"Это - безумие! Почему власть этого не понимает?"

В четверг 28 декабря был жестоко избит координатор "Экологической вахты по Северному Кавказу" Андрей Рудомаха: у него перелом костей основания черепа, костей носа, ушиб головного мозга и пневмоцефалия (в череп попал воздух). Соратники Рудомахи связывают нападение с его деятельностью. В частности, на днях его организация осмелилась озвучить факт браконьерской охоты, в которой предположительно участвовали высокопоставленные чиновники. Кроме того, им удалось подтвердить, что приблеженец Путина отстроил дачу на землях лесного фонда. В ходе избиения нападавшие похитили у Рудомахи документы, доказывающие этот факт.

Накануне инцидента Рудомаха дал большое интервью "Кавказ.Реалии" в котором рассказал о преследовании "Эковахты", отношениях с властями Краснодарского края, влиянии Олимпиады на природу и климат Северного Кавказа и угрозе странам черноморского региона из-за действий "Роснефти".

- С какими вызовами столкнулась ваша организация в 2017 году?

- В этом году продолжалась интенсивная кампания давления на нас. Началось это весной 2016-го по инициативе двух депутатов Госдумы. Сначала Эльмира Глубоковская попросила прокуратуру проверить "содержащуюся в СМИ информацию о связи 'Эковахты' с западными фондами, преследующими конкретные политические цели на территории нашей страны". В результате нас включили в список иностранных агентов и оштрафовали на 800 тысяч рублей, что поставило нас в очень трудное положение.

Затем бывший вице-губернатор Краснодарского края, а ныне депутат "Справедливой России" Александр Ремезков добился возбуждения уголовного дела по статье "клевета" за наши публикации о незаконно построенной элитной недвижимости, которой пользуется он и его семья.

- На чем основано включение в реестр НКО-иноагентов?

- Мы не получаем иностранное финансирование с 2013 года. С тех пор у нас заморожены счета. Однако они незаконно, без судебного решения, в нарушение банковской тайны получили данные со счетов моего заместителя Дмитрия Шевченко и тот факт, что ему поступали деньги, был объявлен доказательством иностранного финансирования.

- Вся эта история сильно подорвала работоспособность организации?

- Она очень сильно отвлекает меня лично. Приходится тратить время не на природоохранную деятельность, а на преодоления всех этих сложностей. Конечно, полностью не подорвала, хотя, видимо, в этом была основная задача кампании против нас. Все признают, в том числе и сами чиновники, что на Северном Кавказе наиболее комплексно действуем в природоохранной сфере. Занимаемся массой вещей, конкретными проблемами - вопросами захвата земель, нарушения прав граждан, уничтожения памятников природы.

- Довольно странно, что вся эта история произошла уже после того, как вы нашли общий язык с губернатором Вениамином Кондратьевым, что, кстати, многих удивило. Как вы для себя все это объясняете?

- Во многом это и стало спусковым крючком. Альянс "Эковахты" и губернатора затронул многие интересы. Мы же не экстремисты, и у нас нет задачи бороться с властью. Наоборот, если появляется нормальный чиновник, то всегда готовы сотрудничать.

Мы занимаем позицию критическую, но есть объективный факт - когда была команда Ткачева, вся эта "старая гвардия" активно пилила земли общего пользования. Когда пришел Кондратьев, очень многие процессы были остановлены и отмотаны обратно.

- Нельзя отрицать, что проблемы экологии и политика идут рука об руку. Так где эта грань между охраной природы и оппозиционной деятельностью?

- К сожалению, при нынешнем уровне коррупции в нашей стране так и есть. "Эковахта" действует с 1997 года, и мы очень долго были вне политического поля. А потом так получилось, что многие вопросы упирались в интересы властьимущих. Тогда действительно пришло понимание, что политика и экология тесно связаны. В свое время я попытался возглавить краевое отделение партии "Яблоко", но затем нас разогнали. Так в Москве решили. Мы были плохо управляемыми и имели свое мнение по многим вопросами. Сейчас никакой политической "крыши" у нас нет, и политикой мы не занимаемся.

- Каковы, по вашему мнению, самые серьезные угрозы для окружающей среды на Северном Кавказе?

- Наибольшую угрозу несет в себе дальнейшее освоение Красной Поляны, расползание горнолыжных курортов "Роза-Хутор" и "Газпром", их вторжение в сочинский заказник, на участки, которые, согласно международным обязательствам России, после Олимпиады должны быть включены в состав Кавказского заповедника. Это - крупнейший в Европе массив дикой природы, уникальный в мировом масштабе.

До Сочи нигде в мире Олимпиады не проводились на природоохранных территориях. Я считаю, что это стало самым сильным ударом по природе за всю постсоветскую эпоху.

- В каких параметрах можно оценить ущерб от олимпийского строительства?

- Если взять мировые методики оценки ущерба, то речь идет о миллиардах долларов. Но никто точно не считал. Экосистема преобразована полностью. В Красной Поляне даже климат поменялся.

- В какую сторону изменился?

- Теплее стало. Ущелье стало сквозным из-за пробитых тоннелей. Ну а самое яркое последствие - гибель реликтового самшита на всем Северном Кавказе из-за бабочки огневки. Это - настоящая экологическая катастрофа. Вредителя завезли вместе с декоративными растениями. Причем эту огневку выявили, и было распоряжение уничтожить саженцы, но кое-кто решил сэкономить. Ну вот - сэкономили.