«Пусть говорят»: такую работу выдержит не каждый!

Зритель, который смотрит «Пусть говорят», может подумать, что Андрей Малахов (45) — главный и чуть ли не единственный человек, который работает над созданием той или иной истории. На самом деле всю самую сложную и нервную работу проделывают редакторы, которым приходится быть в деле чуть ли не круглосуточно. Немногие выдерживают постоянное напряжение, поэтому быстро уходят с должности, но и есть и те, кто проработал на Малахова несколько лет. Уйдя в свободное плавание, некоторые бывшие работники «Пусть говорят» рассказывают всю подноготную, после чего становится понятно — работать в такой передаче не пожелаешь и врагу.

Однажды о своем опыте работы в качестве шеф-редактора ток-шоу Малахова рассказала Светлана Анохина. Она занималась «добычей» главных героев выпусков, и давалось ей это непросто. Чтобы уговорить того или иного человека сняться в программе, ей приходилось вставать на его место, понимать и оправдывать лично для себя, даже если он тысячу раз неправ. «Помню, была у нас история — мужчина из-за ревности жену спиртом облил и поджег. Она-то его потом простила, но вся спина обгорела — пластика нужна. Я его нашла еле-еле — какой-то обходчик путей, где-то за семь верст на дрезине… Очень долго уговаривала. Согласился, но только в приклеенных бороде и усах. А в процессе общения со мной проникся моим отношением к произошедшему, понял, что кто-то способен его понять, и в результате уже перед съемками сам отказался от маскировки: «Что я, действительно, как идиот буду выглядеть!» — вспоминает женщина.

Нужно рисковать жизнью

Порой поиск гостей доходит до шокирующих моментов — редакторы рискуют своей жизнью! У Светланы есть несколько историй, от которых в жилах стынет кровь. «Как-то искала маму одной из героинь, нашла ее младшего сына. Он меня в квартиру впустил, дверь захлопнул и убежал. А там собака — огромный волкодав — прыгнула мне на грудь и на пол повалила. Я думала, — съест, боялась звук издать. Так и лежала, пока мама в прихожую не вышла и не спасла меня», — поделилась Анохина.

А еще в ее жизни был случай, когда она приехала в глухую деревню, где отец отрубил голову сыну, изнасиловавшему сестру. Когда Светлана зашла в их дом, то обомлела: дрова у стены, столы рубленые, чугунки. В тот момент она увидела только женщин — жену мужчины и дочь — ту самую изнасилованную сестру. «Где хозяин?» — спрашиваю. «На двор пошел — говорят. — А ты, милая, иди к нам, схоронимся пока», — цитирует женщин редактор. — Завели меня за занавесочку — на «женскую половину». Там все беленькое, тряпочками да скатерками прикрыто. Сидим, ждем. И тут дверь скрипнула, шаги тяжелые… Они меня раз — и из-за занавески выпихнули: «иди, знакомься», а сами прячутся. Я смотрю, — посреди избы персонаж из «Калины красной» Шукшина — сатиновые трусы, белая майка-алкашка и кирзовые сапоги. Взял он кочергу и на меня пошел. Я к печке прижалась и давай что-то лепетать. Жить захочешь — слова найдешь. Он послушал-послушал и табуретку предложил. А к концу разговора в Москву засобирался. Да только нельзя ему было — подписка о невыезде, расследование же шло — так он сам на камеру отснялся, а в Москву баб своих отправил. И вот две эти несчастные женщины впервые в жизни со мной из своего села выехали. Впервые город увидели, высотные дома, поезд…»

«Героев приходилось караулить!»

Случается, что главные герои не знают всей истории, о которой будут рассказывать в эфире, или не знают правды, которая касается и их самих. Несмотря на то, что редакторы обычно в курсе всех событий, они не имеют права ничего им рассказывать, ведь это повредит передаче. Светлана до сих пор помнит один случай: молодого узбека — интеллигентного мальчика, который пошел на все ради любви…

«История: в юности влюбился в девушку, но он был беден и родители были против этой свадьбы и даже против того, чтобы они встречались. Так он приехал в Москву, устроился на работу, скопил денег и обратился к нам, чтобы мы выступили его сватами, поручителями. Мы поехали, договорились с местным муллой, нашли девушку, а она уже к свадьбе с другим готовится и говорит на камеру: «Оставь меня в покое. Никакой любви не было. Ты сам все придумал». И вот день съемок. Приходит этот мальчик в костюме, руки дрожат, готовился, специально что-то из Шекспира на английском выучил, верит, что нашим сюрпризом будет его любимая на передаче… А я-то все заранее знаю, но сказать ему не могу. Потом наблюдала, как он беззвучно рыдал, прослушивая ее видеописьмо. Весь зал рыдал, а он своего Шекспира читал. Но разве мое предупреждение перед передачей что-то изменило бы? Он и после всего этого заявил, что по-прежнему любит, ничему не верит и считает, что ее просто заставили».

Анохина ушла из программы, потому что очень устала, ведь график там был сумасшедший — с 10 утра до самой ночи или вообще с ночевкой, а выходных как таковых не существовало — все время нужно было «висеть» на телефон. К тому же женщине было морально тяжело постоянно пропускать через себя все истории, уговаривать, держать в голове все ниточки уговоров.

«Потому что только успокоился, как к герою пришла какая-нибудь соседка и заявила: «На кой ты туда прешься?» И вот уже согласившийся было гость с билетами на руках передумывает. И нужно опять уговаривать, а потом постоянно звонить — как сел в поезд, как едет… Ведь в любой момент он может потеряться, отстать, испугаться. Бывали моменты, когда героев приходилось караулить! — восклицала Светлана. — Мне тогда даже в отпуске постоянно снилось, что кто-то сбежал, кто-то от поезда отстал, кого-то встретить забыли… Так что я очень благодарна «Пусть говорят» за великолепную школу профессионализма, но в моей жизни этот этап уже пройденный».

Только беспринципные люди

Евгения, исполнительный продюсер документальных телепроектов в компании, которая снимает фильмы по заказу крупных каналов, еще недавно работала в студии, расположенной дверь в дверь с редакцией программы «Пусть говорят». За это время женщина поняла, что там могут работать только беспринципные люди, потому что они постоянно врут. «Самое трудное для них — уговорить вторую сторону, — рассказывает Евгения. — Допустим, в программу обратилась женщина, у которой пятеро детей, а муж от нее ушел и не платит алименты. Она-то придет в студию с радостью. А как этого мужика уговорить?! В каждом редакторе живет страх, что он облажается. Без второй стороны программа не состоится. Фирменное малаховское «а сейчас в этой студии появится…» — это основа драматургии. Иначе смотреть ток-шоу не будут. И если один и тот же редактор провалил три программы, ему придется уйти. Его даже увольнять не будут — сам уйдет. Его будут избегать, он почувствует, что стал лишним».

Евгения уверяет — чтобы достать нужный телефон, редакторы прикинутся кем угодно. Мол, она сама видела, как работник «Пусть говорят» говорил кому-то, что он из «Жди меня», ведь этой передаче верят. «А не раз бывало, что люди ехали в Москву, полагая, что примут участие не в скандальном ток-шоу, а в другой программе. Приехав в «Останкино», они уже никуда не денутся. Они даже уйти не могут самостоятельно, нужен сопровождающий. Немного психологической обработки — и человек идет под камеры, даже если совсем не хочет этого. Редакторы знают про своего героя все — они же делают предынтервью, которое ляжет в основу сценария. Потом этот сценарий озвучивает ведущий — выглядит это так, как будто это он о человеке все-все узнал. Люди в провинции доверчивые. Ты им говоришь: «Мы вам поможем! Позовем в студию депутатов…» А по факту все не так», — говорит женщина. Евгения называет работу в «Пусть говорят» волчьей — там, мол, выживает человек только с моментальной реакцией и бульдожьей хваткой.

«Например, приезжают они домой к герою, а там уже конкуренты из другого ток-шоу. И тут самое важное — усадить человека к себе в машину. Его буквально тянут в разные стороны. Кто усадил — тот и победил».

Часто зрители сомневаются в реальности персонажей, приехавших на передачу. Однако знающие люди говорят, что подставных в шоу нет. «Пусть говорят» базируется на реальных людях и событиях. Но вот самих героев иногда обманывают. Например, были случаи, когда редакторы знали, что у человека есть реальная проблема, с которой он хочет прийти на «серьезное» ТВ, но опасались, что участвовать в скандальном шоу он побоится. Тогда его просто приглашали на Первый канал. А о том, что это «Пусть говорят», сообщали непосредственно перед съемками, когда человек приехал и обратного пути нет.

Зрительный обман

Не секрет, что массовке — людям, которые сидят в зале, платят. Говорят, немного — в районе 100 рублей (полтора евро), однако попасть туда может каждый (кроме пьяных и больных). Чаще всего на «работу» (а обычно снимают сразу 3-4 выпуска) отправляются женщины преклонного возраста, и большая часть из них — завсегдатаи передачи. Ходят слухи, что таким платят больше — 500 рублей (около семи евро), и сидят они близко — прямо за экспертами. За ними присаживаются редакторы, которые тихонечко подсказывают, что и когда выкрикивать. Делают они это так правдоподобно, что зритель и впрямь считает, что там все вечно орут и ругаются, но на самом деле так сделано специально. «Тот зрительный обман, когда кажется, что весь зал заходится в негодовании или восторге по тому или иному вопросу, записывается уже по окончании передачи. «Аплодисменты!» — командует опустевшей от героев студии режиссер. И зрители что есть сил улыбаются и хлопают в ладоши. «Легкий шум», — меняет задание голос свыше. Новичок не сразу разгадает странную просьбу — оказалось, надо было переглядываться и говорить ни о чем. Около минуты все смотрели друг на друга пустыми глазами и шевелили губами, издавая непонятные звуки. Ощущение жуткое, будто вдруг очутился в сумасшедшем доме», — рассказывал один из журналистов, побывавших на съемке.

Конечно же, платят не только массовке, но и самим героям, поэтому вполне возможно, что кто-то идет на шоу не только для того, чтобы донести свою историю, но и подзаработать. Говорят, простому человеку, неизвестному широкой публике, платят около 200 евро (это помимо оплаченного проезда и проживания), но могут заплатить и под 800 евро, если этот герой особо ценен, а его история должна стать сенсацией. Но есть и особо «дорогие» гости — например, актриса Линдси Лохан, Никита Джигура и его жена Марина Анисина, по слухам, получили по 9000 евро. Семье Дианы Шурыгиной, которой были посвящены целых пять выпусков «Пусть говорят», заплатили не так уж и много — около 3000 евро.

Малахов: «Чтобы этой бабы больше здесь не было»

Есть и другие случаи. Например, пару лет назад актриса Наталья Колдашева рассказывала, что в свое время на «Пусть говорят» за 300 рублей (4,5 евро) сидела в зрительном зале — народ обсуждал Мурата Насырова, который выбросился из окна. Правда, тогда Малахову не понравилось поведение актрисы… «По просьбе редакторов согласилась с первого ряда выкрикивать реплики, поворачивая беседу в нужное русло (за это доплачивали еще до пяти сотен целковых). Но я решила выделиться и стала высказывать не то, чему научили, а просто — как думаю. Андрею Малахову, как мне потом передали, это очень не понравилось. И он велел, «чтобы этой бабы больше здесь не было». Я-то всего-навсего сказала, что у меня тоже жизнь нелегкая, но это не значит, что надо с балкона прыгать».

То, что порой редакторы и ведущий ведут себя не совсем корректно ради того, чтобы заполучить того или иного человека в свои «сети», доказывают и некоторые звезды шоу-бизнеса. Например, месяц назад 30-летняя актриса Настасья Самбурская в своем микроблоге поделилась скриншотом небольшой переписки ее администратора с редактором «Пусть говорят» Натальей. Когда женщине ответили, что Настасьи не будет на передаче, она задала два коротких вопроса: «А че так? Ссыт?».

Самбурская, которая славится своим пылким нравом и прямолинейностью, не стала молчать и высказала все, что думает об этом ток-шоу и его работниках. «Ссу ли я принимать участие в таком говне? Да я на вас ссать хотела, вы подонки, питающиеся горем и личной жизнью, которая, на мой взгляд, неприкосновенна, если сам человек только не хочет о ней поведать во всеуслышание! Оставьте в покое моих подруг и родственников! Что вам от меня надо? Вам мало сюжетов про извергов, издевающихся над людьми, и прочих куриц, которым есть чем похвастаться? Зачем вам моя жизнь? Уроды! Я работаю и никого не трогаю, не насилую котят и не устраиваю пьяных дебошей, а хамлю лишь тем, кто ведет себя не самым достойным образом со мной! Сейчас они обзванивают моих друзей и говорят, что я там буду, вводя их в заблуждение! Ребята, ни в коем случае не ходите к ним на эфир! Я ни за что там не появлюсь, а если вы появитесь, то перестанете для меня существовать».