Чем занимается человек, управляющий «ой, республикой»

Позвольте начать не с событийного повода, а с. воспоминаний об одном эпизоде, который довелось пережить в далекие советские годы. В те годы вместо брюк я носил шорты, вместо носков — гольфы и часто был называем воспитателями своей группы «наш умница» — за сообразительность и смышленость. Несколько штрихов о себе, любимом — для полнейшего представления о том, что я сейчас хочу поведать. Спасибо родителям, не ленившимся читать мне книги, я был действительно развит для своих лет, имел довольно широкий кругозор и, к полнейшему восторгу дошкольных педагогинь, покладистый характер. Недостаток имел только один — часто простужался и болел, отчего частенько оставался дома вместо того, чтобы резвиться вместе с остальными сверстниками в детском саду, но этот факт, скорее, омрачал настроение уже не воспитателей, но моих родителей.

Случилось мне однажды заболеть ангиной — по закону подлости именно тогда, когда все дети нашей группы начали готовиться к открытому занятию: то есть к мероприятию, если мне не изменяет память, проводимому раз в квартал, на которое приглашались серьезные тетеньки из РОНО, которые усаживались за самые задние столы в группе и что-то писали в пухлые тетради, поблескивая очочками на то и дело запинавшуюся от волнения воспитательницу, обучавшую нас азам лепки или рисования. На сей раз, правда, намечалось не какое-то рядовое занятие по пению или ФЭМП (формированию элементарных математических представлений у детей дошкольного возраста) но аж беседа, посвященная дню рождения Ленина. Понимаю, что это звучит несколько нелепо, но лет 35 назад это было вполне нормально: посвящать годовщине партийного лидера детские утренники и разучивать с пятилетними детьми текст «Марсельезы». Итак, к открытому занятию наши начали готовиться аккурат тогда, когда мое вспухшее горло заволок ненастный налет, причем настолько основательный, что и ни о каком посещении ДДУ не могло идти речи в ближайший месяц. И я, гордость и надежда воспитательского состава на подобных мероприятиях, был вынужден оставаться дома, тогда как мои сотоварищи ежедневно подвергались ласковой дрессуре, именовавшейся «подготовкой к празднику». На репетициях к уроку дети разучивали правильное произношение ФИО вождя мирового пролетариата, учились без запинки отвечать, какого числа родился великий Ленин и запоминали загадочное словосочетание: «Коммунистическая Партия Советского Союза», причем обязательно так, чтобы слова проговаривались именно в этой последовательности и ни в какой иной. Я обо всем этом, правда, и не знал: лежал себе на постели, вяло играл с пластмассовыми солдатиками, морщась от боли, понемножку пил специально для меня нагретый морс и с не меньшим отвращением сглатывал лекарство.

Черт дернул нашего педиатра выписать меня, признав годным для посещения детского сада аккурат накануне открытого урока. И я пришел в детский сад прямо с корабля на бал: похудевший, одичавший, но горящий огромным желанием приобщиться к массовому празднику. За столиками уже сидели мои друзья-приятели. За задними столиками — суровые грузные тети в очках. Окинув беглым взглядом собравшихся, я отметил, что тетеньки невероятным образом размножились: если раньше на открытые занятия их приходило не более трех штук, то сегодня их было не менее восьми. Не в пример обычным дням была и воспитатель особенно торжественна и хороша.

«Дети, какой сегодня праздник?» — спросила фальшивым и неестественно высоким голосом Валентина Николаевна. Обученные в течение месяца сотоварищи дружно подняли руки. Оглядевшись по сторонам, я понял, что дело безнадежно плохо. Какой сегодня праздник, я не знал.

То, что меня выпустили в детский сад после долгой хвори для меня, безусловно, было праздником, но и в пять лет я не мог не понимать, что скопище сердитых теток вдоль стены игровой комнаты и потрескивающая от лака прическа воспитателя — вряд ли в мою честь.

Основная подсказка, впрочем, находилось рядом: на мольберте, который в мирные времена нам служил доской почета наших хенд-мейд усилий после уроков рисования, был установлено карандашно-графическое изображение Дедушки Ильича с характерным хитрым прищуром.

«Правильно, дети, сегодня — день рождения Владимира Ильича Ленина, нашего дедушки Ленина, которого мы видим на нашем портрете, — откликнулась воспитатель, порозовев от удовольствия. Дело, по-видимому, заладилось: все шло как надо, по сценарию. — А кто мне скажет: кто он, Владимир Ильич Ленин?»

Жизнь наладилась: кто такой Ленин — я знал. То, что он — последователь многодетного отца Карла Маркса и преуспевающего бизнесмена Фридриха Энгельса, я, конечно, в силу умственной ограниченности, не ведал, но то, что вот этого лысеющего пенсионера в галстуке в горох зовут именно Владимиром Лениным — я был уверен абсолютно. Так же, как и то, что бородатого сердитого его ровесника (если судить по внешнему виду), висящего в углу деревенского дома моей бабушки зовут Николай Чудотворец.

«Совершенно верно, дети, — проявила радость воспитатель, услышав от Наташеньки Егоровой ответ о том, что «Ленин — это наш вождь»

Окрыленный успехом удачных ответов своих сотоварищей, я также поднял руку. И тут воспитатель, заметив мои телодвижения, совершила непростительную ошибку. «А ну-ка, Сашенька, — обрадовалась она мне как родному. — Скажи нам: что создал Владимир Ильич Ленин?»

«Он создал мир!» — покраснев от удовольствия, вскочил и выкрикнул я.

Повисла нехорошая пауза. Я не увидел, но почувствовал, как грозные монументальные тетки-инспекторши на задних рядах впились своими очками в мои хрупкие детские позвонки. То, что я брякнул что-то совсем не то — было ясно и по лицу нашей воспитательницы, с которой в момент схлынула краска и цветом лица она сроднилась с собственным белым воротничком платья. На раздумья — как спасти ситуацию - не оставалось времени. «Он вместе с боженькой создал наш мир!» — пошел я ва-банк.

Чем закончился открытый урок — помню смутно, больше со слов матери, которую спешно вызвали с работы для беседы. Ни о каком моем участии в утреннике, куда затем отправились все дети, не могло быть и речи. Догадываюсь, что у нашей Валентины Николаевны были большие неприятности: время было брежневское, никакой перестройкой в стране не пахло.

Я забыл эту историю. Но живо вспомнил ее фрагменты, увидев накануне один видеосюжет.

«В разгаре первая и, кстати, единственная летняя смена пришкольных лагерей, — начинается видеоматериал, который вполне легально был пропущен на одном из местных ТВ. — Они сейчас работают по всей республике. Как ребята проводят день и хорошо ли питаются. Сегодня с проверкой в школы нагрянула внушительная комиссия из чиновников и журналистов. Возглавил ее Михаил Игнатьев». Вот как. Возглавил внушительную комиссию. Прямо не глава Чувашии а предводитель команчей.

Что ни говорите, а нынешние дети, не в пример нашему поколению, более подкованы и проинформированы в вопросах, которыми больше пристало интересоваться взрослым членам общества. То, что глава Чувашии для нынешних школьников «правит ой, республикой», а не «создал мир», как случилось с «моим» Лениным в пятилетнем возрасте — это безусловный плюс. Как говорится, один-ноль в пользу нынешнего поколения. Впрочем, если бы съемочная группа спросила не представителя не школы, но детского сада — а кто такой Михаил Игнатьев и что он создал, я догадываюсь, на какие ответы она бы нарвалась. По-видимому, не стали искушать судьбу.

Это что, простите? Разговор на равных?! Я не могу судить об интеллектуальном уровне главы Чувашии, ибо не знаком лично. Но после вот этого краткого диалога главы с детьми я начинаю думать не очень хорошо о человеке, который управляет нашей «ой, республикой». Добро бы, это был первый такой сюжет, где первое лицо Чувашии было показано таким, какое оно есть. Нечто подобное уже было мной замечено на местном ТВ:

Поначалу у меня сложилось впечатление, что главу Чувашии жестко, как принято изъясняться в Сети, «троллят». Причем малопочетным процессом дискредитации доброго имени Михаила Игнатьева, как мне поначалу подумалось, занимаются те, кто должен бы, по логике вещей, отвечать за создание положительного имиджа руководителя региона. А не издеваться над ним.

Но, просмотрев сюжет, понял, что тут все намного глубже. Надеюсь, моей коллеге по цеху за сюжет не попадет. Положа руку на сердце: она-то при чем?! Как говорится, неча на зеркало пенять. Она спасала ситуацию как могла. И сюжет лепила из того, что было. Позволю себе привести небольшой отрывок сюжета — так, как он изложен на официальном сайте телекомпании. «Пример школьников оказался заразительным. Глава города и глава республики также взялись за благоустройство клумбы». «Давайте воду. По технологии сажать будем!» — сажает росток Михаил Игнатьев. Пока старшие работают, ученики начальных классов отдыхают и развлекаются. «Сплетен, слухов много: бюджет выделяет деньги, а дети ничем не занимаются. Мы оценили: дети приходят сюда, трудятся, они под присмотром, два раза в день горячее питание, - констатировал глава Чувашии Михаил Игнатьев»