"Охранительный консерватизм" К. П. Победоносцева

Константин Петрович Победоносцев (1827–1907) – ученый, видный государственный деятель, является символом российского консерватизма.

К. П. Победоносцев родился в Москве в семье профессора русской словесности Московского университета. В 1846 г. окончил Императорское училище правоведения, затем служил в петербургских, а с 1853 г. – в московских департаментах Правительствующего Сената. Государственную службу совмещал с преподавательской деятельностью – в 1860–1865 гг. был профессором Московского университета на кафедре гражданского права.

В 1861 г. К. П. Победоносцев был приглашен во дворец для преподавания права великим князьям Николаю, Александру (будущему императору Александру III) и Владимиру. С 1865 г. – он член консультации министерства юстиции, с 1868 г. – сенатор, а с 1872 г. – член Государственного Совета. С 1880 г. по 1905 г. состоял в должности обер-прокурора Святейшего Синода.

К. П. Победоносцев был почетным членом Императорской Академии наук и практически всех российских университетов, а также Французской академии, членство в которой являлось едва ли не самым престижным в научном мире. Он является автором многочисленных произведений по юридической, церковной, педагогической и общественно-политической проблематике. К числу его основных работ относятся: "Имение родовое и благоприобретенное" (1861); "Гражданское судопроизводство. Лекции" (1863); "Исторические исследования и статьи" (1876); "История Православной Церкви до разделения церквей" (1891); "Московский сборник", сборник статей о церкви и государстве (1896 г.); "Победа, победившая мир" (1898); "Курс гражданского права" (в 3 т., 1896); "Откуда нигилизм" (1904) и др.

Как любой консерватор, К. П. Победоносцев с недоверием относился к слову "прогресс", видя в нем скорее энергию разрушения, чем созидания. "Старые учреждения, старые предания, старые обычаи – великое дело" – девиз и жизненная позиция мыслителя. По его мнению, нужно улучшать не государственные и общественные институты, которые, якобы, портят людей, а самого человека. Для Победоносцева было характерно глубочайшее недоверие к несовершенной, испорченной ("наследство адамова первородного греха") человеческой природе. Из этого следовало, что несовершенный человек не может построить совершенного общества, отсюда принципиальное отвержение мыслителем любых перестроек социального бытия. Только государство, построенное на религиозных началах, способно удержать человечество от гибельного хаоса.

Олицетворением разрушения в обществе для К. П. Победоносцева являлась демократия и ее основные составляющие: отделенная от государства церковь, свободная пресса, суд присяжных, парламентаризм.

Мыслитель назвал парламентаризм "великой ложью нашего времени". Теория парламентаризма предполагает, что сам народ в народных собраниях творит себе законы, избирает должностных лиц, изъявляет непосредственно свою волю и приводит ее в действие. В теории все выглядит довольно пристойно и заманчиво, но на практике совсем все иначе. Народ переносит свое право властвовать на выборные лица, те в свою очередь – на еще более узкий круг людей – министров. Все было бы хорошо, если бы министры и депутаты были механическими исполнителями воли народа, не имели бы своих интересов и не подвергались бы влиянию со стороны. Тогда управление действительно исходило бы от парламента, и каждый гражданин явно и сознательно участвовал бы в управлении общественными делами. Однако в классических странах парламентаризма ничего этого в действительности нет: выборы не отражают волю избирателей, депутаты руководствуются собственным произвольным усмотрением или расчетом, министры и вовсе самовластны, скорее они диктуют волю парламенту, чем наоборот. "Если бы потребовалось истинное определение парламента, надлежало бы сказать, – пишет Победоносцев, – что парламент есть учреждение, служащее для удовлетворения личного честолюбия и тщеславия и личных интересов представителей. Как и прежде, правит ими личная воля и интерес привилегированных лиц; только эта личная воля осуществляется уже не в лице монарха, а в лице предводителя партии, и привилегированное положение принадлежит не родовым аристократам, а господствующему в парламенте и правлении большинству" [1] .

Знаменем парламентаризма выступает лозунг "Все для общественного блага". На самом деле, заявляет Победоносцев, парламентаризм есть торжество эгоизма, его высшее выражение. Во время выборов кандидат выставляет себя печальником народа, заступником и благодетелем. Но эти слова используются в качестве ступенек лестницы на пути к власти. Избиратели для него являются стадом для сбора голосов. Так развивается, совершенствуется целое искусство играть инстинктами и страстями массы, для того чтобы достигнуть личных целей: удовлетворения честолюбия и достижения власти.

Наиболее востребованными качествами депутатов являются не ум и нравственность, а воля и красноречие. Опыт непререкаемо свидетельствует, отмечает Победоносцев, что в "больших собраниях решительное действие принадлежит не разумному, но бойкому и блестящему слову, что всего действительнее на массу не ясные, стройные аргументы, глубоко коренящиеся в существе дела, но громкие слова и фразы, искусно подобранные, усильно натверженные и рассчитанные на инстинкты гладкой пошлости, всегда таящиеся в массе".

Победоносцев был принципиальным противником демократизации общественной жизни и убежденным сторонником аристократического начала: "ясность сознания доступна лишь немногим умам, составляющим аристократию интеллигенции; а масса, как всегда и повсюду, состояла и состоит из толпы. и ее представления по необходимости будут "вульгарные".

Демократической идее, считал мыслитель, должна быть противопоставлена верность традиции, программа предельно осторожных, консервативных реформ, принцип монархии.

Неразумно, по мнению К. П. Победоносцева, связывать пороки власти с формой правления: тирания и бедность могут иметь место и в республике, а свобода и достаток – в монархическом государстве.

Основу российской государственности мыслитель видел в знаменитой формуле министра народного просвещения при Николае I графа Уварова – "Православие, Самодержавие, Народность".

Лишь православная вера, которую русский народ "чует душой", способна давать целостную истину. Церковь как хранительница православия укрепляет духовные основы государства: "Государство не может быть представителем одних материальных интересов общества; в таком случае оно само себя лишило бы духовной силы и отрешилось бы от духовного единения с народом. Государство тем сильнее и тем более имеет значения, чем явственнее в нем обозначается представительство духовное. Только под этим условием поддерживается и укрепляется в среде народной и в гражданской жизни чувство законности, уважение к закону и доверие к государственной власти" [2] .

Отношение К. П. Победоносцева к идее народности вообще и к народу как хранителю национальной культуры в частности противоречиво. С одной стороны он видит в народе самобытную силу: "Человек есть сын земли своей, отпрыск своего народа: кость от кости, плоть от плоти своих предков, сын того же народа, и его психическая природа есть их природа, с ее отличительными признаками и недостатками, с ее бессознательными стремлениями, ищущими деятельного исхода" [3] и "всякий раз меня возмущает тон, которым говориться о народе, как о материи, подлежащей просвещению посредством науки. " [4] Но, с другой стороны, он отрицает эту самобытную силу в народе: "Россия – ледяная пустыня, а по ней ходит лихой человек" [5] . Представляется, что подобное противоречие в высказываниях Победоносцева объясняется тем, что в его понимании народ сам по себе, без церкви, не самобытен – свою самобытность он обретает только в церкви.

Именно церковь и является тем инструментом, который просвещает и облагораживает душу народа. Без церкви душа народа остается темной и непросвещенной: ". у этого темного народа связь с Церковью живая и действенная и на этой связи стоит и будет стоять вся наша история" [6] .

К. П. Победоносцев был уверен, что многокультурность и многорелигиозность в государстве способны стать очагами насилия и привести к распаду самого государства. Для многонациональной Российской империи мыслитель предложил простой выход: обратить в православие всех инородцев и создать монокультурное и монорелигиозное государство. Поэтому одной из важнейших забот Победоносцева было создание и развитие системы церковно-приходских школ. Значимость таких школ он не раз подчеркивал как в официальных речах и статьях, так и в частной переписке. "Школа, поскольку она народная, должна отражать в себе душу народную и веру народную – тогда только будет люба народу. Итак, школе прямое место при церкви и в тесной связи с церковью. Она должна быть проникнута церковностью в лучшем, духовном смысле этого слова" [7] .

В православии К. II. Победоносцев видел консолидирующее национальное начало, органически слитое с монархизмом и государством. Именно православие способствовало складыванию самодержавия: "Единодержавие, возросшее у нас вместе с церковью и в неразрывном единении с нею. создало государство Российское" [8] . Поэтому, делает вывод К. П. Победоносцев, как православие неотделимо от народа, так от парода неотделимо и самодержавие. Самодержавие и православие есть историческая государственная форма бытия русского народа.

Консерватизм К. П. Победоносцева имел последовательный характер. Скептик и пессимист, он вообще не верил в возможность улучшения общества посредством переделки его государственных и социальных институтов, считая, что только благодаря исправлению человеческих нравов можно достичь каких-нибудь положительных изменений. Государственную программу, которую он пытался осуществить, можно назвать "программой нравственного перевоспитания общества". К. П. Победоносцев стремился перевоссоздать людей внутренне: возродить в обществе набожность, трезвость, крепкие семейные связи, чувство долга и дисциплины [9] . Ко всему же, что выходило за пределы этой программы, консерватор относился по меньшей мере с недоверием (характерно его любимое присловье – "не надо"). Он был противником всякой "коренной ломки" социального бытия, и даже основные "контрреформы" 1880-х гг. встретили в нем решительного противника [10] .

К. П. Победоносцев являлся сложной и противоречивой фигурой. Взаимоисключающими началами была проникнута вся его деятельность. Так, например, он при всей его приверженности идее сословных привилегий дворянства и сильной власти все же важнейшей ценностью самого института власти почитал соблюдение законов. Позиции Победоносцева во многом отражали общие трудности становления политического консерватизма в России, сложность и противоречивость поисков властью возможного пути развития России.