Дженнифер Энистон: «Я слишком поздно узнала свой диагноз»

Нет в Голливуде актрисы, на которую так бы давили, как на Дженнифер Энистон . Жалостью — после того, как ее бросил Брэд Питт ради Анджелины Джоли .

Потом — стремлением выдать замуж. А когда она наконец-то в прошлом августе справила свадьбу — постоянным обсуждением, беременна она или нет.

Дженнифер сохраняет все эти годы железную выдержку. К тому же она освоила все приемы конспирации. Но как оставаться хладнокровной, когда тебя без конца осаждают вопросами о детях. Однажды на суперпопулярном телешоу актриса буквально воззвала к милости своих фанатов: «Оказываемое на меня давление по поводу ребенка ужасно несправедливо». Но призыв не услышали. И папарацци по заданию редакций продолжают целиться своими объективами в область ее талии.

В последнее время дело дошло уже до настоящего абсурда. В мае Джен с мужем Джастином отдыхали на Багамах. В закрытом от посторонних глаз отеле. Что обычно только раззадоривает репортеров. На фото со строго охраняемого пляжа у Дженнифер предательски выпирал животик. Все немедленно написали, что 47-летняя актриса наконец-то сумела забеременеть. На следующий день ее пресс-агент опуб­ликовал выдержанное в саркастическом тоне опровержение: «Дженнифер просто плотно поела. Так сказать, позволила себе на отдыхе роскошь вкусного ланча, находясь на частной территории и никого не опасаясь».

Пожалуй, единственный позитивный момент для актрисы — на фоне «беременности» резко сократились слухи о «неминуемом» или «грядущем» разводе, «ужасающих отношениях» между супругами и прочие страшилки. Наоборот — Джастину стали приписывать безупречное поведение и нежнейшую любовь «к матери своего будущего ребенка». Более того — отдельные особо креативные «источники» уверяют, будто «беременность» спасла их брак! Хорошо, что у Дженнифер отличное чувство юмора. Иначе ведь и сойти с ума недолго. И действительно впасть в депрессию — если не удается забеременеть или что-то не складывается с усыновлением.

Ходят слухи, будто Джен занимается этим вопросом под руководством своей подруги Сандры Буллок и, обладая недюжинным талантом конспиратора, умудряется хранить процесс в тайне. А может, Энистон и вовсе пришла к выводу — вместе с супругом, — что не станет матерью. И самое главное — научилась не превращать свою жизнь из-за этого в ад. Разве такое невозможно?

Надо сказать, что Дженнифер словно издевается над любопытствующими, подбрасывая очередную «новость», которая забавнейшим образом опровергает вчерашнюю. Например, Джен обожает переодеваться. Только появится подпись в таблоиде под ее фото, типа: «Сегодня Дженнифер снова прикрывала свой живот сумкой! Неужели 47-летняя Энистон наконец-то забеременела?» Или: «Дженнифер носит ребенка! Иначе зачем она надела такой большой свитер?» — как через несколько дней актриса появляется в обтягивающей футболке и джинсах. Возможно, Дженнифер все-таки рассчитывает — когда-нибудь эта игра надоест публике и ее оставят в покое? Ведь еще никого не прессинговали в Голливуде новейших времен столь безжалостно, как бывшую жену Брэда Питта .

— Вас привыкли видеть уравновешенной, позитивной, человечной и доброй. Но наверняка нелегко все это дается — учитывая, сколько у вас в жизни было серьезных проблем, боли и разочарований…

— Это правда. В том числе боли физической. Например, мало кто знает, как я страдала от адских болей в шее. У меня защемило нерв в результате стресса. И только благодаря помощи удивительного врача с уникальной методикой постепенно удалось восстановиться, боли исчезли.

Множество лет, не буду скрывать, я посещала психотерапевта. К моему великому несчастью, эта женщина умерла от инфаркта. Это стало большим личным потрясением для меня. Еще одной потерей в жизни… Тем более, все случилось вскоре после развода с Брэдом, безумная тогда была ситуация… Но, к счастью, мой терапевт научила меня за четыре года, что я с ней работала, справляться с очень важными проблемами. Преодолевать гнев, ярость, злость, учиться выплескивать эти эмоции, не боясь быть убитой в ответ, понимаете?

Раньше я многое держала в себе. Такое поведение называется пассивно-агрессивным. Когда думаешь, что лучше ничего не говорить, промолчать. Но это приводит лишь к пассивному выражению агрессии, накопившейся внутри тебя. Нельзя беситься от ярости, устраивать истерики, наливаясь краской так, что вены вздуваются, пугать людей. Но и прятать голову в песок тоже нельзя. У меня ушли годы на то, чтобы научиться всему этому…

Я ненавижу конфликты. Любого рода конфронтацию. Ненавижу. Помню, после ухода моего психотерапевта я с невероятной благодарностью думала: «Господи, все, о чем мы говорили, что обсуждали, позволяет и помогает мне оставаться спокойной. Несмотря на переживания, вполне естественные и по-человечески понятные…» Именно это она помогла мне понять — переживания бывают понятны и естественны, не являются чем-то из ряда вон выходящим, и любой человек, даже убежденный, что находится в непреодолимом их плену, способен на самом деле справиться с собой. Главное, чему она меня научила — умению постоять за себя в жизни. В любой ситуации.

— Это не мешает вам в актерской карьере? Наверное, не всем режиссерам нравится такая самостоятельность и подобное умение…

— Да, вы правы. Я привыкла все держать под личным контролем. Это тоже одна из моих проблем, с которой я успешно — надеюсь — продолжаю бороться. Мое детство было настолько лишено всяческого порядка и нормальных правил, что когда я выросла и сумела из этого хаоса вырваться, маниакально стараюсь контролировать все, что можно и нельзя. Мне до сих пор приходится на площадке прикусывать свой язык. Особенно если режиссер не очень хороший. Такие режиссеры обычно истерят, вместо того чтобы решать проблемы по мере их поступления, и почему-то считают, что их страдания и неумение решать проблемы должны отражаться на всех участниках процесса. Вот я и стараюсь помалкивать, даже если знаю, как можно было бы с этим справиться.

— Все мы родом из детства — это точно про вас сказано…

— Знаете, я не виню во всем родителей. Важно, что я сумела найти себя, стать актрисой, пробиться и так далее. Несмотря на множество препятствий. У меня ведь была дислексия. Но самое ужасное, что узнала я о ней очень поздно. Мне было за двадцать, когда я пришла к окулисту проверить зрение. Вот тут-то и выяснилось — мои проб­лемы со зрением тоже связаны с этой болезнью или особенностью. Я тогда ужасно расстроилась. Не столько из-за самого факта и диагноза, сколько из-за того, что поздно его узнала. Ведь знай я об этом еще в детстве, скольких драм, трагедий и переживаний могла бы избежать! Я же пребывала в печальной уверенности, что глупа и ни на что не способна. Вечно страдала из-за заниженной самооценки. Если бы я знала, в чем на самом деле причина моих не слишком великих успехов в учебе, например! Но меня тем не менее любили в школе. Я была забавной и умела всех рассмешить. Мало читала, мало знала, но хорошо рисовала, рукодельничала и конечно же выступала на сцене! Вот где мои недостатки превращались в достоинства! (Смеется.)

— Маму вы все равно не можете до конца простить. (Много лет Дженнифер и ее мать Нэнси Доу не общались, поскольку Нэнси написала о дочери книгу, не получив на то ее согласия. Энистон посчитала это предательством, и не без оснований — откровения матери принесли Дженнифер много страданий и унижений. Лишь с появлением в жизни Джен ее нынешнего супруга она возобновила контакт с матерью, и как утверждают, по настоянию мужа. Нэнси долго и тяжело болела, и дочь навещала мать в больнице до самой ее смерти 25 мая нынешнего года. — Прим. ред.)

— Все несколько сложнее. Никто не безупречен. Нет идеальных людей. Человеческие существа ошибаются. Мама была красавицей. Моделью. Когда я смотрела на нее, понимала, что никогда мне так не выглядеть. Но это же не ее вина, что я родилась не такой роскошной красоткой, как она? Нужно уметь прощать. Это заложено в человеческой природе. Знаете, я очень любила свою бабушку, папину маму. Она жила в Греции. И я ездила к ней на каникулы, потрясающе проводила время среди своих греческих родных. Добрые, веселые, сердечные, красивые люди, особенно бабуля. Она была моей отдушиной. Но она же и причинила мне страшную боль. Ее смерть — а мне тогда был 21 год — стала одной из первых трагедий в моей жизни… Первой настоящей потерей…

— Ваша мама Нэнси Доу успела посмотреть ваш новый фильм «Несносные леди»? (Оригинальное название фильма на английском языке — «Mother’s Day», то есть День матери, праздник, который отмечают в Америке на государственном уровне.)

— Мама смотрела все мои фильмы. Не скажу, что я всегда праздновала вместе с ней День матери. Но в последние годы я обязательно маму поздравляла… Мама осталась очень рано без мужа (отец Дженнифер, актер, бросил семью, когда дочке было девять лет. — Прим. ред.) и растила меня и брата одна. Многие, кстати, в ее поколении были матерями-одиночками. Что касается фильма, то приглашение от режиссера «Красотки», да еще возможность сняться в комедии вместе с самой «красоткой» Джулией Робертс — от такого не отказываются. Я поклонница фильмов Гэрри Маршалла — «Странная парочка», «Счастливые дни», «Сбежавшая невеста». Поэтому согласилась, практически не прочитав сценария.