух сыновей и двух дочерей. Теперь времени для творчества практически не остается. Ведь в свои 66 лет Александр Иванович воспитывает четверых детишек в одиночку, без мамы. Ивану 15 лет, Макару четырнадцать, Марфе одиннадцать и Марии десять. Кстати, он заменил им не только мать, но и школьных учителей.

Чтобы познакомиться с ними, я приехала в подмосковную деревню Алешкино, где семейство отдыхает на даче. Воспитательный процесс живо напомнил мне собственное пионерское детство.