Возвращается муж из командировки, а в шкафу у жены - посол!
Известно, что громкие скандалы о провале какой-либо разведки свидетельствуют прежде всего о глубине ее проникновения в секреты противоборствующей державы. Как говаривал Аллен Даллес: «Об успешных операциях спецслужбы помалкивают, а их провалы говорят сами за себя».
Скандалы в Англии – сначала вокруг имени Кима Филби, а затем и остальных членов «кембриджской пятерки», в ФРГ – в связи с разоблачением Гюнтера Гийома, советника канцлера Вилли Брандта, да еще и казначея правящей Социал-демократической партии – говорили о том, что советская разведка умела забраться в иноземный ларец за семью печатями.
ПОДХОДЯЩАЯ КАНДИДАТУРА
Однако тот факт, что советская внешняя разведка не имела грандиозных провалов во Франции, вовсе не доказательство неуязвимости секретов Пятой республики или отсутствия к ним интереса со стороны спецслужб СССР. Примером тому может служить операция, проведенная в конце 1950-х годов. Правда, осуществила ее советская контрразведка (именно контрразведка, а не разведка!).
Тогда под непосредственным руководством и при личном участии начальника Второго главного управления КГБ СССР генерал-лейтенанта Олега Михайловича Грибанова был завербован посол Франции в Москве Морис Дежан.
(С женой на показе мод Кристиан Диор)
Разумеется, подписку о секретном сотрудничестве у посла не отбирали и в торжественной обстановке оперативного псевдонима не присваивали. Явок, в классическом понятии этого слова, то есть где-нибудь на конспиративных квартирах, с ним не проводили. Обучения технике пересъемки секретных документов на краткосрочных оперативных курсах без отрыва от производства он не проходил. Денег в конвертах за свои услуги он не получал, и тем не менее советским агентом посол являлся. Морис Дежан, как сейчас принято в среде профессионалов называть негласных помощников такого уровня, был агентом влияния.
В современной практике всех спецслужб мира агентура влияния не вербуется, она приобретается, завоевывается, воспитывается терпеливо, ненавязчиво, заботливо, даже услужливо. Все это делается строго конспиративно, чтобы объект вожделений конкретной спецслужбы ничего не заподозрил.
Еще более конспиративную форму должно иметь финансирование подобных акций. Как правило, агентов влияния приглашают на различные международные конференции, заседания обществ дружбы с различными странами, где их выступления-лекции оплачиваются по самым высоким расценкам, им предоставляется возможность опубликовать свои статьи и даже книги в зарубежных издательствах и т.д., но грубый прямой подкуп не допускается ни в коем случае.
Работа по Морису Дежану, конечно, велась не так изощренно, как если бы ее проводили сегодня. Но она была-таки проведена, а посол влиял, да еще как! Например, на принятие президентом Франции Шарлем де Голлем решений по многим внешнеполитическим вопросам.
(31 октября 1941 года Лондон, слева от генерала де Голля - Морис Дежан)
. Планируя вербовку Дежана в качестве агента влияния, советская контрразведка учитывала не только деловые качества французского дипломата, но и его долгую дружбу с де Голлем, которая началась еще в период Второй мировой войны, когда оба они были участниками движения Сопротивления. Президент Франции с внимание относился к точке зрения своего соратника и очень дорожил его мнением по самым различным вопросам международной политики.
Справедливости ради надо сказать, что были и другие фигуры из числа высокопоставленных французских дипломатов, сотрудников посольства в Москве, которые рассматривались КГБ в качестве потенциальных кандидатов на вербовку. Но их предложения и советы по поводу политики Парижа в отношении СССР и НАТО не имели такого влияния на формирование мнения де Голля, как это было в случае с Дежаном.
Чтобы вовлечь посла в орбиту КГБ, был использован такой простейший способ вербовки, с успехом применяемый всеми спецслужбами мира, как подстава ему «ласточки» – агентессы, выступающей в роли обольстительницы.
Действительно, зачем мудрствовать лукаво, если было известно, что Морис Дежан, пятидесятилетний элегантный мужчина, не прочь завоевать расположение красивых славянских женщин, чему свидетельствовали его многочисленные попытки посягнуть на их очарование, вплоть до откровенных предложений о вступлении с ним в любовную связь. С учетом этих обстоятельств посол просто не мог не стать мишенью Лубянки.
В общей сложности вербовочная разработка французского дипломата длилась около трех лет, и в ней были задействованы десятки гласных и негласных сотрудников. Хотя в массе это был народец, игравший роль «листьев», окаймлявших изысканный «букет».
Держались они тихо, так как в званиях были невысоких, и поэтому говорили, словно шуршали, и смеялись в кулачок над шутками режиссера-постановщика – генерала Грибанова и основных участников действа – Сергея Михалкова, его жены Натальи Кончаловской и некой Ларисы (Лоры) Кронберг-Соболевской, разведенной красавицы-актрисы, которая призвана была сыграть в своей жизни главную, а в жизни посла Франции – роковую роль.
И она ее исполнила с блеском, за что впоследствии была награждена Грибановым роскошными швейцарскими часами, выполненными из золота и бриллиантов.
(Завербованная КГБ актриса Лариса Кронберг-Соболевская)
В один прекрасный день Грибанов решил, что сентиментальный роман, развивавшийся уже несколько месяцев между Морисом Дежаном и Кронберг-Соболевской, пора дополнить чисто плотскими отношениями. Время, выбранное для этого, было вполне подходящим: жена посла, госпожа Дежан, убыла из Советского Союза на отдых в Швейцарские Альпы. Объект остался в одиночестве.
В Москву был срочно вызван некто Муса. Персонаж без роду и племени, он в 30-е годы работал по тюрьмам НКВД палачом, расстреливая «врагов народа». Кроме Мусы в столицу был доставлен бывший уголовник, который в свое время использовался подручными Лаврентия Берии в качестве профессионального убийцы-ликвидатора.
Последнему предстояло сыграть роль мужа Лоры, который якобы неожиданно вернулся домой из командировки. Соболевская же, следуя линии поведения, отработанной Грибановым, в общении с «душкой Дежанчиком» постоянно жаловалась ему на жестокость и патологическую ревность «супруга».
Перед проведением акции Грибанов собрал всю «штурмовую группу» в одном из номеров «люкс» гостиницы «Метрополь». Расположившись за богато сервированным столом, ликвидатор, Муса, Соболевская и еще пара оперов из группы поддержки, неотрывно глядя на Грибанова, внимали каждому произнесенному им слову.
«Я хочу, чтобы вы его сломили, – обращаясь к Мусе и ликвидатору, с пафосом произнес генерал. – Сделайте так, чтобы Дежан по-настоящему почувствовал боль. Наведите на него ужас. Но Боже упаси оставить хоть малейший след на его лице. Я вас сгною в лагерях!»
Все происходило на третьем этаже жилого дома № 2, что на Ананьевской улице.
Квартира, где предстояло разыграться спектаклю, была «под завязку» напичкана спецтехникой – аудио- и кинофотоаппаратурой. Вокруг дома – специальные посты наблюдения из сотрудников КГБ в штатском и переодетых в милицейскую форму.
Псевдомуж и Муса, выступавший в роли его приятеля, извлекли голых Дежана и Лору из постели и начали с остервенением лупить француза. Строго следуя указаниям Грибанова, били не по лицу, а в область сердца, печени и почек. В пылу потасовки досталось и Лоре, которая без устали кричала: «Прекратите! Вы же убьете его! Это же посол Франции! Что вы делаете?!»
Со своей стороны псевдомуж кричал, что подаст на совратителя своей жены, то есть на посла, в суд.
Дежану в конце концов удалось выскользнуть из квартиры – это было предусмотрено сценарием Грибанова – и в сопровождении своего шофера добраться до посольства.
ИГРА СДЕЛАНА
В тот же вечер Морис Дежан должен был встретиться с Грибановым, который находился с послом в прямом контакте, выступая в роли советника председателя Совмина СССР, чтобы обсудить с ним ряд межгосударственных проблем. Но до них дело так и не дошло, потому что весь вечер Грибанов и Дежан обсуждали личные проблемы дипломата, который ничего не скрывая, сказал: «У меня серьезные неприятности. Мне нужна ваша помощь».
(Майор НКВД Олег Грибанов.)
После чего поведал о своих злоключениях и попросил вмешаться, чтобы «муж» Лоры забрал из милиции свое заявление.
Вот тут-то начальник Второго главка КГБ и посадил посла на крючок. Но виду не подал, а с показной заинтересованностью вникал во все перипетии им же и подготовленного спектакля.
«Тайна», в которую Дежан посвятил Грибанова, привела к установлению между ними особых отношений.
Посол чувствовал себя одновременно признательным и обязанным своему новому другу из Совета министров СССР: ведь «муж» Лоры в конце концов согласился забрать свое заявление, а Грибанов впредь ни единым намеком не пытался напомнить Дежану о той кошмарной ситуации, в которую бедняге «случайно» довелось угодить.
Теперь глава французской дипломатической миссии в Москве стал по всем вопросам консультироваться с Грибановым, ведь тот как никак был советником предсовмина СССР Никиты Хрущева. Поэтому для француза было вполне нормальным обсуждать со своим русским другом различные аспекты международной политики Франции, особенно ее отношения с СССР и членами НАТО.
По всем затрагиваемым в беседах проблемам посол давал исчерпывающий расклад, дополняя его собственным мнением и прогнозами. Иногда он даже предостерегал советскую сторону от каких-то неверных, на его взгляд, шагов. Кроме того, в непринужденных беседах с Грибановым Дежан делился своими суждениями о поступках, деловых и личных качествах других западных дипломатов, с которыми он поддерживал отношения в Москве, пересказывал свои с ними беседы, сообщал об их планах в отношении Советского Союза.
В свою очередь, Грибанов через Дежана доводил до де Голля то, что было выгодно СССР, что отвечало позиции советского правительства на международной арене. А в качестве вознаграждения послу неоднократно предоставляли возможность изложить свое видение международной ситуации на полосах советских периодических изданий. За что, разумеется, ему выплачивались огромные гонорары в твердой валюте. В дни национальных праздников Французской Республики генерал Грибанов от имени советского правительства преподносил агенту дорогие подарки: пасхальные яйца работы учеников Фаберже, ювелирные украшения для мадам Дежан.
Это продолжалось в течение шести лет.
Посла как сверхценного источника КГБ «сдал» англичанам некто Юрий Коротков – агент экстра-класса НКВД-КГБ, один из основных действующих лиц в вербовочной разработке Дежана.
В то самое время, когда Коротков передавал сотрудникам Сикрет Интеллидженс Сервис известные ему подробности вербовочных подходов к Дежану, КГБ через свою агентуру в окружении де Голля стремился убедить последнего, что британцы плетут интриги за его спиной, пытаясь вернуть Францию в лоно НАТО, и что речь идет о заговоре лично против него, потому что англосаксы хотят связать его имя с не стоящим выеденного яйца случаем, представляя его как международный скандал.
В конце концов руководству Комитета госбезопасности СССР это удалось. Франция при де Голле так и не вернулась в Североатлантический альянс.
О том, что отношение де Голля к проштрафившемуся дипломату до конца его жизни оставалось лояльным, может свидетельствовать тот факт, что Дежан не подвергся никаким санкциям, просто был отправлен в отставку, став одним из руководителей ассоциации «Франция–СССР», где проявил себя активным сторонником улучшения взаимоотношений между двумя странами. Параллельно, будучи назначен генеральным директором небольшого завода по производству советских часов «Слава» в городе Безансон, он выступал за развитие экономического сотрудничества с Советским Союзом.
. Умер Морис Дежан в Париже 14 января 1982 года в возрасте 82 лет.
Резун, Пеньковский, теперь вот Коротков. Сколько мрази упустили.
П.С. На фоне этого поста перестают быть странными награды и заработки Горбачёва
Иосиф Виссарионович Сталин
Неподражаемый Калягин: един во всех лицах
Сегодня своё 80-летие отмечает Александр Александрович Калягин.
Для поклонников творчества мэтра - необыкновенный телефильм, в котором Александр Калягин читает главы из сатирического романа ХVI века Франсуа Рабле “Гаргантюа и Пантагрюэль”. При этом актёр играет все роли сразу! В помощь - талант к перевоплощению, грим и немного «магии» монтажа.
Вступительное слово кандидата фил. наук Ирины Александровны Лилеевой.
Рецепт политически опасного кутежа из ГДР
В одно время в печати ФРГ активно муссировалась тема о студенческих беспорядках в ГДР. Проклятая буржуазная пресса пыталась ухватиться за любой повод, чтобы раздуть из него сенсацию и выставить социалистический лагерь как нестабильную конструкцию. Ведь мало того, что ГДР, по мнению Запада, "нелегитимное государство", так ещё и молодежь у них бунтует. Непорядок!
В советском посольстве внимательно читали газеты из капиталистических стран. Поэтому на очередной встрече с партийным работником Социалистической единой партии Германии (СЕПГ) вопрос о студенческих бунтах всплыл будто бы сам собой. Пришлось разъяснять ситуацию.
А дело было так. У студентов-выпускников Горной академии города Фрайберг, что в Саксонии, существовала старая традиция "обмывать" последнюю лекцию. После конца занятий весь курс вместе с самым любимым преподавателем шел в пивную, где и предавался чаду кутежа.
Именно такая "обмывка" и случилась одним солнечным мартовским днём 196х года. Почти три сотни студентов прошлись шествием по улицам города, распевая неприличные песни и неся в руках плакаты с матерными надписями. На шеях у них висели пивные кружки, а количество алкоголя превышало все допустимые нормы.
Как подчеркивал немецкий источник, особый трагизм события состоял в том, что в шествии участвовали и "примерные" студенты-активисты - члены СЕПГ и Союза немецкой молодежи. А мораль сей истории проста - хорошая гулянка сильнее любви к партии.
Источник: РГАНИ. Ф. 5. Оп. 49. Д. 78.
Братская могила или боевая машина – танки от Союзников
Автор: Виталий Илинич.
Эмча, Валентин, Матильда, М3 средний. Многие из нас знают, что Союзники помогали нам в том числе поставками боевой техники. Одним из слагаемых этой помощи были поставки танков. Машины нам поставлялись разные, английские, канадские и американские, легкие, средние, даже довольно тяжелые Черчилли. Одни были лучше, другие хуже. Бытует мнение, что нам поставляли какие-то отходы, совершенно негодные машины. Это было бы несколько странно, так как поставляли танки тех моделей, которые мы выбрали сами – совсем уж негодные наши ответственные лица едва ли согласились бы принять. Есть неопределенность и с датами поставок – иной раз говорят, что в серьезных объемах нам начали что-то поставлять только в 1943-м году, да и то, только после Курска. Давайте же разберемся, хороши ли были эти машины и когда нам их прислали. Статья не будет рассматривать детально технические особенности, скорее, даст общий взгляд на ситуацию.
Танк М3 Средний
Для начала разберемся с количествами. Техника нам поставлялась (не только по Ленд-лиз) начиная с 1941-го года. Однако, разумеется, не вся прибывшая в 41-м году техника смогла в этом же году принять участие в боях. Но ведь и наши танки отправлялись в бой обычно не прямо с завода. Нужно их отправить в части, части сформировать, потом доехать до фронта, да и на фронте не обязательно прям с первого дня отправят в атаку. Однако, поскольку точно выяснить, когда какие танки пошли в бой, не так просто, я буду сравнивать технику по годам. Сколько же нам прислали танков в 41-м году? Я нашел информацию о 361-м танке. Это именно прибывшие к нам, а не отправленные. Ведь не все отправленные доходили, так как немцы старались помешать поставкам и атаковали конвои, иногда успешно. Много это или мало? Казалось бы, несколько сот танков, мелочь. Давайте сравним с выпуском танков в СССР. Среднемесячный выпуск танков в 41-м году составил 546 штук, включая легкие Т-30, Т-40 и Т-60. Если считать только средние и тяжелые, то выйдет 363 танка (вместе с легкими Т-50 и Т-26 – 374). Я так ограничиваю список танков, потому что сравнимых по слабости с Т-30 или Т-60 танков нам в значимых количествах не поставляли, а, следовательно, и сравнивать нужно с более серьезными машинами. Выходит, что нам поставили 2/3 месячного выпуска или почти 100% месячного выпуска «полноценных» машин. Не очень много, конечно, но вполне неплохая надбавка. Важно понимать, что поставки только начинали организовываться.
Танк Т-60 вовсе не был бесполезным, но практически все его характеристики, в том числе проходимость, оставляли желать лучшего
Ситуация значительно изменилась в 1942-м году. В этом году нам прислали 3494 танка. Это больше, чем немцы произвели за 1941-й и 81% от того, что они произвели в 1942-м году. Как же с производством в СССР? Среднемесячный выпуск танков и САУ в СССР за 42-й – 2048. Т.е. Союзники нам прислали 1,7 месячного выпуска. Если вычесть из выпуска наших танков Т-60 и Т-30, как значительно уступающие массово поставляемым нам машинам, то получится среднемесячный выпуск 1685 штук. Тогда количество присланных нам боевых машин составляет чуть более двух наших месячных выпусков. Я умышленно не исключаю из расчетов Т-70, так как он существенно отличался от Т-60 по вооружению и бронезащите, да и по удельной мощности с проходимостью превосходил, чего уж там.
При этом в 42-м году нам было прислано, на самом деле, больше всего танков, именно тогда, когда они нам были более всего нужны. Потому что в 43-м, несмотря на то, что общий выпуск танков чуть просел за счет отказа от производства легких Т-60 и Т-70, а также значительного снижения выпуска тяжелых КВ, выпуск основного Т-34 как раз наоборот значительно вырос. Общее числе танков и САУ, выпущенных в 42-м году – 24582 штуки. В 1943-м – 23894. При этом доля легких танков от выпущенных в 1942-м составляла почти 38%, а в 1943-м их доля резко снизилось до 14,5%. У нас часто сравнивают ленд-лизные танки с Т-34 и КВ, мол, заграничные были хуже наших лучших танков. Ну так в 42-м нам было не до жиру, у нас больше трети танков в выпуске – это Т-60 и Т-70. Едва ли в сравнении с ними проигрывает какой-нибудь Валентайн, М3 средний или даже М3 легкий с экипажем в четыре человека.
Поставки танков по годам:
В 1943-м году нам поставили 2990 танков. Среднемесячный выпуск в СССР составлял 1991 танк и САУ. То есть, нам поставили 1,5 месячного выпуска.
В 1944-м году нам поставили 2778 танков (среди них я учел САУ М10). В 1944-м году выпуск танков и САУ в СССР возрос до 29984 штук, причем легких танков среди них не было вообще, производство Т-34 с 43-го года не изменилось, а рост произошел за счет САУ СУ-76 и более чем трехкратного роста выпуска тяжелых танков и САУ. Тем не менее, нам все равно послали заметно больше месячного выпуска. Среднемесячный выпуск составлял 2415 машин, соответственно Союзники прислали нам 1,15 месячного выпуска. В номенклатуре в 44-м были в основном танки Шерман.
Танки Валентайн не были лишены недостатков, но полюбились Красной Армии
Как видите, поставлялись нам машины во вполне приличных количествах, в самый тяжелый период доходя до двух месячных выпусков в год. Но что же нам за машины поставляли? У нас часто принижают качества заграничных танков, сравнивая их в первую очередь с Т-34, и умалчивая некоторые достоинства. Однако, как уже сказал, время было тяжелое, и в качестве альтернативы мог выступать, например, Т-60, да и Т-70 был не лучшим вариантом. В особенности в 1942-м, когда очень остро стоял вопрос борьбы с наступающими танками противника! Тогда британские машины с 2-фт пушками, которые били танки явно лучше наших 20-мм ТНШ, Стюарты с двухместной башней и 37-мм пушками, которые до массового появления у нас подкалиберных снарядов пробивали броню даже чуть лучше наших 45-мм пушек, а уж тем более М3 средний, который имел и 37-мм, и 75-мм пушку, были как нельзя кстати. При этом, при всех недостатках американского танка, вариант с 75-мм пушкой М3 далеко обходил Т-34 по бронепробиваемости, что показали испытания мая 43-го. М3 смог пробить 80 мм борт Тигра с дистанции порядка 450 – 600 м, в зависимости от боеприпаса, а Т-34 не смог даже с 200. А 80 мм – это не только борт Тигра, но и лоб Pz.IV и StuG III, особенно с 43-го года. Плюс в М3 среднем был все-таки выделенный командир, да и броня его для 42-го года была не худшим вариантом. У немцев еще полно было старых танков, и им с М3 средним было нелегко. Летом 42-го года в танковых дивизиях Вермахта еще была чертовая уйма танков с 20-мм, 37-мм, короткими 50-мм и 75-мм пушками. Для всех них лобовая броня М3 среднего уже представляла определенную преграду. И даже поздней осенью 42-го года доля устаревших танков была еще очень высока. Промышленность Германии не успевала оснащать свои подразделения новой техникой. При этом, преимущество американских танков с 75-мм пушкой перед нашими в бронепробитии сохранялось минимум до массового внедрения у нас кумулятивных снарядов после осени 43-го. В 43-м году мы также начали получать Валентайны с 57-мм пушкой, которая тоже пробивала борт Тигра, причем даже лучше, чем 75-мм пушка. Там были свои проблемы с осколочными снарядами, но весной 44-го они всё-таки появились в войсках. Ближе к концу войны мы начали получать длинноствольные Шерманы, которые могли бороться с танками даже чуть лучше Т-34-85. Правда, у них были свои недостатки с осколочными.
Калибр орудия танка М3 Легкий не поражало воображение — всего 37-мм, но оно пробивало броню лучше нашей 45-мм пушки
В любом случае, танки союзников были довольно массовыми и с вполне приличными характеристиками. Не идеально, может быть даже не хорошо, но задачу они выполнять могли, и нередко лучше, чем многое из того, что у нас было. В самый тяжелый же год – в 42-й, альтернативой танку Союзников нередко был Т-60, который отставал и по защите, и по вооружению, и по подвижности, и по проходимости, в том числе по снегу. Например, Валентайн по снегу шел заметно лучше, чем Т-60.
Разумеется, это не значит, что войну выиграли танки Союзников. Основную роль играли наши танки, как Т-34, так и более редкие КВ, или более слабые Т-70, а позже ИС-2 и различные САУ. Однако, дополнительные вполне нормальные по характеристикам «союзные» машины либо дополняли наших, либо позволяли использовать себя вместо Т-34 на «второстепенном» направлении, с тем чтобы на наиболее важном использовать наши Т-34. Хотя нередко, особенно в 42-м году, танки служили вместе. А в отдельных случаях, как, например, в период боев на Кавказе, танки Союзников на этом участке вообще были самыми массовыми в частях. Всё это вместе позволяло наносить немцам еще чуть больше потерь, еще чуть лучше сдерживать их удары, еще чуть мощнее наносить свои, что, вместе с основным и важнейшим вкладом Красной армии, положительно сказалось на результате.
Автор: Виталий Илинич.
А ещё вы можете поддержать нас рублём, за что мы будем вам благодарны.
Яндекс-Юmoney (410016237363870) или Сбер: 4274 3200 5285 2137.
При переводе делайте пометку "С Пикабу от . ", чтобы мы понимали, на что перевод. Спасибо!
Подробный список пришедших нам донатов вот тут.
Подпишись, чтобы не пропустить следующие интересные циклы и прочие посты!
Девушки из Еревана, 1966 г
Старые фотографии № 293
Авторы фотографий - Макасеев Борис Константинович, Микоша Владислав Владиславович.
Грузинская ССР. Открытие Верхне-Самгорского магистрального канала. 4 ноября 1951 г.
«Вода начинает заполнять Самгорскую долину»
Абхазская АССР. Озеро Рица.
Катер у пристани. 1952 г.
Пристань и гостиница.
Экскурсии в парке
За столиком в кафе
Катера на озере
Дача Иосифа Сталина
Экскурсия в парке
Экскурсии на пристани
Как начиналась Сталинградская битва: бой у села Золотое
Вопреки устоявшемуся в советской историографии мнению о том, что Сталинградская битва началась 17 июля 1942 года, сейчас уже смело можно утверждать, что это событие произошло накануне.
16 июля в 20:00 передовые отряды Красной армии вступили в первое соприкосновение с наступающими силами противника в районе села Золотое.
Согласно журналу боевых действий, первый бой Сталинградской битвы провел передовой отряд 147-ой стрелковой дивизии, в состав которого входила рота танков Т-34 и рота танков Т-60, а так же два взвода автоматчиков, шесть ПТР и три противотанковые пушки.
В 20:00 четыре немецких танка, благодаря холмистой местности, скрыто подошли к хутору Золотой, который находился в 8 км от станицы Морозовская Ростовской области, и открыли огонь по нашему передовому отряду.
Ответным огнем наши танкисты уничтожили две машины противника с экипажами и одну противотанковую пушку.
Скорее всего, фашисты не ожидали встретить такое количество нашей техники. В противном бы случае они отправили в Золотой куда большие силы.
Наши потери в том бою составили один сгоревший дотла Т-34 и еще два подбитых танка.
Примечательно, что первый бой Сталинградской битвы для нас закончился без человеческих потерь, если не считать 11 раненых бойцов.
Ко всему прочему, нашим танкистам удалось притащить в расположение своей части два подбитых танка для дальнейшего ремонта.
Первое боестолкновение красноармейцев с передовыми частями вермахта можно было назвать детской игрой.
Вот что об этом пишет Алексей Исаев:
«Поначалу схватки с передовыми частями немцев казались детской игрой. Однако вскоре сражение заполыхало в полную силу. 17 июля командование фронта «в целях разведки и обеспечения 62 и 64 А занятия более выгодного рубежа обороны» приказало выдвинуть три отряда для овладения Боковской, Чернышевской и Морозовской».
А.В.Исаев «Неизвестный Сталинград. Как перевирают историю. 2013
Только на следующий день стало понятно, что впереди предстоит самая страшная битва всей Великой Отечественной войны.
Первый бой Сталинградской битвы продлился не более получаса. Впереди были долгие 200 дней и ночей.
А еще несколькими днями позже, 23 июля 1942 года гвардии младший сержант, 1-й номер расчета ПТР 84 гвардейского стрелкового полка 33-й гвардейской стрелковой дивизии Петр Осипович Болото совершил подвиг, отмеченный первой звездой Героя Советского Союза в Сталинградской битве.
ЛитРес не в ту сторону воюет
Внезапно пришла рассылка от ЛитРеса с темой "«Неудобное прошлое. Память о государственных преступлениях в России…» Николая Эппле и другие книги специально для вас".
И это удивительно по нескольким моментам: первое, письма от ЛитРеса я получаю раз полгода-год и то потому, что зарегистрирована у них по читательскому билету от городской библиотеки; а второе: это полностью не соответствует моим интересам, купленным и прочитанным в приложении книгам, о которых знает ЛитРес.При этом в конце письма были книги, похожие на собранную по алгоритмам подборку, которая могла бы меня заинтересовать.
Я не против исследований и расследований, если это работа на основе исторических документов и фактов, а не пропагандистское говнище. Я прекрасно понимаю, что были как хорошие, так и трудные времена для людей и государства. Но это совершенно неуместно, несвоевременно и похоже на провокацию.
Литрес, какого хрена?
Воскресный завтрак. Минск. 1984 г
Как французы хотели кинуть Сталина перед Второй Мировой войной
Существует версия, что если бы Сталин договорился с союзниками Францией и Англией в 1939, то никакой войны бы не было, а если бы она была, то война быстро и победоносно закончилась для СССР, без всяких битв под Москвой, миллионных потерь и ужасов оккупации, Германия зажатая с двух сторон союзниками, быстро бы пала под их ударами. И никакого этого ужаса ВМВ не было бы. Но неуступчивый Сталин просрал эту возможность, стыд и позор ему!
К сожалению многие не знают, что сценарий бы войны ни в коем случае не поменялся бы при союзе Сталина с Францией и Англией, война бы шла также!
Все дело в стратегии Франции, она планировала воевать по лекалам первой мировой войны, то есть построить непробиваемую линию обороны, линию “Мажино” и сидеть за ней, пока Германия не сдохнет в муках экономического истощения, от "санкций". С промышленностью у вас тевтоны все хорошо, а вот с ресурсами, хе-хе, все плохо.
Но существовал большой временный лаг - в скорости производства вооружения и формирование больших армий и внедрение новых вооружений, которые часто внезапно для всех, в ходе войны оказываются эффективными, здесь Германия всех опережала. Какой путь здесь будет оптимальным в такой ситуации?
Надо скормить союзника! Пускай пока немцы его завоевывают, теряя ресурсы и время, а французы медленно и не спеша занимают оборону, клепая танчики и самолетики.
Никакой помощи “низшим” союзникам не предполагалось вообще!
Стратегия простая, как у уголовников при побеге, брать в побег в тайгу или тундру с собой “консерву”-товарища, чтобы по дороге им пообедать. Ничего личного, просто интересы большой державы.
Не напоминает ситуацию с открытием второго фронта Англией и США, который они тянули до последнего? Да - это все та же стратегия, только они ее планировали вести ее еще до войны, где у Французов была свой “морской пролив” в виде неприступной линии Мажино.
Поэтому тогда ставка Франции была сделана на коллективную безопасность - Лигу Наций и поиска лохов, которые будут за них воевать, пока она будет отсиживаться в блиндаже и жрать тушенку. Денег у республике на подкуп союзников пока хватало, еще бы, она тогда еще была угасающим финансовым центром мира, который пока еще всех инвестировал.
А как же знаменитый Галльский боевой дух? Дело в том, что победа в ПМВ нанесло непоправимый моральный ущерб обществу Франции. Ну да, мы победили, получили кучу инвалидов и что нам теперь делать с этой победой? Выгоды от войны получили только олигархи, вот у них с этим был полный порядок. А вот простые жители не получили ничего, мало того, после ПМВ началась стагнация экономики Франции, то есть после столь громкой победы простой народ стал еще беднее. (Ничего не напоминает? То же говорили про СССР в 90-х который победил Германию, а немцы стали жить лучше него. Проклятый социализм капитализм!)
А как же репарации с Германии? Все дело в том, что эти репарации не шли ей на пользу, так как сразу направлялись на выплату долгов ПМВ за оружие США и Англии, которая тоже их сразу выплачивала США. То есть от этой войны выиграла только США, которая купалась в роскоши ревущих 20-х. Во Франции шла деградация промышленности, вооружения и научной мысли, все как в России после 90-х, когда осталось только призрачное величие могучей “империи” СССР и это все. Еще была надежда Франции в том, что опять “можем повторить” над тевтонами, но народ не получивший от войны вообще никаких ништяков (он и не мог получить, так как война была империалистическая) очень скептически относился к этому мероприятию на деле (активный пацифизм), то есть “клялся в верности флагу Родины”, но воевать не хотел.. все как у нас сейчас.
Поэтому крики булкохрустов, о том что РИ была в шаге от победы и мирового могущества, базируются на самом грубом и банальном историческом невежестве, раз вторая главная победительница ПМВ ничего существенного не получила, кроме вороха проблем, долгов и безнадеги, которая только вела к будущему развалу колониальной Французской Империи.
Изменилась также стратегическая концепция ведения позиционной войне на основе поверхностного анализа побед и поражений ПМВ, рассмотренных, но не понятых уроков. Теперь все страны собирались наносить главный удар всей силою, но не по самому сильному противнику (Германия по Франции, Франция по Германии) как в ПМВ, а наоборот по самому слабому, выбивая постепенно ее союзников из войны. Стратегия была пересмотрена всеми странами. Теперь выходило, что главный фронт Кайзеровской Германии должен был быть против РИ Николая 2, что тогда бы привело к моментальному сливу РИ. Теперь Германия собиралась наносить первый главный удар по Польше (аналог РИ 1939 г. для союзников), а Франция…. по Италии!
То есть теперь подобранная жертва "союзник" была заранее обречена и задача была растянуть время и не дать догадаться ей, что за фигня в будущем будет с ней происходить. Теперь у Франции, главная задача была не посвящать в свои планы Польшу и запутывать ее, так как по ним, ей полагалось быть съеденной Германии. Притом жевать ее Германии предлагалось долго, приблизительно год, а французы собирались мирно сидеть за крепостной стеной, без всяких вылазок. Поэтому правительство "союзников", до самого последнего момента, не должна была понимать уготованную ей участь высшими странами.
Вот как дурил ивашек Гамелен -главнокомандующий французской армией в начале Второй мировой войны.
Та же участь готовилась и для СССР, по французским планам, в случае его присоединения к союзу с Польшей, ему предлагалась та же роль жертвы, правда более жирной - пасть под немецкими ударами, пока Франция и Англия будут отсиживаются за линией “Мажино” и морскими проливами и ждать когда же Германия экономически ослабнет и начнет подыхать (даже от переворотов вызванные экономическими причинами, их кстати Гитлер пережил немало), то есть просто протянуть время по максимуму.
То есть они бы спокойно смотрели, как немцы берут Москву, расстреливают Сталина и его правительство, исполняют план “Ост” и наступают за Урал, тратя свои время и ресурсы.
Проблема возникла в том, что русские в отличие от поляков, сразу поняли всю ублюдочную стратегию французов (ставка на “Мажино” и отсутствие наступательного вооружения) и не велись как лохи, на слабо прикрытый развод.
Да и французам, это тоже было не особо нужно, дело в том, что они тоже как немцы, рассматривали армию СССР как чуть сильнее и даже слабее Польши, так как у них правят тупые большевики (евреи-жиды), которые разогнали гениальных дворян и теперь российский народ люто их ненавидит и ждет малейшей возможности восстать. Колосс на глиняных ногах.
Ну и что, что у них много кривых танков и гнилых дровяных самолетов с заводами (хотя это еще надо проверить - видимо тупая агитка от большевиков), толку то, если эта варварская армия быстро побросает оружие и разбежится от первого удара и неудачи, расстреляв своих комиссаров.
От этого политического вранья всем и себе, у французов возникли побочные эффекты, им там хорошо удалось задурить поляков.. что помощь СССР в будущей войне стало считаться необязательной обеими сторонами. То есть СССР стал ими рассматривать как пятое колесо в телеге, что-то ненужное и мешающие. Зачем им ненадежные большевистско-варварские войска в этом сложном деле? То есть лжецы обманули не только союзников, но и сами себя.
Как началась война, несмотря на поступающие тревожные сведения из Польши ее все игнорировали:
-Жертва если вам там режут, так не кричите так сильно, ведите себя прилично, вы нам за линией “Мажино” мешаете спать! Не беспокойтесь, похороны и пенсию за вас вашим родным, мы щедро оплатим!
Поэтому вся помощь Польше, как и планировалось, ограничивалась словами денег, пушек, танков, самолетов нет, вы там держитесь, хорошего вам настроения и с вами бог!
То чем кормила Англия СССР всю войну, только в этом случае, его бы этим еще кормила бы и Франция.
Мало того, когда Польша потерпела поражение.. ее стали обвинять в предательстве!
Эта сучка не может нормально умирать за нашу Великую Империю! Да это же подонки! Там сплошные трусы и ворюги, вот мы французы будем воевать по нормальному, не так как эти подонки, поэтому их опыт даже изучать не будем .
Реальность оказалась совсем другой, французов ждал еще большей разгром, ибо это была новая немецкая тактика.
Но после разгрома Польше, союзники…вернее их часть ее элиты вдруг сразу задумалось, а может фиг с этой Польшей. Может ее кинуть? Помер Максим, да и хрен с ним. Давайте отдадим ее Германии и заключим мир!
Включим ее в зону оккупации.
То же и ждало СССР, в случае союза с Францией и его разгрома, неожиданный прилет послов Франции в Германию с просьбой:
-Вам нужны колонии? Так забирайте СССР, нам большевиков не жалко. Забирайте! Даешь империалистический мир!
В случае эвакуации советского правительства и завершение войны победой союзников, о нем вообще могли забыть, поставить какого нибудь Романова или вообще Власова, он же из большевиков? Значит это одно и то же!
Например, Польское правительство, после победы, так и не вернулось в Варшаву, самолет с ним разбился при помощи англичан, а туда СССР поставил свое правительство, какое им было нужно - коммунистов. Но СССР с Польшей не договаривался, от слова никак по этому поводу.
Проблема здесь в том, что как раз Англия с Францией договаривалось по этому поводу с Польшей - а значит с их стороны это было гигантский кидалово поляков, ради своих геополитических интересов. А значит такое же кидалово готовилось и для Сталина, но его то купить на эту дешевую демагогию, о верности союзническому долгу и судьбах Европы, не удалось.
А вот если бы Сталин повелся бы на это, он бы оказался политическим и историческим предателем революции - дело за которое он положил всю свою жизнь.
Итог всей политики, по вилянию жопой Франции известен: поражение и сотрудничество с фашистской Германией в лице маршала Петена.
Мало того, ставка на стратегию по постепенному удушению противника тисками экономической блокады, то есть "санкциями" - провалилась, то есть к концу войны для французов, до прорыва "линии Мажино через Арденны" у них возникли большие сомнения в их эффективности и что войну можно выиграть данным способом.
То есть "санкции" можно нивелировать организацией хозяйственной и организационной деятельности, что продемонстрировала фашистская Германия. и социалистический СССР, еще более эффективно, так как он еще до войны, в отличие от Германии, уже 20 лет находился под кучей разнообразных санкций, а во время начала войны они еще и "усилились". И тут внезапно выходит прав Сталин, что победа СССР - это полностью победа социализма, который нивелировал эту проблему.
А почему так получилось и кто был виноват?
Во всем виновата политика правых во Франции:
1) Сперва они отказались делиться объедками с пира победителей ПМВ - своими рабочими, ибо нехрен вас нахаляву кормить, прибыли олигархов (империалистов) для нас важнее, у нас есть свои дела в колониях и офшорах(США), куда мы вывозим и вкладываем деньги (капитал). Зашоренность правыми идеологиями не дает адекватно оценивать обстановку и общество, любые поблажки пролетариату воспринимается в штыки.
Чем резко настроили народ против себя, родив по сути резкий пацифизм. так как рабочие Франции умирали ни за что в империалистической войне и им по итогу победы не досталось ничего. С таким “патриотизмом”, правящим кругам приходилось постоянно идти по пути уступка за уступкой фашистской Германии, как РФ которая 20 лет в лице Путина уступало НАТО, а сейчас вдруг вспомнила про какие-то “Красные линии”. Раньше надо было думать! А то как как на охоту ехать, так и собак кормить.
Опыт Франции показывает - это путь к поражению.
2) После прорыва оборонительного фронта, еще не все было потеряно. Готовилось сопротивление в Северной Африке, которое потом осуществил де Голль, с верными войсками и флотом, чего чего, а фашистскую Италию им сил покрошить хватило бы. Англия и США гарантировали поставку оружия сопротивляющимся французам.
Но нет, в это дело опять вмешались правые, если мы продолжим сопротивление, то власть захватят комми! Поэтому надо сдаваться Гитлеру, чтобы сохранить бабки наших олигархов. Дошло до такого маразма, что правительству в эвакуации, якобы звонили из Парижа, сообщить, что комми уже там взяли власть!
Французские олигархи и правые так боялись призрака “Парижской коммуны”, которую создали ужасы Франко-Прусской войны, да и судьба РИ намекала, что с радостью побежали сдаваться немцам, без всяких разговоров, сразу создав своего нео-мини-Гитлера маршала Петена.
А вот большинство левых продолжили сопротивляться немцам.
Поэтому пятая колонна для сражающейся страны, являются олигархи и правые - вот кто главные и ключевые предатели в трудный момент по борьбе с нацизмом. Они все время хотят с ними договорится, вставляя палки армии и заставляя ее отступать, дезорганизуя ее и срывая мобилизацию населения и промышленности, а также сильно затуманивая мозги своим необоснованным ура-патриотизмом - "Можем повторить".
Поэтому главная пятая колонна сражающейся страны - это сами правые и даже происхождение своего названия она тоже ведет от правых Испании, ведь это была та самая знаменитая пятая правая колонна фашистов, которая брала республиканский Мадрид, согласно заявлению одного фашистского генерала Франко.
Союз Сталина с союзниками не решал проблему 41 года и не отодвигал войну. Мало того он был даже еще хуже чем сложившиеся реальность. Он давал необоснованные надежды, как полякам, что придет французская кавалерия и спасет тебя. Никого спасать они не собирались, а они собирались отсиживаться в тылу, за линией Мажино. Посылая в помощь СССР поздравительные мотивирующие открытки в битве под Москвой.
Союз с союзниками вел к уничтожению СССР как социалистического государства, так как после разгрома его в боях с фашистами, союзникам не было нужды возвращать к власти большевиков, их вполне устроили бы Романовы. То есть этот союз - вел к предательству революции.
Потворствуя олигархам, Франция заранее слила ВМВ, так как они сперва разорили часть ее ВПК, ввергли население в нищету, заставили союзников утратить к ней доверие (Польша сильно просела перед войной). А когда потребовалось воевать, оказалось нечем и не за что. В итоге вся политика Франции - это постоянные уступки Германии, которые только глубже загоняли ее в тупик. И все это под громкие призывы правых: “Можем повторить!” (которые только вредили стране).
Главный удар во ВМВ наносился по слабейшим странам, в отличие от ПМВ, поэтому союз Сталина с союзниками автоматически сразу же вел к главному удару по его стране, без всякой помощи от них. А раз нет разницы, зачем платить больше?
Ставка французов и англичан на стратегию по постепенному удушению противника тисками экономической блокады, то есть "санкциями" - полностью провалилась. Оказывается, исход войны решали - "танковые клинья и ковровые бомбардировки".
Но до сих пор, не летальность и легкость этой войны находит своих поклонников.
Союзники искали лоха, который будет за них воевать, пока они будут отсиживаться за крепостной стеной "линии Мажино" и проливами. В конце его ждало полное поражение и разгром, с последующим вознаграждением после победы, хотя реальность показала, что и здесь ожидалось кидалова (польское правительство в изгнание было послано после победы). Польшу удалось развести на эту войну, СССР нет.
Острое желание мира союзников вело их к пути мира с Германией (сепаратный мир) за счет СССР, во время войны, французская элита этим начала грезить почти сразу. Ибо чего это им большевиков жалеть. Германия получила что хотела - восточные колонии, может мир? Даже в этом плане союз Сталина с союзниками, в лице Франции не имел смысла.
К поражение Францию и сдача ее к Гитлеру привели олигархи и правые, повторив путь РИ, которые в трудный момент также побежали сдаваться Кайзеру, боясь левых.
Ответ на пост «Viasat History, время офигительных историй»
Почему наше правительство до сих пор не озаботилось созданием исторического канала рассчитанного на международное вещание, где говорилась бы правда о России? Например RT-history? Такой канал однозначно нужен в качестве ответной меры на западную дезинформационную повестку в отношении нашей страны. Как вы считаете?
Viasat History, время офигительных историй
Только что на Viasat History посмотрел передачу про Наполеона, про его приход к власти и военные кампании, описали часть про вторжение Наполеона в Россию словами "Наполеон победил, но огромной ценой". Критерием победы Наполеона по версии Viasat History стало взятие Москвы. Про Бородино ни слова, французы умирали исключительно из-за голода и холода, про тактику выжженной земли ни слова. Окончательно добило меня продолжение этой саги, сразу после победного ухода Наполеона из России (1812 год) начали рассказывать про победу британцев над Наполеоном в битве при Ватерлоо (1815 год). Про штурм Парижа русскими войсками (1814 год!) и отречение от власти после этого Наполеона ни слова. Если в школах западных стран преподают историю в таком же ключе, то поведение западного политикума по отношению к России совсем не удивительно.
10 мая 1972 года. Кажется, что-то такое я уже слышал.
Статья из Известий от 10 мая 1972 года:
Гибель сенсации
«Сенсация» была выловлена в водах Ла-Манша, точнее, в бухте Сены. Нормандский рыбак нашел в своих сетях несколько микрофонов в пластиковой оболочке, прицепленных к обрывку провода. Вернувшись домой, он сообщил о своем странном улове полиции.
Проведали про находку и газетчики. Репортеры и фотографы ринулись к рыбаку, вызвав в мирной деревушке переполох. Некоторые зараженные шпиономанией газеты, вроде парижской «Орор», не замедлили поднять шум. Какая великолепная оказия для очередной антисоветской провокации! Была срочно сочинена история в духе лучших детективных романов. Микрофоны заброшены советскими разведчиками, утверждала газета. Тем более, вскоре в бухте Сены должны состояться испытания новой французской атомной подводной лодки. Словом, все «ложилось» отлично, и можно было вдоволь покричать, пугая обывателей, о вездесущей «руке Москвы».
Потом все стихло. И газета «Орор» невинным видом в маленькой заметочке заявляет, что микрофоны оказались обычными гидрофонами, какие употребляют для изучения структуры морского дна, в частности, при поиске нефтяных залежей.В самом конце заметки мельком уточнение: «Фальшивые микрофоны-шпионы» оказались. американского производства. Но почему, спрашивается, американские гидрофоны очутились у французских берегов? Газета, предвидя, очевидно, этот вопрос, спешит добавить, что их могло легко затянуть течением из Атлантики в бухту Сены. Так печально для антисоветчиков погибла очередная «сенсация».С. ЗЫКОВ,соб. корр. «Известий».ПАРИЖ, 10 мая. (По телефону).«Известия» 10 мая 1972 года
Материал проекта «50 лет назад», в котором я рассказываю о событиях, произошедших в этот день, ровно 50 лет назад.
Орлеанская дева
Клотильда д`Арк (Clotilde d’Arc), прямой потомок брата св. Жанны д`Арк – Пьера д`Арка – одетая как Жанна д`Арк на праздновании годовщины снятия осады Орлеана.
Снятие осады Орлеана произошло в ночь с 7 на 8 мая. После победы под Орлеаном Жанну прозвали «Орлеанской Девой». День 8 мая до наших дней отмечается каждый год в Орлеане как главный праздник города.
Агент Вертер, или Штирлиц IRL
Завтра (или уже сегодня, в зависимости от того, когда пост выложен будет) органам контрразведки России исполняется 100 лет! С праздником всех причастных!
Ну а сегодняшняя статья будет посвящена злейшему врагу контрразведчика - гениальному советскому супершпиону. Это не Рихард Зорге, не Джейсон Борн, не Натан Хейл и даже не Джеймс Бонд. Слышали когда-нибудь о неком "Агенте Вертере"?
Да нет, не об этом. Я вообще считаю, что загадка, кто такой этот "Вертер" - одна из интереснейших тайн Второй Мировой войны. Почему? Да потому что до сих пор, спустя 77 после Победы, имя этого агента остаётся засекреченным. Многие исследователи и писатели пытались понять, кто такой "Вертер", но в̶с̶е̶ ̶о̶н̶и̶ ̶и̶с̶ч̶е̶з̶л̶и̶ успеха никто так и не добился.
Этот агент определённо относился к высшему военному руководству Третьего рейха, и был настолько силен и безупречен, что стал "не по зубам" ни немецкой контрразведке, ни даже главному контрразведчику немцев - Вальтеру Шелленбергу. С 1942 года до конца войны "Вертер" снабжал советское руководство ценнейшей информацией. Часть информации я возьму из книги Пауля Кареля «Восточный фронт». Вот что он пишет: «Уже с весны 1942 года немецкая контрразведка обнаруживала множество свидетельств, что советское Верховное Главнокомандование постоянно получает информацию о наиболее тщательно охраняемых секретах относительно ведения войны Германией. Советам становятся известны объём производства военной промышленности, количество и состав армий на Восточном фронте, новые виды вооружений и, главное, планы и намерения немецкого Верховного Главнокомандования». Связь с агентом "Вертер" осуществлялась через двойного агента в Швейцарии Рудольфа "Люси" Рёсслера, который, в свою очередь, общался через "Дору" (Шандор Радо). Такая вот сложная, истинно шпионская схема. "Вертер" стал сотрудничать с советской разведкой не позднее марта 1942 года. Вот что за время войны он сумел передать:
- сведения о стратегическом плане германского командования на лето 1942 года;
- анализ причин задержки немецкого наступления на Восточном фронте;
- ряд сообщений о планах германского командования в отношении ведения химической войны, о новых немецких отравляющих веществах и способах их применения, об опытах использования внутриатомной энергии урана для производства атомных бомб;
- планы и намерение военно-политического руководства Германии и командования её вооруженных сил, резервы армии, переброска войск по странам Европы и на Восточный фронт, возможности Германии по производству танков, самолётов, артиллерии, сведения о возможностях развязывания Германией химической войны против Советского Союза.
Возможно, именно он передал Советам чертежи танка "Пантера". Но самым главным его достижением было не это. Одним из основных факторов победы советских войск в Курской битве была полная осведомлённость Ставки и командиров о планах немецких войск. И эти данные Советскому Союзу передал. правильно, агент "Вертер"! Кстати, с планом «Цитадели» Сталин ознакомился за три дня раньше Гитлера и почти на полмесяца раньше, чем Альфред Йодль, глава оперативного руководства верховного командования вермахта. Йодль говорил: "Сталин получил документы о нашем наступлении под Курском куда раньше, чем они оказались у меня на столе".
Вертер совершенно точно входил в ближайший круг доверенных лиц фюрера и посылал свои донесения непосредственно из Ставки Гитлера. Причём со Швейцарией, где находились советские агенты, он, по мнению службы безопасности рейхсфюрера СС (СД), связывался через передатчик госучреждения. "Что, если информация шла с обычных передатчиков Ставки фюрера, передатчиков, которые передавали приказы армейским группам и армиям? Или непосредственно из Растенбурга, или из Берлина с ретрансляционного передатчика?", - задавались вопросом немецкие контрразведчики. Вокруг мест вероятного нахождения шпиона днями и ночами, по лесам и чердакам, в дождь и мороз сидели группы голодных и раздраженных нацистов со спецаппаратурой. Безрезультатно. Оценили размах и наглость супершпиона? Кстати, "Вертер" - один из прототипов небезызвестного Штирлица.
СД перехватывала только часть сообщений, посылаемых "Вертером", но даже это приводило руководство службы в ужас от его осведомлённости. Немецкие контрразведчики совершенно точно знали, что буквально в одном помещении с фюрером находится некий «архипредатель» и. ничего не могли с этим поделать! Начальник германского Генштаба сухопутных войск генерал-полковник Франц Гальдер: "Почти все наступательные немецкие операции становились известны противнику, как только Главное командование Вермахта заканчивало их разработку, даже до того, как планы ложились на мой стол; всё это вследствие измены одного из сотрудников Генерального штаба сухопутных войск. Всю войну мы не могли пресечь утечку информации".
Кто же мог быть этим неуловимым разведчиком? Павел Судоплатов говорит о том, что Советскому Союзу помогала британская спецслужба, передававшая в СССР от имени «Агента Вертера» дозированную информацию, полученную в ходе "Операции Ультра". Однако это маловероятно. "Операция Ультра" - это перехват и дешифровка Блетчли-парком особо важных секретных сообщений германского командования. Но Москва иногда, в особо важных случаях, могла "заказывать" (!) информацию у "Вертера" и быстро получать интересующие сведения! Например, 22 февраля 1943 года, "Начальник" (Москва) - "Доре": "Немедленно получите от Вертера планы Генерального штаба сухопутных войск относительно задач группы армий Клюге". Вскоре эти планы оказались в Кремле. Англичане, по понятным причинам, не могли бы предоставить таких данных. Так что, очевидно, Судоплатов просто отводил подозрения от реального Вертера.
Также высказываются различные предположения, что Вертер - это Генрих Мюллер (глава Гестапо) - как мне кажется, наиболее правдоподобный кандидат; Мартин Борман - начальник Партийной канцелярии НСДАП и секретарь фюрера и Генрих Гофман, личный фотограф Гитлера, который познакомил его с Евой Браун. Теорий - море, н̶о̶ ̶м̶ы̶ ̶т̶о̶ ̶з̶н̶а̶е̶м̶,̶ ̶ч̶т̶о̶ ̶з̶а̶ ̶в̶с̶е̶м̶ ̶с̶т̶о̶и̶т̶ ̶А̶л̶ь̶ф̶а̶р̶и̶й̶. На мой взгляд, там работала целая группа высокопоставленных агентов - слишком уж невероятные навыки для одного человека: умение обращаться со сложной аппаратурой, огромные знания во всех областях и, самое главное, допуск к этим областям, умение проникать в различные учреждения и т. д.
Одно точно - в Ставке знали, кто скрывался за псевдонимом "Вертер" и безоговорочно ему доверяли. И, соответственно, этой информацией обладает российское руководство и российские спецслужбы. Почему же они её так и не опубликовали?
Что почитать по этой теме:
Он спровоцировал Перл-Харбор
7 апреля 1901 года родился один из самых эффективных советских разведчиков, руководивших в Америке резидентурой НКВД
В открытом списке выдающихся советских разведчиков имя Исхака Ахмерова стало встречаться лишь недавно. По выражению одного из ветеранов спецслужб, успешный разведчик зачастую остается безвестным всю свою карьеру, а то и многие годы после. А полковника Исхакова в отечественной разведке официально считают наиболее успешным резидентом времен Второй мировой войны.
Исхак Ахмеров с первой женой Валентиной, конец 1920-х годов. Они познакомились в 1923 году; Валентина Ахмерова также работала в органах госбезопасности и выезжала с мужем в его первую американскую командировку, из которой была отозвана в 1938 году
Cвоего отца родившийся Ахмеров не запомнил: тот умер, когда мальчику еще не исполнилось и года. Сразу после этого мать увезла его из родного городка Троицк Оренбургской губернии под Казань, к деду-скорняку, на чьи скромные доходы в основном и жила семья. Так что после того, как умер и дед, 12 летнем пришлось самому работать.
За следующие шесть лет подростку довелось побывать и батраком, и мальчиком на побегушках, и курьером, и учеником электромонтера, поработать в типографии и наконец устроиться приказчиком в мануфактурную лавку. Последнее место могло стать для расторопного юноши путевкой в жизнь, но Февральская, а затем и Октябрьская революции навсегда изменили его судьбу. Магазин закрылся, а молодой Исхак добился направления на курсы счетоводов в Москву: Ахмерову очень хотелось учиться.
Эта страсть чуть позже, когда он успел поработать в Казани снабженцем в разных советских учреждениях, привела его в Коммунистический университет трудящихся Востока. Сюда молодого коммуниста отправили по его собственной просьбе: он стремился получить высшее образование, чтобы открыть себе как можно больше путей в жизни.
В этом университете, который готовил управленческие кадры для национальных республик СССР, Исхак проучился всего год, после чего способного студента, проявлявшего особую склонность к изучению иностранных языков, перевели в Первый Московский университет, как тогда назывался МГУ, на факультет международных отношений — предшественник МГИМО.
Закончить учебу с первого раза Исхаку Ахмерову не удалось: в 1923 году он устроился работать заместителем директора педагогического техникума, а двумя годами позже молодого человека, знавшего к тому времени пять языков — русский, татарский, английский, французский и турецкий, приняли на работу в Наркомат иностранных дел референтом. А вскоре его отправили дипломатическим агентом в Бухарскую ССР. Через год, когда эта республика вошла в состав Советского Союза, отлично зарекомендовавший себя Ахмеров стал секретарем в Генеральном консульстве СССР в Стамбуле, а еще через два года – временно исполняющим должность генерального консула в Трапезунде.
Перед первой зарубежной командировкой в Китай новому сотруднику, свободно владевшему пятью языками, разработали такую легенду: турецкий студент-востоковед отправляется в Пекин, чтобы на практике познакомиться с китайской культурой, а заодно подтянуть свои знания английского языка, учась в пекинском американском колледже.
Получивший оперативный псевдоним Юнг «турецкоподданный» добился выдачи сначала китайской визы в Риме, затем получил советскую транзитную визу (в посольстве Китая ему объяснили, что путь через СССР быстрее и безопаснее) и в 1934 году прибыл на место. Довольно быстро Юнгу удалось обрасти полезными связями, прежде всего среди товарищей-студентов: многие из них были детьми работавших в Пекине дипломатов и делились весьма ценной информацией.
Такой успех Юнга не остался незамеченным в Москве, и через год его срочно отзывают домой, чтобы сразу же отправить в новую загранкомандировку, на этот раз в США. Поводом для спешки стала необходимость расширения советской резидентуры в этой стране. В августе 1934 года прежний резидент, Валентин Марков, живший и работавший в Америке под именем Артура Вальтера, при загадочных обстоятельствах скончался. Он был найден в бане отеля «Луксор» в Нью-Йорке с ранением в голову и вскоре умер в больнице от пневмонии. Руководителя резидентуры заменил разведчик Борис Базаров, который и запросил для себя помощников: резидентура разрасталась, и вести всю агентурную работу одному становилось непросто.
Поэтому едва успевший прийти в себя после Пекина агент Юнг получил в Москве все необходимые инструкции и отбыл в Швейцарию, где получил американскую визу и несколько дней спустя на пароходе «Нормандия» отбыл из французского Шербурга в Нью-Йорк. И вскоре в стенах Колумбийского университета появился новый студент Билл Грейнке, а в Москве получили первые шифровки от агента Юнга.
Первая командировка в США заняла у Исхака Ахмерова четыре года, за которые он успел создать собственную разведсеть. В нее входили два десятка высокопоставленных чинов в самых разных американских ведомствах, в том числе военные и дипломаты, а также сотрудники Госдепартамента и министерства финансов. Это позволяло Ахмерову получать копии докладов американских дипломатов в Европе и подробно информировать Москву о позиции США по тем или иным международным вопросам. Именно в это время главной помощницей советского разведчика стала Хелен Лоури — племянница генерального секретаря Компартии США Эрла Браудера.
Начав с обеспечения разведчиков конспиративными квартирами, она чуть позже стала добывать для них легальные документы и выполнять обязанности связного, а в конце концов начала и сама получать информацию для резидентуры.
В 1939 году американская резидентура НКВД получила приказ наркома свернуть деятельность, законсервировать источники и в полном составе вернуться в Москву
В ответ Исхак Ахмеров отправил телеграмму с просьбой разрешить ему остаться в США и продолжить работу, а также… жениться на Хелен Лоури, получившей к тому времени оперативный псевдоним Таня. Как вспоминал позднее его непосредственный руководитель начальник внешней разведки НКВД Павел Фитин, эта просьба вызвала сильное раздражение у наркома Лаврентия Берии, и только напоминание о том, что Браудеру благоволит сам Сталин, смягчило ситуацию. В том же 1939 году Исхак с Хелен поженились, а через год, когда Ахмеров все-таки вернулся в Москву, его жена получила советское гражданство под именем Елены Ивановны Ахмеровой.
Полковник Исхак Ахмеров и его вторая жена Елена Ивановна, она же Хелен Лоури, конец 1960-х годов
Во многих исследованиях говорится, что в 1940-41 годах Исхак Ахмеров из-за своей строптивости был понижен в должности до стажера. Однако по сведениям разведчика генерал-лейтенанта Виталия Павлова, именно в это время он вместе с Ахмеровым занимался разработкой и реализацией операции «Снег», целью которой было перенацеливание интересов Японии с СССР на США. Исхак подготовил специальный меморандум, в котором как специалист по Китаю дал свои рекомендации относительно того, какую позицию следует занять Америке по отношению к действиям японцев на Дальнем Востоке. В конечном итоге стараниями Виталия Павлова этот меморандум попал в руки одного из американских чиновников, и все его положения в конечном счете вошли в знаменитую ноту госсекретаря США Корделла Халла, переданную японскому послу 26 ноября 1941 года и ставшую одной из причин того, что в декабре 1941 года Япония начала войну не с Советским Союзом, а с США.
После Перл-Харбора, когда стало ясно, что операция «Снег» удалась, Юнга решили вернуть в Америку руководителем нелегальной резидентуры. К этому времени одной из важнейших задач, поставленных перед внешней разведкой НКВД, стала добыча информации по разработке в США атомной бомбы, и источники Ахмерова сумели ее обеспечить.
Кроме того, ему удалось наладить получение информации о планах и действиях Германии, которая поступала по каналам американских спецслужб и дополняла данные, поступавшие в Москву по другим каналам. В частности, некоторые исследователи считают, что Ахмеров был одним из тех разведчиков, которые сообщили о готовящихся сепаратных переговорах в Берне, а также о том, что США разыскивают и вывозят к себе немецких ученых, имеющих отношение к работам по атомной и ракетной тематике.
По данным СВР, в общей сложности только в 1943-45 годах резидентура Юнга сумела передать в Центр 2500 микропленок, информация с которых после обработки заняла свыше 75 тысяч машинописных страниц. Чрезвычайно эффективная сеть могла бы работать и дальше, если бы не предательство одного из агентов — Элизабет Бентли, работавшей с Ахмеровым с 1943 года.
Юнга и Таню спешно эвакуировали в Москву, где полковник Ахмеров занял должность заместителя начальника управления внешней разведки. Он трудился на этой должности десять лет и отвечал в том числе за подготовку знаменитого разведчика Рудольфа Абеля, а после отставки продолжал периодически работать в качестве преподавателя английского языка в Высшей школе КГБ вплоть до своей смерти в 1976 году.
Последний крах Наполеона
21 июня 1815 года, через три дня после своего поражения при Ватерлоо, Наполеон оставил свою армию в Париже. Как показывает письмо, написанное его брату Жозефу, император считал, что его положение не было полностью безвыходным:
“Еще не все потеряно. Я полагаю, что если я соберу свои армии, у меня будет 150 000 человек. Федералы и Национальная гвардия также могут предоставить 100 000 человек. Складские батальоны, 50 000 человек. Следовательно, у меня должно быть 300 000 человек, чтобы противостоять врагу. Я буду перевозить артиллерию на роскошных лошадях и наберу 100 000 призывников. Я дам им оружие роялистов. Я буду преследовать врага, но мне нужно, чтобы мне помогали, а не отвлекали. Все еще можно исправить”.
Несмотря на отчаяние, это письмо следует прочитать в свете множества невероятных событий, произошедших всего за четыре месяца. Император, побежденный и брошенный на острове Эльба, высадился с горсткой солдат в Гольф-Жюане 1 марта 1815 года. Солдаты, посланные королем Людовиком XVIII, чтобы перехватить его, перешли на сторону корсиканца. 20 марта 1815 года он прибыл в Париж, где его встретили как героя. Наполеон надеялся, что европейские правительства воспримут его возвращение как свершившийся факт. Он ошибался. Переговоры с рядом европейских держав были невозможны, и его сразу же заклеймили как преступника. Исчерпав все дипломатические возможности, Наполеон снова вступил в войну.
Однако французская армия находилась уже не в том состоянии, в каком она была в 1814 году. Солдаты в основном поддерживали императора, но маршалы, те самые, которые отказались сражаться и вынудили его отречься от престола, дезертировали и последовали за Людовиком XVIII в изгнание. Гражданские лица тоже не были единодушно довольны возвращением Наполеона. Если парижане в основном выступали за его возвращение, то другие активно этому препятствовали. В Вандее вспыхнули восстания роялистов. Чтобы гарантировать поддержку мелкой буржуазии и также представителей ряда зажиточных граждан, Наполеон согласился на избранное парламентское собрание. Но все это не предотвратило поражения в битве при Ватерлоо.
К концу июня 1815 года против него действовал полностью сформированный "внутренний"фронт, возглавляемый министром полиции Жозефом Фуше, который был убежден, что возвращение Людовика XVIII неизбежно. Сначала он попытался убедить Наполеона отречься от престола в пользу своего сына Наполеона II. Министру также удалось принять предложение, в котором говорилось, что любая попытка распустить парламент является преступлением, представляющим собой государственную измену. Потрясенный Наполеон согласился отречься от престола и провозгласил:
“Граждане Франции! Я начал войну, чтобы поддержать национальную независимость. Я надеялся на объединение всех усилий, решимость и сотрудничество всех национальных властей. Я был прав, надеясь на успех, и бросил вызов вражеским заявлениям против меня. Обстоятельства изменились. Я приношу себя в жертву ненависти врагов Франции. Пусть они будут искренни в своих заявлениях и питают враждебность только к моей персоне! Моя политическая жизнь закончена, и я провозглашаю своего сына под именем Наполеона II императором Франции. [. ] Объединяйтесь для общего блага и оставайтесь независимой нацией".
Попытка продвинуть сына провалилась - маленький мальчик находился в Вене со своей матерью, под властью австрийского императора.
Наполеон пытался найти место, где можно было бы укрыться. Он думал о Соединенных Штатах Америки, особенно с тех пор, как Жозеф Фуше заставил его поверить, что британцы согласились позволить ему уплыть. Но как только он добрался до Рошфора 3 июля 1815 года, он обнаружил, что его одурачили. Обдумав тайную попытку прорвать британскую морскую блокаду, экс-император попросил у британцев убежища и 15 июля поднялся на борт "Беллерофонта", которым командовал капитан Мейтленд. “Я отдаю себя под защиту вашего принца и ваших законов”, - заявил Наполеон британскому офицеру.
И снова французский лидер был введен в заблуждение. Британский премьер-министр, еще до того, как узнал о капитуляции, решил отправить его подальше от Европы, либо в Кейптаун, либо на остров Святой Елены.
31 июля 1815 года, находясь на борту "Беллерофонта", Наполеон узнал от двух британских офицеров, что его отправят на остров Святой Елены. 4 августа 1815 года он написал протест против этого решения: “Я протестую против насилия, совершенного надо мной, против моей личности и моей свободы. Я поднялся на борт "Беллерофонта" как свободный человек. Я не пленник. ".
Решение сослать Наполеона на остров Святой Елены было весьма удачным. Этот остров не был владением короны, а принадлежал Ост-Индской компании. Таким образом, британские права были там неприменимы, и можно было содержать заключенного там, не подвергая суду трибунала. Однако Наполеону разрешили взять с собой спутников. Его спутники, все добровольцы, состояли из трех офицеров, врача, секретаря и дюжины слуг.
Наполеон и его двор были переведены на корабль ее величества "Нортумберленд" 7 августа. Корабль отплыл 9 августа, а 15 октября 1815 года они достигли острова Святой Елены. Место было идеальным для выполнения задачи по "заточению". Стратегический пункт в Южной Атлантике, в тысячах километров от любого континента, труднодоступный, естественно защищенный скалами.
Дом Наполеона еще не был готов, и ему пришлось пока жить в Бриарсе, собственности, принадлежащей Уильяму Балькомбу, агенту Ост-Индской компании. 10 декабря 1815 года Наполеон был переведен в Лонгвуд, его последний дом. Заведение было не очень большим. Пятьдесят человек постоянно жили с императором в этом месте, пострадавшем от сильных ветров, влажном и кишащем крысами.
В апреле 1816 года новый губернатор, сэр Хадсон Лоу, встретился с Наполеоном. Мужчины мгновенно невзлюбили друг друга. Лоу получил от своего правительства указание жестоко обращаться с Наполеоном. И Лоу старался сделать жизнь своих подопечных как можно более сложной.
Спутники Наполеона, понимая, что они живут в необычные времена, записывали каждый факт и каждое слово, произнесенное Наполеоном. Французский историк Жан Тулар отметил, что не менее 38 британских и французских свидетельств были написаны различными свидетелями. Наполеон, как только узнал, что его отправят в ссылку, работал над своими мемуарами и другими текстами. Несмотря на то, что британцы следили за ним, ему удалось подкупить проходивших мимо моряков, чтобы отправлять почту. Он потратил на это более миллиона франков, надеясь повлиять на общественное мнение в Британии, где его популярность никогда не переставала расти. В Англии он анонимно опубликовал две брошюры и три книги. В них он оправдывал свое правление и критиковал свое пленение.
В марте 1817 года Палата лордов обсудила ситуацию с Наполеоном после “обращения к британской нации”, опубликованного анонимно. Один из соратников Наполеона, генерал Гурго, которого сам император попросил покинуть остров Святой Елены, сказал британскому министру, что пленнику стало лучше, чем когда-либо, и что его жалобы были притворством. После этой неосторожности британское правительство отказалось улучшить ситуацию.
Судьба Наполеона вновь обсуждалась на конгрессе в Ахене в конце 1818 года. Европейские монархи в очередной раз отвергли любые попытки улучшить судьбу корсиканца, основываясь на показаниях Гурго.
С 1819 года Наполеона видели все реже и реже. Он страдал от различных недугов. Язвы и небольшие кровотечения ослабили его. В конце 1820 года он уже не мог передвигаться без посторонней помощи. Понимая серьезность своего положения, Наполеон написал свое завещание в апреле 1821 года.